Говори со мной о любви

Размер шрифта: - +

Говори со мной о любви

- Поговори со мной о любви, – Сказочница подняла воспалённые глаза на позднего визитёра. Сегодня в чашке плескалось отнюдь не вино, а куда более прозаичный чай с мятой и ромашкой. Мечтательница искала Сюжет, искала вдумчиво и самоотверженно, как философ ищет истину, а сорокалетняя девственница – незадачливого кавалера. Чёрт, её верный спутник и излюбленный собеседник, сидел напротив, наблюдая за подопечной через стол.

 

- Странный выбор компании для столь щепетильного разговора. Сама знаешь, что о любви я могу говорить долго и витиевато, любой теолог умрёт от зависти и направит свои праведные стопы к ближайшей жрице любви, – хохотнул Чёрт, вытягивая длинные ноги так, что носки его лакированных туфель почти задевали ножку табурета собеседницы.

 

- Я не о той любви, Рогатый, – отмахнулась Сказочница небрежно. Она всё ещё поблёскивала от волшебной пыльцы. Дар фей не брали ни мочалка, ни шампунь – кожа продолжала источать слабое свечение, привлекая всеобщее внимание и вызывая завистливые вздохи девушек, не отхвативших себе столь чудного средства. – Я о Любви, той о которой принято писать долгие лирические баллады…

 

- Сводящиеся к призыву «неприступной красавице» стать приступнее, – понятливо кивнул её собеседник, не желая уходить с выбранной им самим темы, – или подталкивающие к групповому самоубийству.

 

- Что-то мне подсказывает, что Шекспир писал не без твоего вмешательства, Рогатый, – сморщилась недовольно хозяйка квартиры. Мужчина лукаво сощурился, предпочтя не отвечать на провокацию.

 

Чёрт, сам того не желая, привык к своей забавной должнице, можно сказать, проникся её бытом, насколько вообще бес мог сопереживать человеческой судьбе. Последняя его уловка, вызванная желанием порадовать Сказочницу, способствовала резкому росту разводов в минувшем не так давно августе. Мечтательная писательница искренне улыбалась, скорее почувствовав, чем поняв, что подаренная миру сказка, разлетевшись из книжных магазинов, наконец, выбралась с ненавистных полок и расправила крылья. Её совершенно не волновал моральный выбор и жизни людей, чьи судьбы были исковерканы, вырваны и перечёркнуты чьей-то невидимой рукой из книги жизни. Ничто же не сравнится с всепоглощающей, преображающей силой Любви, способной вести избранную пару к самому пику, позволяя почувствовать саму Жизнь на кончике пальцев.

 

Ныне же Сказочница вновь скучала, истории, выходившие из-под её пера, по-прежнему, были безупречны, живы и трепетны как крохотные птицы, вот только песни их были совершенно не подходящими к настроению. От пыльцы фей, осыпающейся на взволнованные строки, сказки становились, на вкус писательницы, приторно сладкими и совершенно наивными.

 

- Я знаю, что тебе известно много историй, Рогатый, расскажи мне хотя бы одну – взмолилась Сказочница, глядя на Чёрта пристально, с затаённой на дне лучистых глаз мольбой.

 

- Есть одна пара, – протянул визитёр с ленцой в голосе, демонстративно растягивая и без того затянувшуюся паузу, смачно потянулся и встряхнулся по-звериному.

 

- Я вся - внимание, – не в силах скрыть оживления, подалась вперёд Сказочница, предвкушая одну из длинных лирических историй далёкого средневековья. Быть может, сегодня Рогатый расскажет о восточной принцессе полюбившей пирата и бросившейся в море, чтобы быть подле любимого, стоило её отцу разлучить влюблённых, а быть может бес поведает о запретной страсти молодого инквизитора к смешливой ведьме с рыжими косами…

 

- Что же, смотри, Сказочница, но потом не жалуйся, – вместо того, чтобы заговорить, Чёрт поднялся и обойдя стол, встал позади удивлённо замершей мечтательницы и накрыл её глаза рукой.

 

- Что ты удумал?.. – только и успела спросить Сказочница, недовольно хмурясь, и тут же удивлённо охнула.

 

От крохотной кухни не осталось и следа, перед взором писательницы предстал современный город. Осенний парк у озера, почти пустынный в близящихся сумерках. Пожаром взыграло низкое небо, взвилось алыми столпами, метнув россыпь перламутра на стылую гладь воды. Солнце разлилось в окружении облаков, нещадно марая их собственной сияющей кровью. Плеснуло алым на золочённые шапки деревьев, царапнуло крыши домов, стекло по фонарным столбам вниз, к ногам странной пары. Ветви, теряющие листву, цеплялись чёрными иглами за пёстрое небо, царапая и вспарывая тонкое кружево облаков.

 

- Какая у людей короткая память, – тихо шепнул бес где-то над головой Сказочницы, – сама же просила Сюжет. Так смотри, Сказочница. Вот та, кто тебе нужна, смотри и запоминай.

 

Сказочница повернулась в ту сторону, куда указал Чёрт и, наконец, заметила, близоруко щурясь, девушку в тёмном пальто, растеряно теребящую в руках горящий янтарём лист. Незнакомка смотрела грустно и отстранённо, погружённая в хоровод своих невесёлых мыслей. Короткие волосы трепал ветер, вплетая в пряди черенки листьев и сухие самолётики клёна, которые девушка (а посетительница парка была непростительно юна, ничуть не более двадцати трёх лет, как подумалось Сказочнице) отчего-то совершенно не замечала.



Stasi (Штази) Schwertlilie

Отредактировано: 22.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться