Грёзы ангела

Размер шрифта: - +

Грёзы ангела - 16

Грёзы ангела - 16

Ренсинк Татьяна

***
Уже ранним утром собрались Вера с Оделией покинуть дом, чтобы отправиться вместе с матушкой на приём в один из салонов, дабы распланировать выступление немецкой труппы. Накануне матушка получила извещение, что Большой театр крайне заинтересован в одном из представлений от немецкого театра. Это было первым радостным известием за последние дни после случившегося нападения на них и театр. Теперь верили и подруги, и матушка Оделии, что когда на предстоящем приёме будут известны даты выступлений, жизнь будет налаживаться.

Только собрались к выходу, как в двери театра вбежал Николай. Словно куда спешил, он остановился перед ними и протянул Вере конверт:

-Доброе утро! 

-Доброе утро, - растерянно молвила она и приняла послание.

-Это Вам, - улыбался Николай. - Я только вчера вечером получил сообщение от нашего общего друга, Фредерика! Послание же для Вас не читал. 

-Для меня?! - приятно удивилась Вера, и её в тот же момент Оделия подхватила под руку да повела в сторонку:

-Говорила же, вот и сбывается поверье! Ой, ждёт тебя счастливое будущее с ним!

-Что за поверье? - услышав часть речи, заинтересовался Николай, и Оделия подошла с кокетливой улыбкой:

-А коли с парнем в Петров день на качелях покатается девица, то вскоре с ним под венец и пойдёт.

-Вполне возможно, - поддержал её слова Николай, но Вера, приняв близко к сердцу страх, что подобное не сбудется никогда, распечатала письмо.

То, что Фредерик ей сразу понравился, она старалась хранить в себе и никому никогда не показывать, а уж рассказывать и подавно.  Терпела она этот очередной намек Оделии, что Фредерику Вера тоже понравилась, что всё может сложиться так, как мечтается. Терпела и ничего в ответ не говорила, хотя Оделия уже стояла с ласковой улыбкой да наблюдала, как она читает дорогое письмо. 

Как Вера случайно на днях проговорилась, что грезит, дабы Фредерик хоть бы весточку прислал о том, где он и как, так и поняла Оделия: не свободно больше сердечко подруги и мысли теперь лишь о любимом. Но Вера молчала, а на распросы отрицала все свои чувства да мечты. Лишь ночью, перед тем, как уснуть, постоянно представлял, как они встречаются вместе, гуляют и... целуются...

Вспоминая свои грёзы, Вера держала перед собой строки любимого мужчины, а читать ещё некоторое время не решалась. И только когда матушка Оделии стала спускаться к ним, чтобы отправиться на приём, Вера поспешила узнать написанное:

«Здравствуйте, любезная Вера! Спешу сообщить Вам, что встреча с неприятелями прошла для меня удачно. Не буду вдаваться в подробности описания сего пренеприятнейшего события. Сообщу лишь, что жив да здоров. Хочется увидеть Вас и поверить, что всё у Вас хорошо, а жизнь вновь такая, как была до встречи со мною, именно — более спокойной да без встречи с каким-либо недостойным человеком. 
Признаться, письма писать — не моё любимое занятие. Однако не смог удержаться, чтобы не написать Вам. 
Буду тешить себя надеждой, что Вы озаряете дни светлой улыбкой Вашей невероятно ангельской души. Благодарен судьбе за встречу с Вами. Извините меня великодушно за любой проступок. Будьте счастливы! Фредерик.»

Еле сдерживалась Вера, чтобы данное письмо не прижать к груди и не заплакать от того тепла, что сейчас переполняло всю её. Скорее сложив, она спрятала его в карман платья и поспешила предстать перед ожидающими.

-Готова? - поинтересовалась матушка Оделии, и Вера с покорным приседанием молвила:

-Да, госпожа.

-Что ж, прошу нас извинить, - улыбнулась матушка Оделии всё понимающему и уже знающему, куда они направляются, Николаю.

Он открыл для них дверь, вышел вместе на улицу и ещё некоторое время смотрел вслед удаляющейся с ними карете:

-Что ж, всё имеет будущность...



Tatjana Rensink

Отредактировано: 02.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться