Гроза Морей

«ГРОЗА МОРЕЙ»

Рикардо недолюбливал ром. Ну не нравились ему крепкие напитки – голова потом болела, мысли путались и ноги заплетались. Это не считая языка, выдававшего все тайные помыслы своего хозяина. 

Здесь, в «Белой Акуле» его вкусы хорошо знали, и едва Грандэ уселся за стол, тут же подали бутылку белого вина и наполнили высокий бокал золотистым напитком с легким ароматом зеленого яблока и цветов лимона. Светлые стены, украшенные гравюрами с морскими видами, широкие распахнутые окна с белыми занавесками и легкая плетеная мебель радовали глаз и навевали умиротворение.
 
Но Грандэ не успел как следует насладиться вином и приятной обстановкой в одиночестве.

– Еще бутылку, и бокал для меня, – раздался прямо над головой Рикардо знакомый голос и в поле зрения появился среднего роста мужчина, лет тридцати, одетый весьма скромно. Черная рубаха и штаны, черная куртка, такая же косынка на темно-русых волосах, связанных на затылке кожаным ремешком. Вся эта чернота разбавлялась единственным ярким пятном – широким красным поясом с серебряной цепочкой дорогого брегета.

Рен Асканец вообще не любил излишней экстравагантности в нарядах, в отличие от Рикардо, а вот по части напитков вкусы у них совпадали. Грандэ откинулся на спинку стула, сделал приветственный жест бокалом:

– Рад видеть, Рен. Не знал, что ты в «Белую Акулу» захаживаешь.

– А я услышал, что тут сидит чудом спасшийся после столкновения с кораблем-призраком Рикардо Грандэ и не удержался, решил послушать из первых уст, так сказать.

Асканец непринужденно расположился напротив, ему тут же подали вино.

– Отменно… а кстати, как ты рискнул сунуться сюда, на Айбуко, после той истории с Баожей? Говорят, она обещала тебе что-то отрезать?

 Грандэ самодовольно ухмыльнулся:

–  Речь шла о моем языке. Но это небольшое недоразумение уже улажено. Правда, примирение обошлось в парочку артефактов из моей личной коллекции…

– И покаянную речь в присутствии всего ее экипажа, - подхватил Асканец.

Грандэ досадливо дернул плечом:

– Ну, покаянная речь это громко сказано… всего лишь вежливые слова сожаления.

– Видимо, сказано было с большим чувством, или артефакты уж очень хороши… в любом случае, ты здесь, и я  жажду послушать: что это за призрак? И как тебе удалось с ним разобраться? Неужели он так же падок на вежливое помахивание шляпой и магические бирюльки, как Баожей?

– Если бы это было так, о «Грозе Морей» не болтали бы в каждом кабаке уже двести лет.

– Насколько я знаю, не более ста двадцати, но это мелочи, – заметил Рен, отправляя в рот крупную фиолетовую виноградину, – А правда, что весь экипаж «Грозы» это сумасшедшие духи повешенных на рее пиратов? 

– Я видел только одного. И он выглядел вполне сумасшедшим.

Рен Асканец прищурился и уточнил:

– Значит, ты был так близко, что даже смог разглядеть Плакальщика? И… какой он? 

– Не уверен, что это был именно Плакальщик, – нехотя признал Рикардо, – Высокая белесая фигура, окутанная вихрями.

– А это точно та самая «Гроза»? – усомнился Рен.

– Паруса все рваные, клочьями висят, борта в трещинах. Мачты в синих молниях, за кормой черная пена…и над бортами клубится туман, или дым, так что ничего толком не разглядеть…

– Вроде похоже…

Асканец задумчиво рассматривал свой бокал. Потом резко склонился вперед и спросил у Рикардо:

– Так что тебе напророчил Плакальщик? Неужели славу самого грозного пирата всех времен?  

Рикардо вспыхнул, хотел ответить что-то гневно-презрительное, но его собеседник уже доброжелательно улыбался, поднимая бокал: 
 
– Давай лучше выпьем. И ты мне расскажешь все по порядку.

Конечно, Грандэ был в курсе слухов, что он-де проклял и Тесака, и весь его экипаж. Потому что сам эти слухи и распускал: просто ронял намек здесь, словечко там. А людишки остальное и сами додумают, как известно, перемывать чужие косточки –   любимая забава всех разумных.

О том, что старый пройдоха Туайнен замыслил взять крупнейший контрабандный груз прийттских алмазов, Грандэ шепнула одна маленькая птичка. Эта пичуга была его собственным шедевром, над ее созданием он бился не один год, но оно того стоило. Это порождение магии не отличалось красотой, и слабо походило на реальных пернатых, зато умело становиться незаметным, почти невидимым и превосходно шпионило для своего хозяина.

Провоцировать Туайнена на ссору Рикардо не собирался. Но Тесак вдруг неосторожно высказался в том смысле, что у некоторых репутация дутая, а на самом деле кишка тонка в честном поединке скрестить саблю не что с ним, а даже и с девчонкой Блексторм, его первым помощником, ежели без магии и прочих подлых штучек. Грандэ тут же сделал вид, что принял слова Тесака на свой счет, изобразил смертельную обиду и желание непременно поквитаться. Самым сложным было завершить тот маленький спектакль не переводя его в немедленную дуэль.

А после все был просто: дать «Летящему» отплыть, следовать за ним в отдалении,  не показываясь на глаза. А когда Туайнен возьмет на борт алмазы, можно будет появиться внезапно  и опустошить трюмы фрегата. Рикардо не сомневался: эта операция ему удастся. Хотя бы потому, что в противоположность жадному идиоту Туайнену, у него на «Мантикоре»  абордажная команда укомплектована опытными проверенными бойцами, а не пьяным сбродом.

Маг на фрегате Туайнена был совсем мальчишка, по сведениям Рикардо это было его второе или третье плавание, и поэтому он без опасения посылал свою птичку шпионить. Поначалу все шло гладко, а вот потом начались странности: «Летящий» закрылся, как будто его плотно магической сетью окутали, и проникнуть за эту завесу не было никакой возможности. Неужели он недооценил пацана, удивлялся Грандэ, но не слишком переживал – куда идет «Летящий» ему было хорошо известно, а уж встречу у Прийтта он Туайнену устроит.

Однако все вышло совсем не по плану. «Летящий» просто исчез. Грандэ рыскал туда-сюда, обшарил Драконий Хвост, и даже сунулся к центральной части архипелага, но фрегат как будто растворился! 

Ни на Прийтте, ни в Айбуко, где Грандэ пытался наводить справки, никто не видел корабль Тесака. 

«Маникора» опять развернулась к архипелагу, но попала в сильный шторм. Опасаясь налететь на острые подводные камни у островов, Грандэ бросил попытки найти Туайнена и ушел в открытый океан.

Шторм перешел в нечто невообразимое – казалось, океан взбесился. Низкие тучи клубились на востоке, над скрытым высокими пенными валами архипеллагом. Молнии на горизонте вспыхивали каждую секунду, мощные раскаты грома докатывались до «Мантикоры». Казалось, вся сила тропического урагана обрушилась на Драконий Хвост, а небо над кораблем Грандэ оставалось ясным, ярко светило солнце, и только громадные волны бросали корабль из стороны в сторону, будто под водой ворочался сбоку на бок громадный зверь.
 
«Мантикора» благополучно пережила тот день, к вечеру волнение стало умеренным, и грозовые всполохи на горизонте исчезли. Иногда доносились раскаты далекого грома, точно кашель старого великана.

А на следующий день, когда от вчерашнего буйства стихии не осталось и следа, и Грандэ решил, что пришло время вернуться к поискам «Летящего», они и столкнулись с призраком.

Сначала вахтенный заметил на горизонте очертания корабля, напоминающего фрегат, и Рикардо возликовал: наконец-то! Они бросились вдогонку, и скоро стало ясно – корабль идет им навстречу. На «Мантикоре» с недоумением наблюдали, как фрегат приближается, даже не делая попыток изменить курс. 

Абордажная команда уже выстроилась на палубе, алхимики колдовали над пушками, а Грандэ хмурился, пытаясь рассмотреть через мощные линзы рефрактора палубу «Летящего». Неужели Туайнен совсем потерял голову и решил пойти на прямое столкновение? Или у него припасено какое-то мощное оружие, о котором никто и не догадывается?

Рассмотреть хоть что-то не выходило – корабль оказался в плотном туманном облаке, скрывавшем его борта, такелаж, и носовую фигуру.

Опыт говорил Рикардо: тут дело нечисто, и он не торопился. Отвлекся на минуту дать указания боцману и стоящему у штурвала матросу. Но с бака раздался вопль:
– «Гроза»! Это «Гроза морей!»

Не веря своим ушам, Рикардо бросился к окуляру и онемел: густой туман наполовину сполз с несущегося навстречу корабля, и стали видны рваные серые паруса и все в синих разрядах молний мачты. А на реях покачиваются повешенные – свернутые набок головы, безжизненные, будто тряпичные тела, и по ним проскакивают те же синие молнии. Высунулся из тумана острый длинный бушприт, и сердце капитана Грандэ пропустило удар: под ним торчал вырезанный из почерневшего дерева кулак со сжатым в нем пучком стальных молний.

– «Гроза морей!», –  ошеломленно прошептал капитан, а с палубы уже доносились крики его экипажа:

– Это она, она, смотрите! И повешенные моряки на реях!
 
– Спаси нас Хранительница, только бы за орпейцев не приняли! Враз к себе заберут, на мачтах качаться! 

– При чём тут орпейцы, дубина! Их блинденцы перевешали, это все знают…

– Кранты нам, братцы! В них и стрелять бесполезно – для призрака это навроде щекотки, только разозлит!

Корабль-призрак уже был совсем близко, и Рикардо, сжимая эфес сабли, которая сейчас ничем не могла ему помочь, судорожно пытался понять, как действовать, потом оттолкнул оцепеневшего от ужаса рулевого и резко переложил штурвал, меняя курс – столкновение кораблей при такой скорости казалось неизбежным.

«Гроза морей» снова окуталась туманом и прошла мимо левого борта «Мантикоры» не снижая скорости. На корме уходящего корабля выступила из серого дымного месива массивная фигура, закутанная в плащ, и над водой разнесся низкий потусторонний голос:

– Для тебя тоже найдется местечко на рее, Грандэ…



…– И Плакальщик предрек мне удачное плавание и гибель всех моих врагов,  – бодро завершил свое повествование Грандэ, наполняя в очередной раз опустевший бокал.

– Да, да, – проговорил Асканец кивая,  – Плакальщик славится своими счастливыми предсказаниями. 

И опять нельзя было понять, говорит он серьезно или пытается пошутить. А хитрый блеск в темных глазах – что ж, Рикардо Грандэ может сделать вид, что не заметил, а потом припомнить. Судьба еще не раз сведет капитанов южных морей, мир-то тесен!
А сейчас неплохо было бы найти «Летящий», и поквитаться с Тесаком за беспокойство. А то и вправду пойдут разговоры, что Грандэ испугался призрака, да и алмазы… Алмазы есть алмазы.

– Кстати, знаешь новости? «Летящий» сменил капитана, и сейчас идет полным ходом на Порт-Джералд. Блексторм хочет официально оформить владение судном,– поднимаясь, сказал Асканец. – Что это ты побледнел? Наверное, тут слишком душно, ты бы прогулялся, как раз увидишь их паруса на горизонте.  Ну, рад был поболтать, Рикардо. Попутного ветра.

Подхватил со стола гроздь винограда и, посмеиваясь, пошел к выходу.