Гость из пекла

Размер шрифта: - +

Глава 25 Страж Пекельных врат

Белая наледь у ручья пошла трещинами. Из глубин земли, словно иголка, прокалывающая ткань, поднималась скала. Она была мертвенно-белой, как брюхо жутких рыбин, что живут в непроницаемом мраке у самого дна океана. И невесть каким образом она была угольно-черной, словно обожженной пламенем, страшным, страшнее любого пожара, страшнее ядерного взрыва. По поверхности, наливаясь огнем, тут же потухая и снова вспыхивая багровым бездымным пламенем, пробегали непонятные письмена – и никто бы не смог прочесть их, просто потому, что смотреть на огненные буквы было невыносимо, до дрожи в коленках и пересохшего рта страшно. Вздымаясь все выше и выше, скала вырастала из вспоротой, как гигантским клинком, земли, пока не закрыла собой небо, заставив погаснуть робкие звезды. Земля у подножия скалы заскрипела и, точно челюсти чудовища разомкнули хватку, начала неспешно раздвигаться в стороны, как створки ворот.

Тонкая струйка сухого, будто осенний лист, и невыносимо жаркого воздуха пыхнула между расходящимися створками. Клуб пламени вырвался из открывающегося все шире проема и ухнул в снег, пропалив белую наледь до самой земли – вода тут же растворилась струйками пара. Створки разошлись еще шире... и хлынувший из глубины жар растворил без остатка снег в окрестностях ручья, высушив и землю. Талая вода хлынула в ручей и исчезла, не долетев до поверхности, взмыла густой завесой пара. Ручей тоже начал испаряться, обнажая каменистое дно. До самых колен все затянуло белесым туманом. Воздух стал сухим и жестким и драл горло, точно в него запихали наждачную бумагу. Серебристая наледь на ветвях дерева, у которого стояла Ирка, обрушилась ей на голову потоком горячей воды.

Скала раскрылась. Это были врата, страшнее которых не может быть ничего – Пекельные врата. Проем рыгнул багрово-рыжим пламенем. Сквозь бушующее марево огненных языков прорисовался силуэт каменной лестницы... и по ней шел человек.

Шел без спешки и в то же время деловито, как занятой чиновник по коридору родной организации. Темный силуэт подходил все ближе... ближе... ближе...

Прямо из пламени человек ступил на землю... и солидно огляделся. Сейчас он казался молодым и больше всего походил на Киану Ривза из «Матрицы», который забыл переодеться для роли экзорциста Константина: длинный черный кожаный плащ, прядь непокорных черных волос, падающих на неестественно белый лоб, черные очки, непонятно зачем нужные в такую глухую ночь, и еще одна дополнительная деталь – небрежно зажатая в сильных длинных пальцах трость с навершием в виде остророгой головы козла.

– А вы на мелочи не размениваетесь, госпожа ведьма Ирка Хортица, – с явным удовольствием сказал пришелец, неторопливо озирая замерших чертей. Его голос – голос случайного знакомого Ирки, старика, что так жадно и восторженно любовался обычным, грязным и загазованным индустриальным городом, словно ему вообще редко приходилось глядеть на что-то при свете обычного земного солнца.

– Когда я говорил о вашей мне помощи, я даже не рассчитывал, что она будет столь существенна. Мы еще предыдущую отправленную вами партию толком разместить не успели! – со смешком добавил он.

Первым пришел в себя болотный.

– Это кто? – злобно выдохнул он, делая к пришельцу короткий, но полный угрозы шаг.

– Weiß der Teufel! – с истерическим смешком откликнулась Ирка. – Черт его знает! Любой черт – и мой отчим, герр Тео Фелл, и ты, болотный...

Болотный все-таки не зря стал главой местных чертей – соображал он быстрее всех. Он просто повернулся и побежал, выставив рога и снося всех оказавшихся на его пути чертей. Его копыта дробно колотили в пересушенную жаром землю, вздымая при каждом прыжке тучу серой пыли...

Пришелец поднял трость с головой козла... Вставленные в глазницы козла тусклые камни на краткий миг ожили, засветились багрово-оранжевым пламенем. Длинный и тонкий, как вязальная спица, луч ударил болотному в спину. Яркая огненная точка вспыхнула у него между лопатками... болотный рассыпался липкими черными лепестками золы. Зола завертелась смерчем и тонкой струйкой втянулась в проем между скал.

– Разбегаться поздно, – опуская трость, равнодушно обронил пришелец, и лапы зашевелившихся чертей точно вмерзли в сухую и горячую землю. Совсем как у Ирки недавно. – Вам разрешается стоять на месте... и хранить молчание, – продолжал он. – Впрочем, можете рыдать, умолять, падать на колени и биться рогами об землю – я этого не люблю, но как-нибудь перетерплю. Все равно, что бы вы ни сказали и ни сделали, это будет использовано против вас. – Он чуть дернул уголком рта, не улыбаясь, а скорее, обозначая улыбку. – И прямо сейчас, – добавил он... и протянул руку к своим темным очкам.

– Ребята, закрыли глаза, быстро! – прокричала Ирка. – Мама, закрой глаза! – И сжала веки так плотно, что перед глазами поплыли ярко-алые круги.

Почувствовала рядом с собой движение, точно вихрь колыхнул пересушенный воздух, и голос пришельца совсем рядом с ней негромко и чуть насмешливо сказал:

– Ты-то что жмуришься, маленький германский чертик? Тебе все равно: хоть закрывай глаза, хоть не закрывай – jetzt gehörst du mir, теперь ты мой! И все остальные тоже.

Не выдержав, Ирка метнула быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц. Физиономию стоящего рядом Тео страшно корежило – пятачок носа сворачивало набок, рот криво пополз вниз, открывая клыки, из угла потянулась ниточка слюны, рога бодали воздух, копыта колотили в землю, точно он порывался бежать и не мог... Только глаза оставались закрыты.



Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Отредактировано: 28.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться