Гуттаперчевый клоун

Глава 21

Когда Лёля, отворив дверь комнаты, шагнула из неё в пустоту, она и себе самой не смогла бы объяснить, зачем это сделала. От отчаянья или просто от огромного желания оказаться как можно дальше от двух этих жутких типов: окончательно спятившего клоуна и его такой же полоумной дочери. Она несли какую-то несусветную чепуху и приглашали её, Лёлю, поверить в эту чепуху и даже принять в ней участие… и тогда, только чтобы избавиться от всего этого, Лёля шагнула вперёд, не представляя даже, чего можно ожидать от непонятной этой пустоты…

И совершенно неожиданно очутилась в каком-то узком и мрачном подземелье, которое, скорее, можно было назвать тоннелем, ибо оно не заканчивалось глухой стеной, а просто тянулось в обе сторон, постепенно исчезая во мраке. Впрочем, полной темноты тут не было – тусклое, слегка мерцающее свечение сверху позволяло довольно-таки неплохо ориентироваться в замкнутом этом пространстве…

Может быть, поэтому Лёля вначале обрадовалась тоннелю, ибо он был вполне материален, в отличие от непонятной и даже абстрактной прежней пустоты. У девушки мелькнула даже слабая надежда, что, возможно, это просто какая-то подземная часть единого циркового комплекса, из которой всё же имеется выход наружу… впрочем, пройдя по этому тоннелю добрых полтора километра, так и не обнаружив выхода, она напрочь отбросила подобную возможность. Кажется, это был тот самый тоннель, по которому ушла ранее и в неизвестность та, вторая Лёля?

Но ежели это и в самом деле тот тоннель, то, вполне вероятно, он может привести Лёлю к собственной квартире… ведь именно в шкафу её комнаты тоннель и возник минувшей ночью.

Знать бы только в какую сторону идти, чтобы добраться до этого самого шкафа?

Лёля могла сейчас двигаться в правильном направлении, но с той же долей вероятности брела она сейчас в направлении прямо противоположном правильному, не приближаясь, а, наоборот, постепенно удаляясь от искомого.

Невольно напрашивалась мысль, что времени со вчерашней ночи прошло не так уж и много, и, возможно, та, другая Лёля всё ещё блуждает где-то здесь, по подземелью. Здорово было бы её тут повстречать… вдвоём, оно веселее как-то…

Что-то блеснуло на полу и, приглядевшись, Лёля увидела ножницы. Очень похожие на те, которые вторая Лёля захватила с собой… и эта находка ещё более убедила Лёлю, что её копия проходила ранее этим же самым маршрутом.

Вот только в какую из сторон?

Позвать её, что ли? А вдруг услышит!

Или не стоит поднимать шум, тем самым выдавать себя, ибо кто знает, какие твари могут обитать в сыроватом этом полумраке?

Но для начала Лёля подобрала с пола ножницы. Вообще-то, на оружие они мало походили, но всё ж лучше, чем ничего!

- Лёля! – вполголоса позвала Лёля. – Ты где?!

Громкий басовитый лай раздался совсем неподалёку, а потом из тоннельного полумрака выбежал огромный чёрный пёс. Лёля и испугаться толком не успела, как неожиданно признала пса…

И почему-то не очень удивилась, повстречав его тут … вернее, совсем даже не удивилась.

- Абрек! – проговорила она, лаская подбежавшего пса по загривку. – Я ведь говорила, что ты тогда сквозь стену прошёл, а Иришка мне не поверила!

Вспомнив об Иришке, Лёля задумалась.

Интересно, что она сейчас делает? Наверное, прождав некоторое время Лёлю у здания цирка, Иришка отправилась домой. Расстроенная и весьма недовольная необязательностью новоиспечённой своей подруги…

Знала бы она, где именно подруга эта сейчас находится и что с ней, собственно, приключилось!

Неожиданно припомнились и эти, так называемые, цирковые артисты: отец и дочь. Чем они заняты в настоящий момент и собираются ли заниматься поисками Лёли? Намекали ведь, что она им нужна для чего-то… вот только ничего вразумительного так и не разъяснили.

А может, не особенно она и нужна была этим двоим? Смылась – и ладно! Главное, что папашу Настиного от жутких шрамов избавила, клоуна игрушечного ему доставив, сама того не подозревая….

Хорошо бы, окончательно отвязались они от Лёли… и без них голова кругом идёт!

Или, наоборот, только они и смогут помочь ей выбраться из этого непонятного места?

Лёля припомнила вдруг слова Насти. О каком-то Магическом Мире, о кланах каких-то непонятных, о том, что она, Лёля, с самого своего рождения принадлежит к клану Лунного Сияния. И не просто принадлежит, а является чем-то, вроде, главы клана… какой-то Высочайшей, что ли…

А таинственно исчезнувшая Марьяна – такая же Высочайшая, но из враждебного Лёле клана… как же Настя его называла?

Нет, не вспомнила… впрочем, всё это просто ерунда и бред сумасшедшего!

Да, Марьяна действительно пропала и ничего, кроме враждебности, она у Лёли ранее не вызывала, но это не значит, что…

«А клубящаяся пустота за дверью? – подумалось вдруг Лёле. – А этот тоннель, в котором она так неожиданно очутилось? А Абрек прошедший сквозь стену, вернее, не просто прошедший, а раздвоившийся… как и сама Лёля, существующая ныне в двух вполне самостоятельных экземплярах!»

Это всё тоже бред сумасшедшего?

Казалось, значительно проще поверить в горячечный бред, нежели во всё то, что произошло с ней за последние сутки, но Лёля поверить в собственное сумасшествие, увы, не могла. А значит, этот Магический Мир действительно существует, и она в данный момент именно в нём и находится?

Какой-то он тусклый и негостеприимный, магический этот мир! И магия в нём тоже какая-то непонятная…

Лёля посмотрела на Абрека, чинно восседающего у самых её ног. Интересно, что он чувствует сейчас, этот пёс? Ощущает ли всю необычность того, что произошло с ним ранее или всё это ему, как говорится, до лампочки?