И к чему всё пришло

Размер шрифта: - +

Глава 8. Назад дороги нет

Шли мы в тишине. Птицы уже не пели, лето закончилось. Развлекал нас только вездесущий ветер, заставляя на разный манер скрипеть ветки и завывая на разные ноты в просветах деревьев. Я сначала не поняла, почему Вадим ускоряет шаги и его рука все сильнее тянет меня за собой. А потом среди завываний ветра и я услышала еще один звук. Вой. Волчий охотничий вой. И тогда мне стало страшно. Снова. Видимо, сезон охоты объявлен по наши головы, если из огня мы попадаем в полымя. Вой приближался и теперь мы почти бежали. Раздумывать, отвлекаясь, теперь мне было некогда и поэтому этот участок дороги так и останется для меня загадкой. Бежать было тяжело – платье хлестало по ногам, а подобрать я его не могла, одной рукой неудобно, а вторая крепко сжата Вадимом, да и сама я боюсь отцепиться. Капюшон плаща слетел с моей головы, и мелкая морось основательно уже подмочила лицо, руки, шею и даже немного область декольте. Волосы растрепались и облепили меня противными ледяными прядями. Несмотря на холодное время года и настоящую температуру на улице, мне от бега было жарко, словно летом. Сбивалось дыхание и колол бок, горели икры ног было большое желание просто упасть и лежать, но останавливаться было нельзя – вой звучал все ближе. Наконец, мы все-таки остановились. Я тут же согнулась, уперевшись руками в колени и с трудом переводя дыхание.

«Окружили, сволочи» - голос старичка – «Дальше бежать бесполезно»

«Это месть» - а это уже Вадим – «мы несколько лет хозяйничали на их территории,  а теперь вурдалаки исчезли, а мы – люди. Вот они и собираются мстить за отнятую территорию»

«Но как они успели узнать?» - задушенно пискнула я

«Полагаю, по запаху, оборотнями они нас не трогали, но лишь потому, что мы давали жесткий отпор. А теперь… теперь, не можем» - снова Вадим

Ну почему, почему каждый мой шаг одновременно является и правильным, и неправильным? Каждое мое действие одновременно и зло приносит, и добро. Я даже в действиях оказываюсь полностью уравновешенной. Принести что-то одно почему-то не получается.

«Отойди за спину» - глухо сказал Вадим и рукой подвинул меня.

Без меня они бы уже забрались на дерево. Я прямо вижу его. Опять, в темноте, под закрытыми веками. Высокое, раскидистое дерево – сильное и высокое, еще не все даже потерявшее листву, на обочине перекрестка двух дорог – той, лесной, по которой шли мы и более широкой, здорово наезженной. Сзади, за деревом, через некоторое расстояние вздымается стена тех самых гор, куда я так стремилась. Та самая стена, что на высоте имеет приступочку в виде дороги и продолжается дальше отвесно. Та самая, где, выше, я и проснулась в этом мире. Значит, я в той долине, что летом восхитила меня красками, когда я еще в простыне сидела на краю дороги.

А прямо перед нами – кругом волки – ощетинившиеся, прижавшие уши. Собранные и решительно настроенные. Как только я их увидела, так меня пробрал мороз по коже и мир, мигнув, снова распался на части, уступив место темноте. Без меня ребята уже были бы на дереве, а я им  мешаю. Пока один подсаживает, другого быстро оприходуют и уже не стесняясь, набросятся на оставшихся. Ребята могут спастись сами, но только, если бросят меня. А этого они делать не спешат. Я замерла, с ужасом ожидая, когда в меня вопьются зубы. Время тянулось медленно, тягуче. Напряжение все нарастало. И когда мне показалось, что все, еще секунда и меня начнут есть, на развилке появился еще один персонаж. Он с шумом пронесся между нами и волками, а потом я слышала только звуки борьбы, скулеж иногда, да периодически злобные потявкивания.

«Атер» - потрясенно прошептал справа рядом старичок – «я совсем забыл про него за тем, что случилось»

Потом послышались звуки убегающих лап и удаляющийся скулеж и на развилке стало тихо. Затем раздались приближающиеся шаги и прямо перед нами остановились. Прозвучало явно вопросительно потявкивание. Ему никто не ответил. Еще одно – и опять без ответа. Далее я слышала только уже привычные звуки смены облика и потом раздраженный голос:

«Я вас спрашиваю, какого хрена вы тут комедию ломаете? Сменили облик и наваляли этим сосункам!»

«Мы не можем, Атер» - тихо сказал старик – «мы  теперь люди. Она нас сделала людьми»

«Что?» - изумление прямо сквозило в каждом звуке.

Я почувствовала себя очень неловко. Ну вот что он обо мне подумает? В следующее мгновение  лицо обожгла пощечина. Я схватилась за щеку руками, чувствуя, как из глаз от нежданной боли текут слезы.

«Зачем ты это сделала?» - кричал Атер. Слышались звуки борьбы. Кто-то кого-то удерживал, но кто-то и вырывался со всей силой

«У нее не было выбора» - это Вадим

«Выбор есть всегда» - снова Атер – «скажешь, нет?» - это уже наверняка мне

«Да, выбор есть всегда» - тихо произнесла я. Звуки борьбы прекратились.

«Вадим, можно тебя попросить подойти? Я хочу посмотреть, можно ли тебе вернуть ипостась оборотня»

Буквально через несколько секунд я ощутила рядом с собой присутствие. Протянув руку, я наткнулась на тело. Осторожно скользя по нему, я положила  руку на грудь и замерла. Звуки отдалились и затихли. В мире был только он и я. И я смотрела в его душу. Она сияла по-прежнему чистым льдисто-голубым светом. Таким красивым, что завораживало взгляд. Но она была неполной. Часть души отсутствовала. Ее словно кто-то съел. Или что-то. Или ….. ничто. Нет, она была уравновешенной, но потеряла часть тела. Восстановится, конечно, но сейчас ей больно. Для ничто недосягаема, ибо структура гармонична, ну уже не столь объемна, как была прежде. Операции всегда проходят болезненно, даже если они нематериальны. Я вырезала не свойственную душе структуру, делая ее здоровой, а потом еще ее кислотой обожгла чуждая среда ничто, выедая даже здоровые куски. Ей требуется время на выздоровление. Мне на руку опустилась сверху рука.



Юлия Абрамова

Отредактировано: 26.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться