Госпожа начальница, Вы уволены!

Глава 3

 - А что же, начальство тебе кем-то приходится? – Мария Яковлевна хоть и была весьма тактичной женщиной, но женское любопытство брало своё. Да и где это видано, чтобы девушка была главенствующей над мужчиной.
 - Да нет, Мария Яковлевна, сугубо деловые отношения! – Мирослав не мог не заметить хитрой ухмылки в уголках губ собеседницы, и даже поделился с ней такою же едва заметной улыбочкой.
 Вокруг много ушей, слишком много. И не у каждого владельца той или иной пары хватает достаточно ума, чтобы смолчать, не распространять заведомо ложной информации, особенно, из-за которой кое-кто может отгрести. Но Мария Яковлевна была понимающей и умела читать между строк. С новым коллегой они нашли общий язык довольно быстро. 
 После обеда тяга к работе поуменьшилась и это было заметно по стеклянному взгляду Мирослава, по медлительным ленивым движениям, по слишком долгим попыткам дозваться до разума юноши.
 - Да что ж ты будешь делать! – Старшая техслужащая резво подбежала к нему, сидящему на корточках и растирающему окно уже высохшей салфеткой. Средство для мытья давно испарилось и теперь Мирослав натирал уже на чистом окне витиеватые разводы, уставившись сквозь стекло. – Ты что творишь? Разве ж я тебе так показала?
 Она швырнула на пол под ноги другую тряпку, шмякнувшую влажным звуком, и присела «на кортаны» подобно юноше. Выхватила его салфетку, пшыкнула на поверхность средство для чистки и принялась активно тереть. Поверхность снова заблестела гладкой прозрачностью.
 - Вооот, другое дело! – Взглянув на Мира, она озаботилась немым кивком, вместо ответа. – Да что с тобой, голубчик? Случилось чего? – Женщина по привычке мельком оглянулась и дальше продолжила шёпотом: - Если ты из-за этой, в костюмчике, так нечего тебе переживать! Тоже мне, королевна! Не должен весь мир вокруг неё крутиться.
 Мир на неё выразительно посмотрел, с широкой такой улыбочкой. Ассоциация мира с именем парня не сразу дошла до женщины. Рассмеявшись, она чуть пошатнулась и наступила как раз на мокрую лужицу от тряпки, которую самолично бросила под ноги. Поскользнувшись, начала заваливаться назад. По инерции схватилась за рядом сидящего парня, но и он не удержал равновесия и оба присели на те самые места, на которых и принято сидеть. С данной ситуации Мария Яковлевна рассмеялась ещё пуще, не отпуская руки Мира и прикрывая рот другой рукой, она сотрясалась от хохота. Мирослав был чуть сдержанней, но улыбка от уха до уха не покидала его лица. 
 - Послушай взрослую, прожившую не мало пинков жизни, старушку: чтобы ни случилось – всё решаемо, всё преодолимо. А это – это мелочи, чем бы сейчас не являлись твои заботы. – Она по-доброму улыбнулась, искренне поддерживая парня. Положила руку в мокрой резиновой перчатке на плечо в белой рубашке. 
 - Ну что же, Вы, Марья Яковлевна, какая же Вы старушка? – Мирослав поднялся и помог встать ей. Уже не глядя в мудрые глаза, тише ответил: - Спасибо.

 Лифт слишком быстро доставил на нужный этаж. До конца обеденного перерыва ещё минута, не зная этого, Варя мельком взглянула на часы, шагая к кабинету. Сотрудники переглянулись, вновь неверно истолковав сие действие. Анастасия шла чуть поодаль подруги и прекрасно всё видела. Однако осуждающие взгляды с гендиректриссы вдруг на миг направились на неё саму и тут же были отведены то в пол, то на монитор, то на чертежи. Якобы никто ничего не знает и не думает. Вздохнув, она спокойно прошла до собственного кабинета и оставила дверь приоткрытой. 
 Усевшись на край стола, набрала номер Варвары. Пара гудков и вопрошающий голос.
 - Видела? – Осведомилась Настя, улыбаясь так, будто уже выиграла спор.
 - Ещё не вечер! – Варин голос был весел, но ждала женщина явно большего. – Вот когда ко мне явится Яковлев – с тебя ужин!
 - Ах, ну посмотрим-посмотрим. 
 Настя положила трубку, но улыбка долго не сходила с лица. Наконец, по-настоящему всё вокруг начало вставать на свои места: и Мирослав вроде прижился, и Варя воодушевилась на прежние «игры разума». А то что репутация медленно покатится по наклонной, так это временно. К тому же, что может случиться из-за глупых не подтверждённых слухов? 
 За работой время полетело стремительнее и обо всём временно забылось. Краем уха Прокофьева слышала, как за дверью, в соседнем отделе, то и дело резко стихали шумные переговоры, уже переходящие от шёпота к явным голосовым спорам и обсуждениям. Как же весело наблюдать за этой суетой, когда знаешь истину.

 Основную часть работы, которая рассчитывалась на текущий день Варвара разгребла за час до конца рабочего времени. Затем решила не приступать к прочим делам, вместо этого налила кружечку чая и принялась потихоньку его пить, смотря вдаль прозрачной глади окна.  Над Питером сгустились тёмные тучи, отчего создавалось впечатление, будто на улице глубокая осень и стемнело раньше положенного. Конечно, не очень хотелось ехать домой под дождём, особенно сильным, но уйти раньше Варя себе не позволяла. Будто капитан родного судна чувствовала долг покинуть его последней. Или по крайней мере не первой. 
 Раздался короткий стук в дверь и не дожидаясь ответа она тут же отворилась. Так как рот был наполнен тёплым чаем, Варя активно закивала и даже рукой махнула, но потом так и застыла: закатив сначала стеллаж-тележку, усыпанную принадлежностями и инвентарём для уборки, Мирослав зашёл спиной вперёд. Одной ногой он захлопнул за собой дверь и принялся «расчехляться». Не взглянув на руководителя, парень принялся протирать поверхности, бережно переставляя горшки с растениями, стирать пыль с предметов и даже папочек, что ровными столбиками располагались на полках стеллажа. Возле продолговатого стола, пристроенного меньшей стороной к рабочему столу Савиной, он поправил оба кресла. Затем остановился. Взгляд оценивающе прошёлся по данному участку кабинета, будто кое-кто задумал перестановку сделать.
 - Госпожа начальница, а Вы не думали о… - Начал он с явным воодушевлением.
 - Ни в коем случае! – Варя уже распознала замысел. Поставила кружку с громким стуком на стол со своей стороны и мотнула головой. – Ничего не трогай! Просто делай свою работу.
 Мир уронил салфетку на только что старательно протёртый стол и вознёс руки к потолку. На лице – переигранное выражение, мол «у меня же лапки». 
 - Как? Как это сделать? – Притворно изумился Мир. Но, видя, что начальница в действительности не поняла юмора, продолжил: - Как же делать работу, если нельзя ничего трогать.
 - Ой, прекрати!
 - Как скажете! – Мир быстро стянул перчатки с рук, облегчённо выдохнул, с размаху присел на мягкое кресло. – Так гораздо легче!
 Внутри начало закипать, а хорошего настроения как и не было. Пользуясь тем, что руки почти касались стола, Варя незаметно, неотрывно глядя на наглеца, столкнула кружку. С треском разбившись та разлетелась на осколки, лужица горячего чая растеклась заметным пятном, плавно направляясь к ковру вдоль второго стола. Взгляд Мира изумлённо проследил, как намокает ковёр, впитывая влагу, затем более жёсткий взгляд был переведён на неё, Рыжую Бестию. Молчание длилось почти минуту, долгую минуту. К Варе всё увереннее приходило понимание, что цель достигнута – хамоватого юношу удалось ткнуть носом в собственно подстроенную ошибку, спустить с небес на землю. А Мирослав всё чётче представлял, как однажды заставит её опуститься так низко, как она привыкла видеть остальных.
 Он не спеша поднялся, вернул кресло в исходное положение, пару раз подровнял симметрично парному, схватил губку, тряпку, моющее и подошёл к мокрому пятну. Ещё раз оглядел осколки, что валялись возле острых носков чёрных туфель, включил свою силу воли и максимально спокойно и правдоподобно поинтересовался:
 - Вы не порезались?
 Сначала она опешила от такого поворота событий и даже удивлённо глянула на бывшую кружку, не скрывая немого вопроса: «где я, а где осколки?» Но стоило поймать за хвост это проворство, Варя непроизвольно улыбнулась.
 - Спасибо за беспокойство, на этот раз я в полном порядке.
 «А он молодец, хорошо держится!»
 Мирослав собрал осколки, сложил на полку стеллажа на колёсиках и принялся вытирать лужу, затем счищать ковёр. Конечно, всё по инструкции, которую наставительно ему провозглашала Марья Яковлевна. Пока он был занят своей прямой работой, Варвара ни на шаг не сдвинулась, возвышаясь над парнем. Но он, казалось, не предавал этому никакого значения. Хотя только пол в курсе, с каким лицом он оттирал чай с ковра.
 - Варвара! – Яковлев ворвался в кабинет без стука. Его жесты были резки, будто телом он не управлял. Забыв сразу закрыть дверь, мужчина резко развернулся, хлопнул дверью, затем повернулся снова и подбежал к ней. Казалось, склонившегося над полом юношу Яковлев заметил не сразу, поэтому остановился так резко, что чуть не перевалился через широкую спину. – О Господи, что это?
 - Это, Станислав Гаврилович, новый сотрудник «Архпроекта», трудяга-работяга и, между прочим, воспитанный человек. – Варя сделала намеренную паузу, что заслушались оба гостя кабинета: Яковлев забыл огрызнуться о неправильном отчестве, а Мирослав перестал старательно тереть. – Прежде, чем ворваться без спроса во владения начальства, стучит в дверь.
 - А, Вы об этом. – Яковлев отмахнулся, будто только что судебный приговор вынесли в его сторону, и обошёл Мирослава. Теперь над парнем возвышались две фигуры, чьи ноги топтали прям возле почти высохшего чайного пятна, намеренно залитого слишком большим количеством моющего. Почему бы не пользоваться случаем? – Кстати, давно хотел сказать, - объявил Стас и мельком глянул вниз. – А кто это вообще?
 - Издеваетесь? – Варя скрестила руки.
 - Нет, в смысле… Нет. Имеется в виду, что этот человек имеет общего с Прокофьевой? – Мужчина даже головой вперёд потянулся, подобно гусю, - так интересовала его данная информация.
 «Ага, игра началась!» - Подумала Варя, явственно представляя, как под дверью стоит и прислушивается та самая Прокофьева.
 - Ну как же! А Вы не видите? 
 Оба изумлённо уставились вниз, Мир не выдержал и обратил короткий взгляд на собеседников. Терпеть явно издевательскую ситуацию ради возможности услышать немного полезной информации – тяжкий труд, но, как учила баба Маша…
 По лицу Вари уже было ясно, что женщина снова играет. Эти эмоции и повадки голоса Мирославу уже стали известны, оттого наблюдать за развитием событий было чуточку интересно. 
 - Смотрите, Станислав Григорьевич, в точности как у Прокофьевой: две ноги, две руки…- Варе не удалось сдержать смешок.
 - Варвара! – Взбесился Яковлев, чуть брызнув слюной. Варя отшатнулась, повернувшись к окну и не переставая посмеиваться. – Думаете это смешно?
 - Леонидовна, между прочим! 
 Взглянув на часы, женщина расстроилась, потому что осталось совсем немного времени, задерживаться она не планировала, а игра уже наскучила. Яковлев подлетел к ней и остановился столбом рядом. Слишком близко, как подумал Мирослав.
 «Бедная Бестия, как ещё не задохнулась? Этот зайти не успел, уже цветы завяли от его табачного запаха».
 - Почему Вы приняли на работу человека «по блату»? Так не делается!
 - Делается всё, Станислав Игоревич. – Пауза, чтобы сдержать нарастающее желание расхохотаться: лицо Яковлева вытянулось в неизвестной форме от услышанного безошибочного отчества. – А во-вторых, с чего Вы взяли такие глупости? Разве я похожа на нечестного человека?
 Мирослав отвлекся от раскладывания салфеток и тряпочек по местам, чтобы взглянуть на «истинно честное и невинное» бесстыжее лицо женщины. Он находился за спиной Яковлева и прямиком по отношению к Варе. Любой бы залюбовался переливами огненных отблесков каскадов волос, освещённых прячущимся за тучами солнцем, но выглянувшим на миг, чтобы показать эту красоту. Мирослав засмотрелся и на скрывающийся солнечный луч в её волнистых локонах, и на игривую улыбку на губах со стёртой за день помадой, на лукавый взгляд, брошенный в его сторону и будто вопрошающий «видел, как могу играть?» 
 Улыбнувшись, Мир мотнул головой, взял принадлежности для стекла и направился мыть окно именно в том месте, где стояли собеседники. Парень прошёл прямо между ними, чуть не задев Яковлева.
 - Ты что творишь? – Не выдержал тот.
 - Выполняю свои прямые обязанности. Рабочий день скоро закончится, надо бы успеть. – Его голос был спокоен и беспечен. Парень ни на секунду не отвлёкся от своего занятия, но краем взгляда поймал спрятанную улыбку Варвары.
 Она отошла и присела на своё место, срочно разыскивая, чем бы заняться, чтоб и дело сделать и время потянуть. 
 - Варвара, - пропел Стас тихонечко, наклоняясь над ней.
 - Леонидовна, - так же на тон ниже проговорила и она.
 - Он что – мальчик Прокофьевой?
 За ними что-то шлёпнулось на пол, но было тут же поднято. Пауза замаскировалась скрипучим звуком чистого стекла.
 - Ты чё, совсем? Ты его видел? – Варя указала пальцем на висок, затем на Мира. – А её?
 Яковлев проследил за манипуляциями, свёл густые брови. 
 - Но все говорят, что они тут это… Шуры-муры крутят. – Отчаянно прошептал Яковлев, но его пыл явно поутих.
 - Станислав Яковлевич, - Варя не успела отреагировать на скривленную рожу мужчины. – У Прокофьевой любимый муж и ребёнок, к тому же, Мирослав не тот типаж, который нравится взрослым самодостаточным женщинам.
 Яковлев удовлетворённо кивнул. Затем мотнул головой.
 - Всё-равно не понимаю, откуда тогда… - Он осёкся, не решился упомянуть слухи вновь. 
 Варя смотрела осуждающе, не мигающим взглядом.
 - А разве была открыта вакансия на мойщика окон? – Зашёл мужчина с другой стороны.
 Он уже довольно достал Мира и тот выказал своё настроение громким многократным пшиком пахучего вещества. Варя и Стас глянули в его сторону, Станислав отмахнулся от мелких капелек моющего, долетевшего в его сторону. 
 - Марии Яковлевне требовалась помощь в некоторых вопросах. – Строго ответила Варя.
 Будь Мирослав повёрнут в её сторону, она бы заметила его удивление такой осведомлённости.
 «Да уж, слухи действительно спеют быстро».
 - Это кто ещё?
 - Старшая уборщица.
 Станислав сжал губы. Слишком много нового открылось за последние несколько минут. Не находя больше ничего, к чему можно было бы придраться мужчина почесал висок и задумчиво направился прочь из кабинета. Его провожали раздражёнными взглядами. Стоило обернуться, как все занялись своими делами: Варя уткнулась в бумаги, в которых действительно нашла косяк и подписала простым карандашом, а Мир заскрипел отполированной гладью окна. Не в силах больше выносить этот звук, Яковлев покинул помещение быстрее. 
 Словно по будильнику Мир и Варя сверили часы и принялись собираться.
 - А ты куда? 
 Мир изумлённо вскинул брови: «Решила теперь на меня перекинуться за неимением цели?»
 Тут в дверь влетела Прокофьева, её лицо озарялось лыбой и огромным вопрошающим интересом. Но встретившись с суровой начальницей, женщина резко постучала по двери и только потом закрыла её. Она кивнула племяннику, забыв об несущественной обиде в обед и подошла ближе.
 - Ну?
 - Что «ну»? – Варя скрестила руки на груди, старательно сдерживая довольную улыбку.
 - Ну что он хотел? – Настя стукнула подругу по плечу. – Давай! Я же видела, что Яковлев заходил! Мир, чего он тут нёс?
 Мирослав почти начал отвечать, как Варвара завелась и подскочила на месте.
 - Вот нечего своих шпионов тут распространять!
 - А он не мой шпион! Он вообще сам по себе! Да, Мир?
 Женщины уставились на бедолагу дотошными взглядами, что вмиг перетекли в непонимающие, стоило ему пожать плечами и загадочно повернуться спиной. Они переглянулись и тоже пожали плечами: какой из Мирослава шпион в первый-то рабочий день? 
 - Ты проставляешься! – Гордо сообщила Савина.
 - Быть не может! Серьёзно? – Она схватила подругу за плечи и потрясла.
 Варя недовольно сдула свалившуюся на лицо прядь. Отодвинула загребущие руки Насти и ткнула пальцем.
 - Завтра! Вечером! Часов в семь.
 - Почему не сегодня?
 - Сегодня я что-то устала. 
 Варин взгляд невольно направился туда, за окно, по привычке осматривая активное мельтешение жизни других. Мирослав к этому времени уже закончил, сложил все средства и откатил стеллаж-тележку к двери, чтобы не забыть здесь.
 Настя прижалась плечом к плечу подруги. 
 - Завтра к маме поедешь? – В ответ Варя кивнула. – Хочешь, я с тобой? – Варя покачала головой, затем они прислонились и ими. – А желание гульнуть потом хоть останется?
 На этот вопрос ответа не последовало.