Гроза Морей

ГРОМ СРЕДИ ЯСНОГО НЕБА

Вскоре фрегат отчалил и с остатками команды взял курс на Прийтт. На этом большом острове, лежащем к западу от Тай-Кина, находили самые крупные в восточном полушарии алмазы. Сами копи хорошо охранялись, но иногда можно было перехватить небольшой груз камней у тамошних контрабандистов. Туайнен туманно намекал, что у него имеется некая договоренность на небывало крупную партию и обещал с этого рейса неслыханные барыши.

Рану все это поначалу очень нравилось. К алмазам юный маг был равнодушен, но дух приключений манил его, как корабельного кота запах жареной рыбы. Потому после изгнания из Магистериума и подался в Игайас – очень уж заманчиво звучали рассказы о лихих флибустьерах, сокровищах, контрабандистах и схватках с морскими чудовищами. И там ему повезло – он познакомился с Кирой. И не просто, а как в самых дерзких мечтах: они сражались спина к спине, она увидела его в бою и, оценив по достоинству, тут же предложила  стать корабельным магом. Правда, Ран старался не вспоминать о том, что Кира взяла с него слово окончить курс в Магистериуме. Во всяком случае, об этом надо будет думать только осенью, а это еще очень не скоро. Мало ли что может случиться? Так что Ран строил радужные планы относительно ближайшего будущего, и наслаждался настоящим. 

Правда, с Тесака глаз не спускал. Странный он, этот Тесак Туайнен, и его, Рана, явно невзлюбил, а это сразу человека характеризует, считал бывший студент.

Однажды Ран ввалился по своему обыкновению без особых церемоний в капитанскую каюту, передать поручение от Киры, и обалдел: Тесак сидел над книгой! Водил толстым пальцем по строчкам, шевелил губами, а увидев парня, взбесился, будто ему вместо рома рыбий жир подсунули. Ран даже не представлял, что Туайнен вообще умеет читать. Это казалось не просто странным, а чудовищно неправдоподобным!
Любопытство всегда было слабым местом Рана, а тут разгулялось не на шутку.

Мучимый желанием уличить капитана в чтении какой-нибудь бульварной литературы или детских сказок (почему-то Рану казалось, что дело именно в этом), парень проявил немало изобретательности. И однажды сумел-таки сунуть нос в заветную книжицу: Тесак с полным отсутствием воображения прятал ее под матрас. Поначалу, листая страницы, Ран расплылся в довольной ухмылке: он почти угадал! Кэп увлекается сказками – читает легенды Южных морей!

 Самой замусоленной выглядела страница, где излагалась легенда о Повелителе Морских Драконов. Ран попытался поделиться своим открытием с Кирой, но та отмахнулась, дескать, у каждого свои предпочтения и ничего зазорного в этом нет.
Ран настаивать не стал, но за Туайненом присматривал. Заприметил, как тот поигрывает маленьким ключиком на цепочке и прячет его в жилетный кармашек. Целый день потратил на создание копирующего заклинания с прикреплением на крохотный вихревой поток, а потом еще полдня выжидал удобного случая, но все-таки влез  в капитанский тайник – на самом деле ничего романтичного, просто большой сундук. Внутри оказалась всякая ерунда вроде золота, каких-то бумаг, мешочков с жемчугом и камнями. Ран уже разочаровался в своей затее, и хотел захлопнуть крышку, когда его внимание привлек странный шорох.

 Шуршал небольшой сверток на самом дне. В нем что-то возилось, и Ран с опаской несколько раз коснулся кончиком пальца плотной темной ткани, прежде чем решился развернуть. Содержимое свертка никак не обнаруживалось, и в какой-то момент Ран подумал: это крыса неосторожно влезла в кусок старой тряпки и теперь прогрызает путь к свободе. А что еще думать, если слой за слоем разворачиваешь ткань, а там – ничего? 

Он оглянулся на дверь капитанской каюты, но все было спокойно – рёв Туайнена доносился с палубы, кэп проверял амуницию своей немногочисленной абордажной команды. Ран нетерпеливо вздохнул и решительно встряхнул ткань. Что-то стукнуло о дно сундука, и он зашарил руками, торопясь схватить находку, пока не сбежала. Поймал, поднес к глазам и разочарованно хмыкнул:

- И вот эту каменючку прячет Тесак? Ну, старик наверное совсем того… сбрендил от рома…

Ран уже хотел положить небольшой темно-коричневый камень назад, но тот вдруг запульсировал в руке. Сначала тревожно, быстро, а потом, будто успокаиваясь, неторопливо, размеренно. Ран от удивления даже рот приоткрыл. Ему показалось, что камень даже потеплел. Необычная форма, неровности и впадины, и эта пульсация делали камень похожим на что-то живое. 

– Где этот бездельник, которого мы тут называем корабельным магом?! – голос Туайнена прозвучал где-то совсем близко, выдергивая Рана из задумчивости. – Я ему сейчас расскажу, как кормежку отрабатывать!

Кажется, Тесак сильно не в духе! А уж если застукает Рана здесь, у своего тайника… Маг торопливо вернул на место сверток, захлопнул сундук и выскользнул из капитанской каюты.



До Прийтта им оставалось около недели ходу.

 «Летящий» развернул свои белые паруса, служившие не только обычным целям, но и выполнявшие роль накопителей. Они были пропитаны особым алхимическим составом, и передавали всю накопленную энергию огромному кристаллу, расположенному прямо под капитанским мостиком. Кристалл, установленный в центре специально сконструированной машины, и приводил в движение корабль. Собственно сам корабль он не двигал, воздействуя на воду под днищем судна, и создавал мощное направленное течение, ограниченное размерами корпуса.

Поэтому, в отличие от большинства подобных судов, у «Летящего» рубка располагалась не на корме, а прямо перед грот-мачтой, и была зарытым помещением. 
Вахтенный управлял ходом корабля с помощью кнопок и рычагов на особой панели, поглядывая на показания приборов, занимавших одну из стен рубки. Ориентироваться помогало объемное изображение, его создавал кристалл-информатор. Он охватывал зону видимости в одну пятую морской лиги. Не слишком много, но в туманную погоду это было просто неоценимо. Конечно, корабельный маг мог разогнать туман, но тут опять же вставал вопрос о дальности действия его сил. Создать небольшую область без тумана – отнюдь не то же самое, что решить задачу полной видимости, еще и в шторм.

Шли полным ходом, «Мантикора» Грандэ не показывалась, и последующие три дня все было тихо и спокойно. Матросы повеселели, но Шайя угрюмо предрекала, что беды «Летящего» только начинаются. Ее никто не слушал, все обсуждали размеры вероятной добычи.

На четвертый день встали на якорь у небольшого островка из Драконьего Хвоста – западного ответвления Драконьего архипеллага. В крохотном рыбачьем поселке им сказали, что Грандэ не далее как вчера пополнял здесь запас пресной воды и расспрашивал о «Летящем».

Новость быстро облетела фрегат, но капитан пообещал, что проведет корабль под самым носом у «проклятого малефика», прячась между островками и рифами, и удвоил количество вахтенных. Судя по тому, как уверенно действовал Туайнен, он действительно знал Драконий Хвост как свои пять пальцев.

 – Я здесь еще юнгой под командой старого Хэмиша плавал, такое повидал, что вам, селедки вы малосольные, и в страшном сне не приснится, – приговаривал он, расхаживая по палубе, с засунутыми за вырез зеленого жилета большими пальцами, с видом самодовольным и каким-то предвкушающим.

Погода была не слишком хорошая,  к вечеру поднялся сильный ветер, и Ран всю ночь провел на мостике, удерживая вокруг «Летящего» небольшой островок относительного спокойствия. 

Механизмы сильно облегчали задачу управления судном, и, убедившись, что кораблю не грозит ничего серьезного, а шторм стихает, после полуночи капитан решил оставить мостик. Кира осталась у штурвала, а Ран просидел до утра рядом, болтая ногами и выспрашивая ее о всяких морских легендах и загадочных случаях. А заодно безбожно хвастаясь своими амурными похождениями, по большей части вымышленными.
 
- А про Морского Повелителя ты слышала? – вспомнил легенду из книжки Туайнена Ран.

Кира пожала плечами, и потянулась к кружке с крепким кофе:

– Да так, смутно что-то. Кажется, это был дракон. 

Ран оживился:

– Не просто дракон! В страшно давние времена, когда люди были самой незаметной расой, а за власть бились порождения дикой магии, перекроившей мир, морские драконы и огненные элементали вступили в битву. Эти драконы были огромными и могучими, но элементали побеждали их числом. Наступил день, когда неминуемым стало поражение, и Повелитель, самый большой и мудрый из драконов, увидел что почти весь его народ погиб. Чтобы спасти тех немногих из своих сородичей, что еще остались в живых, он превратил их кожу в камень. Вложил в это всю свою силу, всю магию. И драконы стали каменеть. Элементали напали на Повелителя, а тот не мог уже защищаться. Они испепелили его, но рано радовались. Из моря вышли водные элементали, и завязалась новая схватка, в которой обе стороны окончательно истребили друг друга. 

– Поучительно, – заметила Кира, – Если не предусмотреть появления еще одного противника и не оставить в резерве запас сил, вот такое и случается. Стратегические просчеты дорого обходятся, нам в Ост-Вальде постоянно это напоминали. И чем там все закончилось?

- Ну, элементалей не стало, драконы окаменели окончательно, превратились в острова. Но в легенде говорится, что если однажды сердце Повелителя снова забьется, он может возродиться и разбудить своих сородичей.

- Разбудить морских драконов! Ну уж нет! Лучше пусть спят себе. 

- Почему? – Ран от возмущения даже вскочил. – Это было бы здорово! Представляешь, как они встают из воды, расправляют свои крылья!

- И как топят корабли, не говоря уж о жителях тех деревушек, что стоят на их спинах, - рассудительно ответила Кира, слегка посмеиваясь над горячностью мага. – Все это хорошо в сказках и легендах. Пусть там и остается. 

Ран разобиделся и дулся на нее целых пять минут.


Утро снова преподнесло сюрпризы. Сменить первого помощника на мостике никто не явился. 

Ран вызвался быстренько сбегать поискать кого-то на смену уставшей Кире, и вернулся растерянный:
– А никого нет... 

– Как нет? Что ты мелешь? – рассердилась Кира, потирая покрасневшие глаза. – Куда ж они подевались? Опять насочинял, нервишки пощекотать?

 Но побелевшие губы и растерянные глаза мальчишки заставили усомниться в том, что это глупый розыгрыш.

–А дай-ка я сама посмотрю…

Кира оставила у штурвала Рана, и отправилась на поиски. 

Все оказалось, как и сказал маг: ни души! Исчезли все, включая Шайю и корабельного кота.

Единственный, кого Кире удалось обнаружить, был Тесак. Капитан спал в своей каюте одетый и отчетливо припахивал ромом. 

Непочтительная Блексторм рывком привела Туайнена в вертикальное положение и произвела допрос:

– Где все? 

– Какие все? – кротко поинтересовался Тесак, сдерживая икоту.

– Команда наша, капитан! Где команда?

– Согласно занимаемой должности и моему распоряже... Жжения…..

После чего снова вознамерился уснуть. Проснулся он только после кувшина воды, вылитого заботливой Кирой ему на голову.

– Капитан Туайнен!!! Корабль пуст! – рявкнула на свое прямое и непосредственное начальство Кира, полностью презрев субординацию. – От всего экипажа остались только я и Ран! 

– А куда они все делись? – капитан покачивался, сидя на койке, но уже грозно хмурил рыжие брови. – Я такого приказа не отдавал!

– А вы их сами спросите, как они посмели покинуть судно посреди океана, еще и вплавь?

Как убедился Тесак, обойдя корабль вместе с Кирой, шлюпка принайтована на положенном месте, запас продуктов не тронут, а в закутке, где обычно спала Шайя, остались разноцветные бусы, перья, склянки со снадобьями и пучки трав.
Когда капитан убедился в этом лично, все трое собрались на мостике, держать совет.

«И это называется советоваться?», думал Ран, слушая как Кира и Туайнен, склонясь над картой  спорят, куда им лучше теперь плыть – в Айбуко или продолжать путь к Драконьему архипелагу. Можно подумать, мнение Рана кого-то волнует? Вон, даже внимания не обращают, мол, какое может быть мнение у парня, ничего не понимающего в навигации и прочих морских премудростях? Рану стало обидно. 

Туайнен уже перед этим поднял насмех все его предположения насчет магического вмешательства в загадочную пропажу экипажа «Летящего», и заявил, что вся эта «неблагодарная шайка» просто перешла на другой корабль, о чем было договорено заранее. А что «Летящий» не пострадал, так это потому, что оплаченные «проклятым Грандэ» матросы хотели нагнать на Тесака ужас.  Но он, Тесак, на подобные мелкие трюки не поддастся! И нечего время зря терять, обсуждая всякие глупости.

– Айбуко – единственный выход, – доказывала Кира, пытаясь сохранять спокойствие.

 – Где еще поблизости есть крупные порты? Нам надо заново нанять команду, и на подходах к Айбуко всегда ошиваются тай-кинцы. Грандэ туда не сунется, говорят, Баожей лично пообещала пришпилить его к мачте собственного корабля... 

– Вот бы она добралась до него раньше, чем он до нас, – пробормотал Ран, чем заслужил одобрительный  взгляд Киры и пренебрежительное фырканье капитана.

Гневно посопев, Туайнен стукнул по карте поросшим рыжей шерстью кулаком и изрек:

– Нам не дотянуть до Айбуко! Втроем с «Летящим» не справиться, слишком далеко. Драконьи острова рядом. Там есть рыбачьи поселки. Наймем человек десять, и можно будет двигать хоть в  Айбуко, хоть на Прийтт. 

– Дикие места… – с сомнением сказала Кира, постукивая пальцами по деревянной розе ветров, украшающей капитанский мостик. – Сомневаюсь, что мы там хоть пару человек найдем, которых можно на борт пустить, не опасаясь, что от вида паровой машины они в штаны не наложат. 

– А может, там правда водятся драконы? Ну, не зря же так острова назвали? Вдруг это те самые острова, из легенды про Морского Повелителя? – сунул нос в карту Ран.

 Эта мысль волновала его чрезвычайно. В последнее время он о драконах только и думал. Любопытство легко опрокинуло на обе лопатки обидчивость, и юный маг уже забыл, что намеревался хранить гордое молчание еще как минимум полчаса (про час даже не загадывал, знал, что столько не выдержит).

– Да нет там никаких драконов, враки это все, – сердито отрезал Туайнен. – Просто какому-то составителю карт очертания архипелага показались похожими то ли на крокодила, то ли на ящера. Вы оба отправляйтесь спать, а я останусь тут, у штурвала. Блексторм, сменишь меня через пять часов.

–А я?  – отбросил челку со лба Ран, и вытянулся, желая казаться выше. - Может, я вас сменю? Или потом, после Киры?

–А ты… - Толстый палец капитана возделся к небу, – Тебя чтоб я у штурвала не видел! И на мостике тебе делать нечего! Лучше поставь защиту какую на корабль, бездарь! Был бы путёвый маг на борту, может, и команда была бы на месте!

Ран даже задохнулся от возмущения и приготовился много чего высказать Тесаку в ответ, но снова вмешалась Кира и увела его с мостика.

– Ну и ладно! Сдался мне этот ваш штурвал! Пусть Тесак-тупак сам и торчит там до посинения! – бурчал себе под нос бывший студент, заваливаясь на койку в каюте Киры. 

Каюта у первого помощника была поуютнее, чем кубрик, где обычно обретался Ран с другими матросами. Здесь на полу лежал немного потертый ковер, в застекленном шкафчике хранились книги и фарфоровая посуда, стоял большой обитый кожей сундук, а за небольшой дверцей пряталась пусть крохотная, зато собственная ванная. Кира велела ему спать тут, и Ран ничего не имел против. Жутковато было бы одному…

– Как думаешь, что на самом деле случилось? – спросил он, еще раз обегая взглядом каюту и проверяя надежность поставленной им защиты. Сейчас как никогда Ран жалел, что не доучился в Магистериуме.

– Если бы я знала… – голос Киры прозвучал устало.

Она старалась не пугать впечатлительного парня. Впасть сейчас  панику – самое последнее дело, а без помощи единственного тут мага им не выкрутиться. Поэтому добавила в голос оптимизма:

– Но кто бы это ни был, он еще пожалеет о своих гнусных шуточках. Особенно если всерьез разозлит Шайю…

– Шайю? А если она уже того… померла?

 –Ты видел ее тело?

– Я – нет…

– И я нет. Значит, не факт, что Шайя оправилась к Великому Предку. 

Успокоенный Ран  удобно вытянул ноги под клетчатым покрывалом и взбил подушку. Блаженство! Предыдущие сутки вымотали его и глаза слипались. Но он еще боролся со сном, надеясь, что удастся рассмотреть Киру в интимной, так сказать, обстановке.
Сама Блексторм, не обращая на ворочающегося мага внимания, присела к столу. Облаченная в свободную рубашку, скрывающую очертания роскошной груди и короткие полотняные бриджи, расчесывала спутавшиеся волосы и одновременно что-то искала в старом фолианте.

Ран принял раскованную позу (рука подпирает голову, подбородок мужественно выдвинут вперед), и спросил как можно суровее:

– Кира… Где ты там? Ложись. Я подвинусь…  

– Спи уже, подвинется он… Я в гамаке посплю… Только кое-что сделаю сначала. Да где же она подевалась? Где-то тут была… – девушка быстро переворачивала толстые исписанные крупным почерком страницы, даже не глядя в сторону мага. – Турисаз, нападение… знать бы, на кого нападать……Райдо, переселение… До этого еще не дошло…Отила, наследие… вот! Наконец-то! Альгиз. Щит.

Кира заложила гребень между страницами, потянулась к кисточке и флакончику тай-кинской туши. Несколько быстрых движений – и на левом предплечье появилась руна, напоминающая очертаниями перевернутый птичий след. Покрыв руну прозрачным раствором из другого флакончика, она обернулась к Рану:

– Теперь твоя очередь… соня!

Ран сладко спал, чуть приоткрыв рот и тихонечко сопел, закинув руку за голову.
– Ну, хоть руку не забыл мне подставить, – пробормотала девушка, посмеиваясь. – Беззащитное тело Рана. Ха! Можно порезвиться!

 Он не проснулся. Спал, пока Кира наносила ему на внутреннюю сторону предплечья защитную руну и покрывала ее усиливающим и предохраняющим от стирания эликсиром. Дрых, когда она стянула с него покрывало и обнажила худощавый торс. И пока она, ухмыляясь, работала кистью, с вдохновением истинного художника, поглядывая в свой фолиант, ни разу не пошевелился. 

Проснулись они одновременно, когда до рассвета оставалось около получаса.
Корабль раскачивался и трещал, так что Рана вышвырнуло из койки и хорошенько приложило о сундук. Кира, схватившись за дагу, уже выбивала заклинившую дверь каюты.

Фрегат стонал, как раненый зверь, море бурлило и кипело. А прямо по курсу вздымался скалистый уступ, весь седой от клочьев пены и водяных брызг. И «Летящий» несся вперед, жалобно скрипя голыми мачтами, стремительно сокращая расстояние до острых как обломанные зубы камней у подножия гранитного великана…