Гостья лесного князя. Том1. Падение с небес

Размер шрифта: - +

Глава 1. Знакомство

Семь лет назад. Ярославе восемнадцать лет.

Меня воспитывал отец, граф Алекс Белтонич, которого я  всю жизнь горячо любила всем своим сердцем и верила ему. А мама пропала много лет назад, в то время мне было всего лишь три года, так что основные воспоминания связаны исключительно с отцом. Конечно, стоит отметить, что для  графа я была не родной дочерью, а приёмной. Но он даже неоднократно при матери, а потом после её пропажи, порывался дать мне свою фамилию, сменить Огарёва на Белтонич, но я отказывалась. Так хотела мама, а, значит, на то её светлая воля и нарушать просто не хотелось, да и не имела права. Папа понимал и принимал моё решение, но вместе с тем периодически намекал, что дочери важного сановника выгоднее и спокойнее будет по жизни иметь известную фамилию, нежели ту, что не на слуху. Но со временем он перестал взывать к голосу моего разума, как в дальнейшем оказалось, это к лучшему.

Отец дал мне блестящее образование, что мог позволить себе человек его круга, за что впоследствии я была очень благодарна. До совершеннолетия со мной занимались лучшие учителя нашей процветающей страны Тарсмании, ну, а потом случилось  в некотором роде чудо. Два года мне дозволено было заниматься в институте благородных девиц. Изучать там не просто танцы, историю (всё это, надо сказать, я знала ещё со времен домашнего воспитания, так что  тут было не так уж и сложно). Но самое главное, в чём я видела большое преимущество для себя, это совершенствование языков (белогорского, аравийского и гастонского) до идеала. А ещё и изучение предмета биологии, которая почиталась абсолютно необязательной для девушек моего круга. Даже подружка Лера, шутя, смеялась, что это блажь, лучше бы обратила внимание на кавалеров, что в большом количестве бродят возле нашего кованого забора в институтские перемены.

И я обратила, только случилось всё это не у институтского забора, не на бульваре, где мы с Лерой регулярно прогуливались под присмотром  её мамы, а на торжественном приёме, на который нам с папой однажды принесли приглашение.

В один воскресный день, когда отец не был вызван на службу, а  мне был предоставлен законный выходной, по сложившемуся приятному обычаю расположились в гостиной. Отец читал  одну из своих мудрых книг, которые он регулярно заказывал из-за границы или привозил лично. А я просто была рядом, что нас обоих, несомненно, устраивало. 

Папа, граф Алекс, давно бы мог жениться и привести любую женщину в свой дом, вот только частенько вечерами,  когда отец  просиживал за работой в своём кабинете, я заставала его, задумчиво  смотрящего на портрет моей пропавшей матери. Странное дело, но если он в силу своих обязанностей был вынужден уехать куда-либо, то неизменно брал с собой небольшую миниатюру с её изображением. А как только приезжал, то сразу шел в рабочий  кабинет, чтобы убедиться, что с портретом всё в порядке. Глядя на всё это, я очень сомневалась, что кто-нибудь когда-нибудь сумеет полюбить меня так же, как мой отец пропавшую много лет назад свою Ксению. Маму.

Отец выглядел замечательно для своих пятидесяти лет. Подтянутый, без капли лишнего жира (что необычно для людей его возраста и достатка), с налётом седины в некогда каштановых волосах, он был всегда чисто выбрит и ухожен. Дамы всегда и везде обращали на него внимание, полагаю, некоторые даже думали, что причиной его исключительно холостой жизни я - мешающая личному счастью отца.

Ко мне дамы подкатывали с улыбочками, приглашая посетить какое-либо чудное место, присылали конфеты. Но я была сама вежливость (хоть и незамужняя девица, но от подруг и служанок слышала, что именно нужно мужчине от женщины),  а потому вполне вероятно, у отца к этим дамам тоже имелся свой весьма определённый интерес.  Вот так мы и общались  на протяжении довольно долгого времени со всеми поклонницами  отца и моими поклонниками, оставаясь по-прежнему верными своей маме, друг другу  и самим себе.

Лёгкое  покашливание из дверей говорило о том, что пришел пожилой и глуховатый, но весьма преданный  слуга Микиша, который  на подносе принёс несколько писем и вежливо предложил их отцу.

- Яра, глянь, - окрикнул меня отец, в то время как я морщила нос над очередной картинкой из учебника по биологии. 

Обезьяна, чьё строение было красочно изображено на странице, отчаянно напоминала  нашего  институтского дворника, который (мы с подружками точно видели) иногда напивался и крался в свою каморку, чтобы его не увидела директриса.  У меня даже было подозрение, уж, не с дворника ли рисовали сей образец  необычной живности, но делано суровый вид отца заставил отвлечься от своего дела.

-Да, папа, прости, зачиталась,- моя попытка оправдаться была встречена утвердительным кивком, и тут же отец протянул мне  глянцевый конвертик, пахнущий лилиями и немного сандалом.

 - Граф Гринвич прислал приглашение,- прокомментировал он, в то время как я разглядывала причудливые завитушки письма. Каждое семейство старалось отличиться и обязательно вплести черты своей монограммы в текст.

-Да, хорошо,- отозвалась я, мысленно прикидывая, что новое  платье, заказанное мной вчера у  портного, очень даже подойдёт к этому случаю, а ещё надо забрать шляпку от модистки.- Через пару недель, это самое то. Как раз и Софи управится с работой.

-Новое это правильно,  - прищурился отец с таким хитрым видом, что я тут же забыла про обезьяну. К тому же два раза в одном платье он никогда не позволял мне появляться на подобных мероприятиях, а тут, такое загадочное лицо…

-Пап, - недоверчиво протянула я,- ты что задумал? Неужели опять женихи?

-Не опять, - укоризненно ответил граф, которому, по моему решению, уже пару раз пришлось делать официальный отказ от брачных предложений относительно моей персоны. Отец говорил, что пока согласен с  таким моим решением, потому что ему вовсе не хочется оставаться одному. – У Гринвича сын из-за границы приезжает, - правая бровь отца глубокомысленно поднялась, отчего я почувствовала удивление. Чтобы отец сам указал на кого-нибудь! – Довольно сообразительный и приятный молодой человек, судя по тем встречам, что были у нас  с ним в прошлой моей поездке в Гастонию. Будущий дипломат или что-то в этом роде. И довольно не глуп.



Ирина Снегирева

Отредактировано: 12.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться