Грейс Сандерс. Слеза Алэйры

Размер шрифта: - +

Глава 15

  Тьма давила со всех сторон, пространство сжималось, загоняя в непроглядную ловушку. 
На этот раз силы были не равны. Магический пузырь разлетелся на кусочки, учитывая, что Эмма даже не коснулась его. Две Тени, очевидно, помогали усиливать давление физически и даже морально: тьма пробивалась в мысли, поглощая разум, но Алэйра сдерживала наступление. Светло-голубая аура оберегала свою дочь, и ее друга, который, казалось, вообще не понимал, что происходит. 
  Эмма стала едва похожа на себя; даже при последней встрече она выглядела хоть и ужасно, но значительно лучше. 
  Темные круги полностью застилали глаза, серая кожа лица местами потрескалась, но из трещин кровь почему-то не сочилась, будто ее не было внутри. Грейс стало жутко. Она старалась думать о настоящем. Воображение порой разыгрывалось, ведь стоило только подумать «Что же будет дальше?», как оно начинало рисовать не очень перспективные картины. Выживет ли после такого Эмма? А что, если… Вот об этом «если» Грейс думать не хотелось. Поэтому она бросала все силы на борьбу, отчаянно отбиваясь от черных пут, которые все норовили сковать сознание, обезвредить его и захватить. Легкий зуд в руке заставлял отвлекаться, иногда чувствовалось слабое покалывание. 
  Упав на одно колено, Раинер с трудом удерживал посох. Зеленый свет, струившийся из хрустального листика на конце шеста, едва защищал от нападения. Свет кулона подпитывал хрупкую защиту Стража, и вскоре Алэйра призналась Грейс, что сил у нее осталось мало. 
  Друзья сбились в кучку, как арктические пингвины во время снежной бури, стараясь, во что бы то ни стало выстоять смертельную напасть. Раинер вдруг понял, что противостоять нужно не столько физически, сколько эмоционально. И стоило этой мысли промелькнуть, как пространство зеленого света стало шире. Тени зашипели и отступили, и тогда случилось то, отчего похолодело сердце: Эмма закричала.  Грейс и Раинер легко блокировали пронзительный крик, а Ричи повалился наземь, зажимая уши; по его напряженному лицу было ясно, что никакие затычки не способны спасти от столь ужасного, даже смертельного для человеческого слуха крика. 
  Даже Тени испугались визга и дернулись в разные стороны. Они вновь проплыли вперед, когда Эмма замолчала, искоса поглядывая с опасением. 
  Грейс пока спрятала кулон, освещавший лица путешественников. По непонятной причине Тени резко подались назад, и Эмма, скривившись, последовала их примеру. Набираются сил для очередного броска? Эмма, и ее приспешники наблюдали за стеной впереди, на которой проступили белые точки, в мгновение увеличившиеся до размеров автомобильного колеса.   Вскоре вся стена стала белой и беззвучно пала, а следом за ней одна за другой начали таять остальные, словно мороженое на пекле. Солнце вновь оживило поляну светом. Только трава иссохла и пожелтела из-за присутствия Фантомов. 
  Первым делом Грейс стала искать в небе белого коня, который должен был прилететь на помощь, но небо было чистым и прозрачным, как капля утренней росы. 
  – Готовьтесь к худшему… – тихо произнес Раинер со страхом в голосе. 
  Фантомы во главе Эммы кинулись на эльфа, и тот успел атаковать первым: сразу три изумрудно-огненных шара стремглав вырвались из посоха и настигли цель – враги не шелохнулись, продолжая наступать. Друзья медленно пятились в сторону леса, до которого было не меньше мили пути. 
  Внезапно небо разрезала белая молния, словно явился метеор из космических глубин.
  – Осторожнее, Грейси! – послышался голос откуда-то сверху. Грейс пригнулась, и над ее головой промелькнул человек (или эльф?), и через долю секунды приземлился неподалеку. 
  Тетя Пегги виновато улыбнулась, выпрямилась, помахала племяннице в знак приветствия и повернулась лицом к врагу. Грейс подпрыгнула от избытка радости; Ричи изумился высоте прыжка – девочка буквально взлетела и, будто вспомнив о земном притяжении, вернулась на место. 
  – Я еще не привыкла к этой силе… – оправдалась она. 
Зная, что тетя являлась уже долгое время представителем волшебного мира, всё же непривычно было видеть ее в повседневной одежде: коричневая куртка, черные брюки, волосы собраны в пучок; казалось бы, всё обыденно, только вокруг мечутся Живые Фантомы, да и лучшая подруга одержима одним из них. 
  Когда Пегги ловким движением достала из-за спины голубой клинок, и встала в боевую позицию, ее лицо стало серьезным и сосредоточенным, так львица выходит на охоту.  
  Грейс готова была подобрать челюсть с пола, если бы та действительно отвалилась. Молниеносные удары градом обрушились на одного из Фантомов. Пегги двигалась уверенно, предсказывая действия врага, и ловко уходила в сторону, когда черные щупальца тянулись к ней. Каким-то образом клинок вспарывал неосязаемую черную плоть, которой обычно мог навредить лишь кулон света. То, как тетя двигалась – невероятно быстро и изящно, уходя от черных молний Фантомов, заставляло впадать в ступор. Это ли Пегги Сандерс? Откуда она знает столько приемов? Грейс поистине была рада за тетю, она удивлялась ее невероятной храбрости, стремлению, и борьбе за семью.
 Когда Пегги оказалась рядом с эльфийским Стражем, она улыбнулась ему, и тот ответил взаимностью. 
  Эльфийка коротенькими шажками пробивалась сквозь толстые, черные волокна, направляя оружие вперед, и Раинер помогал ей в бою.   
  Грейс будто ударило током; девочка подняла голову и в следющий момент всё было как в замедленной съемке: над головой проплыла стрела с ярко-зеленым наконечником и вонзилась в Фантома. Тот зашипел и беспомощно припал к земле. Голубое пламя объяло пораженного целиком, и он рассыпался в пепел. Как такое возможно? Время будто застыло в одной секунде. 
«Сработала сверхреакция» – пояснила мама. 
  Следом за стрелой показалась ее обладательница: высокая, стройная девушка в темно-зеленом костюме сделала кувырок и заняла позицию. 
  Густой пепел соединился со вторым Фантомом, образовав облако размером с товарный вагон. 
  Девушка ринулась вперед, но вдруг остановилась. Ее лицо скрывал капюшон, но Грейс знала, кто это. Незнакомка будто ощутила на себе взгляд, обернулась и откинула капюшон. Золотистые кудри рассыпались на плечах; синие глаза устремились на Грейс. 
В душе девочки пронесся теплый ветер, появилось чувство, будто она скатилась с крутой горки. Взгляд, которым обменялись сестры, значил больше, чем слова и объятия. Словно на расстоянии они открыли друг другу души, забыв на мгновение обо всем, что творилось вокруг. 
  Облако раскрыло пасть.
  – Фантомы объединились в ураган! – сказал Раинер. – Повезло, что их только двое! 
 Сюрпризом для всех стало появление Сильверна: он спикировал рядом с облаком, и у самой земли расправил крылья-парашюты. Ричи воскликнул: 
  – Дамы и господа! Конь-авия предоставляют услуги по всей Мэллонии! Не упустите в этом сезоне скидки! 
  Сильверн грозно заржал, и Ричи тихонько добавил:
  – Ладно, сегодня обойдемся без скидок. 
  – А ну-ка, мальчуган, посторонись! – рявкнул Боуин и спрыгнул вместе с братом наземь. 
  – Взрослые разберутся в два счета. К таким делам нужен серьезный подход, – проворчал Оуин.
  Гномы пошли в атаку, подняв в воздух молоты, но они и шагу ступить не успели как черный дым заглотил их полностью и теперь намеревался съесть остальных. 
  – Держитесь рядом! – скомандовала Пегги. Грейс и Вирсавия встали с двух сторон. 
Эльф посмотрел на Пегги: 
  – Возьмите в кольцо Эмму. С ураганом я разберусь. 
  Пегги кивнула, Грейс и Вирсавия медленно пошли вперед. Эмма засмеялась, внимательно следя за движением эльфов. 
  Ее лицо исказила гримаса ярости:
  – Это просто смешно!!! 
  Зрачки Эммы закатились, лицо неестественно сузилось. Земля снова задрожала и вдруг кусок земли, на котором все стояли, оторвался и взмыл в небеса. Ураган завыл с неистовой силой, никого не подпуская к Эмме. Раинер ударил посохом в грунт – зеленый свет прополз тонкими линиями по всему островку, разделив его на сотни кусков. Затем они вспыхнули и островок лопнул, как воздушный шар. Все рухнули вместе с тяжеленными клочками земли. Поднялось густое облако пыли, в эпицентре которого ничего не было видно. Враги воспользовались моментом и стали обволакивать каждого по отдельности. Они чувствовали страх своих жертв, слышали паническое биение сердец. 
  Грейс будто оказалась в сыром чулане без света. Холод пробирал до костей. Потом стали появляться образы людей, окружавших ее с детства. Тетя Пеги, Эмма, Ричи – они смеялись. Смех был вызван не радостью, а скорее ненавистью. Ненавистью к ней. 
  – Ты всего лишь была мне обузой! – хихикала тетя. 
  – Я с тобой дружила только потому, что больше не с кем было. Ты – как последняя лохушка. – хохотала Эмма.
  – У кого можно списать домашку? Конечно же, у нашей доброй и отзывчивой Грейси, – заливался Ричи. 
  Грейс догадалась, что это особый трюк Фантомов, и все же была задета. Раньше она действительно думала, что два друга, которыми она дорожит, просто чего-то от нее хотят, будь то готовое домашнее задание, или разговор от нечего делать только потому, что поговорить больше не с кем. Девочка часто задумывалась, если бы у Эммы было больше друзей, уделяла бы она ей больше времени, или даже не была знакомой? А Ричи? Тот, казалось, почти всегда списывает у нее, хотя иногда спрашивает тетради и у их общей подруги. Возможно, он дружит только потому, что сам не хочет ничего делать. 
  Пегги, Ричи и Эмма исчезли, и на их месте появилась Рейчел Доусон со своими гогочущими подругами.  
  – Милая мордашка, что сегодня для тебя приготовила тетя: печеньки или пирожки? А подгузник она сменить тебе не забыла? – издевательства Рейчел сопровождались злорадными смешками ее друзей. 
  Грейс улыбнулась. По крайней мере, к такому она привыкла. Ведь чем сильнее реагировать на оскорбления, тем громче они будут звенеть в ушах.  
  Внезапно рядом с Рейчел оказалась тетя Пегги:
  – Конечно, я сменила ей подгузник, и накормила печенюшками, – она подергала щечки племянницы. – Знали бы вы, как она переживала из-за папочки с мамочкой все эти годы! Я устала смотреть на это зрелище. Сопли подотри, да пожалей. Велосипед купи, только лишь бы я не расстраивалась! 
  – Хватит! – Грейс сжала кулаки и нахмурилась. Ото всюду слышался смех. Родные, друзья, все смеялись над ней. И тогда вмешалась Алэйра: «Ты знаешь, что это неправда. Все, кто рядом с тобой потому, что любят тебя, а ты любишь их». 
 Тьма рассеялась. В глаза ударил дневной свет, от которого на секунду пришлось зажмуриться.
  – Поздравляю, ты выбралась! – усмехнулась Эмма. – А теперь взгляни на своих друзей.  
  Возле Эммы в ряд стояли черные коконы, которые слабо шевелились – пленники тщетно пытались освободиться. Грейс помогла мама, а кто поможет им? Она уже начала думать, как бы всех вызволить, но тут заметила, как Эмма перешептывается с Ураганом. Все это выглядело как-то не по-настоящему, словно неумелые актеры пытаются выдать себя за профессионалов. 
  – Так уж и быть, мы отпустим твоих друзей, – проговорила Эмма. 
  Грейс приподняла брови: 
  – За просто так? Я ни за что не отдам кулон!
  – Сейчас он нам не нужен, – ответила Эмма. Ситуация становилась все страннее. 
 Коконы стали спадать, подобно спальным мешкам, и вскоре растворились в земле. Узники, вновь получившие свободу, с непонимающими лицами смотрели друг на друга. Слабость мягко держала их тела, навевая сладкую дрему.
  Алэйра не выходила на связь, и Грейс решила, что она старается сохранить оставшуюся энергию. Девочка отряхнулась и вдруг поняла, что кулона нет. Она лихорадочно пробежалась взглядом по взбитой, как сливки, земле, и вдруг услышала голос: 
  – Не это ли ищешь? – Грейс с ужасом и недоумением посмотрела на Эмму: та в руке спокойно держала кулон. Ладонь дымилась от соприкосновения, но в отличие от прошлого раза, когда кулон прожег в коже дыру, сейчас ему на это магической силы не хватало.   
  Эмма Фостер швырнула кулон ее обладательнице. Грейс поймала его и быстро убрала в задний карман джинсов. Все были в шоке и многозначительно переглядывались. 
  – Чую, вам придется поломать голову на досуге, зачем я это сделала, – злорадно рассмеялась Эмма и вновь пошла в атаку, что было еще загадочнее. Ведь теперь не было смысла сражаться, если кулон был у нее в руках, и не причинял боли, почему она не сбежала с ним? Времени, думать над этим пока не было – черное облако  то набрасывалось, то откатывало, напоминая морскую волну. Все были сбиты с толку, стараясь понять замысел Эммы.  
  Вирсавия в прыжке перемещалась вокруг Урагана, отпуская будто ожившие стрелы, отчаянно рвавшиеся уничтожить противника. Наполненный колчан вскоре опустел. Но девушка не убрала лук, а снова напрягла тетиву, и на пустом месте появилась темно-синяя стрела. 
 Увидев это, Ричи приоткрыл рот и остолбенел. Черная щупальца тут же обмотала его ногу и потащила к разверзшейся пасти. 
  Сестра Грейс одним махом срубила пиявку, всадив в нее стрелу, и подала руку спасшемуся. 
  – Спасибо! А то в мои планы как-то не входило становиться ужином Мордора. 
  – Держись рядом со мной, мальчик, – скомандовала Вирсавия. 
  – Меня зовут Ричи. Нельзя было прихватить с собой пистолет, или гранатомет? Стрелами, типо, эффективнее?
  – Ты правда думаешь, – выпустив очередную стрелу, Вирсавия посмотрела на Ричи и ухмыльнулась. – Что Фантомы при виде обычного оружия поднимут ручки вверх и скажут: «сдаемся, ведите нас в тюрьму»? Глупый мальчик. 
  Ричи приподнял бровь. Вирсавия повторила за ним. 
  – Да. Стрелами, ТИПО, эффективнее, – съязвила она.
  Раинер упал, выронив магический шест. Пока эльф приходил в себя, Грейс подобрала посох и случайно выстрелила огнем. К счастью, он был направлен вниз, и теперь с помощью магии на земле трещали два зеленых костерка. Ричи и Грейс черпали из них огненные шары и бросали в недругов. Пламя было безобидным, даже слегка холодным, но после того, как огненные шарики попадали в Ураган, они прожигали его изнутри, отчего облако, протяжно завыв, злобно металось из стороны в сторону.  
  Облако расширилось и превратилось в непомерную черную дыру, из которой вырвался ураганный ветер. Казалось, внутри работал гигантский вентилятор. Пегги вонзила меч в землю, чтобы удержаться, и подхватила за капюшон пролетавшую мимо Вирсавию. Ричи схватился за ногу девушки, вопя, как ужаленный. Грейс и Раинер были в стороне от свистящего воздушного потока, решая, что делать дальше. 
 Сильверн, взбивая копытами землю, затопал в сторону Эммы. 
  – Чего ты добиваешься, крылатый уродец?! – жуткий рев вырвался из ее уст. Одержимая незамедлительно получила ответ: 
  – Я защищаю тех, кто мне дорог, – голос благородного коня настиг разум всех существ посредством мысли. Еще несколько секунд он гулким эхом отдавался в голове. 
  Конь встал на дыбы и широко расправил крылья; Крылья стали линять: отделившиеся перья не падали вниз, они собрались в целую стаю – один взмах и ветер подхватил сотни алебастровых дротиков и унес их прямо на врага. Эмма Фостер взвизгнула и распростерлась на земле.
  Всё это происходило на глазах Грейс. Она упала на колени и заставила всех обернуться воплем отчаяния:     – Нет!!! 
  Эмма лежала на траве, не подавая признаков жизни. Рядом с девочкой колыхалась черная сущность, все это время прибывавшая внутри тела. Грейс подбежала к подруге, и вслушалась в слабый ритм ее сердца. 
  – Она дышит! 
  Лицо Эммы казалось обескровленным, словно из нее высосали жизнь. 
  – Я дам ей кое-что, должно помочь, – Пегги достала из кармана небольшую фляжку и, приподняв голову девочки, аккуратно приложила горлышко к губам. Эмма прокашлялась, на секунду открыла глаза, и снова потеряла сознание.
  Паразит выглядел как решето. Однако раны быстро затянулись; от ярости он взметнулся вверх и завертелся с бешеной скоростью, создав торнадо. Сильверн попятился назад, не в силах воспротивиться столь мощному проявлению темной магии. Его стало затягивать в бушующий вихрь. Конь хлестал крыльями и бил копытами, но с каждой секундой приближался к смерчу. 
«Возьми арфу» – раздался голос Алэйры. 
«Мам, но я не умею играть!» 
  Грейс ждала ответа, но его не последовало.  
  Тогда она поспешно вынула из кармана арфу, и плавно провела пальцем по струнам. Вместо спонтанных звуков, по всей поляне разлилась красивая мелодия. Арфа играла самостоятельно, нужно было лишь коснуться струн и… 
  Подчиняясь инстинкту, Грейс швырнула музыкальный инструмент со всей силы прямо в торнадо и наблюдала, как свирепый вихрь нещадно проглотил его. Пару мгновений ничего не было. 
  Вдруг вихрь стал уменьшаться, как будто высыхать, словно погибающее от жары дерево. Изнутри исходил безумный крик, напоминавший гудок паровоза. Вскоре все стихло, торнадо исчез, оставив после себя вспаханную землю. 
  Грейс подошла к месту, где только что гудел ветер.  
  – А где арфа? Это же мамин подарок… – девочка присела и стала раскидывать кусочки земли. – Такая вещь пригодится еще когда-нибудь!
  – Она действует лишь раз, – послышался голос сестры. Грейс забыла обо всём на свете, в том числе и про арфу; обернувшись, она медленно поднялась, смотря в лицо Вирсавии. Девушка улыбнулась.  – У меня была такая арфа. Я использовала музыку в одной битве, когда была ранена. 
  – Ох, Вирсавия… – Грейс крепко сжала в объятиях сестру.  
  – Как ты?.. Я… – девушка поцеловала сестренку в лоб и провела рукой по ее волосам. 
  – Сколько я ждала этого. Каждый день мечтала о нас, о нашей встрече. Если это сон, то самый лучший в моей жизни. 
  – Это не сон, – улыбнулась Грейс, и не смогла сдержать слез. Тетя подбежала и обняла племянниц. Вот оно – вознаграждение за все трудности, через которые пришлось пройти. Вместе, и порознь, они справлялись с тем, что стояло на пути. Каждая секунда была восполнена в объятиях, каждая слезинка была поистине бесценной. 
  Вирсавия смотрела на сестренку так, словно за долгие годы, проведенные во тьме, внезапно появился луч света. Ричи присоединился к объятиям с чувством гордости за то, что является частицей столь волшебного момента. Только отчего-то хмурый Раинер стоял неподвижно, беспокойно озираясь по сторонам. 
  – Тетя, мы ведь не пойдем в лес, да? – Грейс подняла глаза на Пегги, ожидая ответа. Вирсавия навострила уши. 
  – Пойдем. Это мое решение. Я не допущу, чтобы кулон забрали после всего, что мы пережили. Не переживай на этот счет.  
  Грейс обняла тетю. Вирсавия не выдала ни капли эмоций, но ее грудь часто вздымалась. 
  Неожиданно все услышали мысли Раинера: 
«Сюда направляется тот, кто был создан Элитой, но гораздо сильнее их самих».  
Он взял Пегги и Грейс за руки, чтобы заимствовать силу, и перед странниками возникла прозрачная защитная пелена. 
  В нескольких сотнях метров от них возникла темно-серая фигура, которая стремительно приближалась.
  – Сумеречный эльф… – прошептала Грейс. – Он ведь нас не слышит? 
  – Пока мы будем за стеной – нет, – пояснил Раинер. – Пытается уловить запах. 
  Сумеречный шел медленно, будто шагал через минное поле. Когда он остановился в десяти шагах от невидимой стены, глаза Раинера округлились, он вытянул лицо и сглотнул. 
 Пустые, бурые глаза блуждали по изрытой, обезображенной поляне. В них не было ни живой искры, ни страха, ни ярости. Темно-серое лицо не выдавало никаких эмоций. На лбу сидел венок, увядшие цветы которого еще сохранили фиолетовый оттенок. 
  Страж пошатнулся и отступил на два шага. 
  – Раинер, защита! – прошептала Пегги, удерживая его за руку. 
 Голова сумеречной повернулась в ее сторону. Ноздри расширились, улавливая запах. 
  – Он безнадежен, тетя. И слабак, – Вирсавия достала лук. Грейс смерила ее взглядом, выражающим непонимание и удивление. Девочка на всякий случай последовала примеру сестры – навела кулон на невидимую стену, которая вот-вот должна была исчезнуть.
  Сумеречная подошла вплотную к стене. Сжав кулак, она ударила так, что по ней прошлась рябь, точно по воде. Что-то хрустнуло, и друзья, ахнув, отскочили от стены. 
 Несколько пальцев на руке темной девушки погнулись, но тут же выпрямились, кровоточащая рана на костяшке мгновенно затянулась. 
  Она ударила снова. Затем еще, и еще. При каждом хрусте лицо Раинера дергалось, и он делал то нерешительный шаг вперед, то назад. Пегги поняла, что стена скоро падет… Им придется вступать в бой с тем, кого эльфы боятся увидеть даже в самом кошмарном сне. Никто не осмеливался вымолвить ни слова. 
  – Увести детей? – обратилась Вирсавия к Пегги. 
  – Бесполезно. Даже если мы задержим ее, они не смогут убежать далеко. Сумеречные бегают быстрее нас, – Пегги встала впереди всех. – Приготовьтесь к бою. 
  – Вот зачем Фантомы так быстро ушли… – вымолвил Раинер. – Сначала хорошенько потрепали нас, а теперь отправили ее… 
  – Я понимаю, как тебе, должно быть, тяжело сейчас, но пожалуйста, не ослабляй защиту. Держись. Бьемся на смерть. Нас больше, мы сможем одолеть ее. 
  По телу Грейс прошла дрожь. Тетя говорила уверенно, но как бы ни звучал ее голос, по ее выражению лица было ясно, что она сомневается в собственных словах. 
  – Я не собираюсь драться с ней! – неожиданно возразил эльф. – Вдруг, она вспомнит…
 Пегги вздохнула:
  – Не вспомнит. 
  – Вы знаете, кто это? – спросила Грейс. 
  Стена исчезла. Все замерли.



Тим Скай

Отредактировано: 02.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться