И мы с тобой обречены

4

Я не буду врать себе – тогда, уехав из Москвы, я переживал. Так не дает покоя поступок правильный – как ни взгляни, но против которого выступает сердце. Я прокручивал в голове все случившееся, снова и снова убеждая себя – все, что я сделал – все правильно. Возможно, затея с кино и была не очень умной, но… но по крайней мере, после я расставил точки над «и»! Значит – пройдет день, два, неделя, и все войдет в свою колею.

Так и произошло. День катился за днем, бывало, по нескольку дней я не вспоминал о Жене, бывало – воспоминания о ней и о том вечере вызывали во мне раздражение – чего это вдруг я придумал себе это… приключение? Я жил, как жил раньше, время шло, и постепенно все становилось на свои места. По крайне мере – мне так казалось.

Прошло несколько недель, и в гости приехал Вадим.

Еще накануне Аня предупредила меня, что сын прибудет не один – с подругой, с которой, по уверениям Иришки «все о-о-очень серьезно».

– Намечается банкет? – поинтересовался я, видя, как суетится Аня, приводя и без того убранную до музейной чистоты квартиру к идеалу.

– Не банкет, так дружеский обед. Мальчик приводит домой…

– ... очередную девочку. Не в первый и не в последний раз.

– А вдруг? Он уже взрослый, самостоятельный, вот – даже ты его хвалишь, что можно приравнять к восьмому чуду света, так что… вполне возможно, что последний. Надо произвести должное впечатление.

– Ирина?

– Вместе с Ромой будет тоже, конечно. Они хоть с братом и общаются активно – сам знаешь, все эти мессенджеры… но все же.

– Понятно.

– Ты не рассиживайся, давай, надо в магазин.

Мы ходили по супермаркету, набивая тележку едой, словно к нам на побывку едет полк голодных солдат. Навстречу попалась пара – он, в возрасте, может чуть моложе меня и рядом с ним – почти девочка, тонкая, до болезненности худая. Висела на руке своего спутника и  то и дело с собачьей преданностью заглядывала ему в глаза.

Аня красноречиво фыркнула, когда мы прошли мимо них, а я тут же вспомнил Женю. И словно не было этих недель, хлопотливых и спокойных одновременно. Мне показалось, еще вчера я держал Женину ладонь в своей, и мы смотрели кино, а перед расставанием я целовал ее в щеку. Мне стало грустно.  И снова, в который раз, я подумал о том, что моя жизнь – настоящая жизнь – прошла, и теперь мне осталось не жить – до-живать.

– Что-то случилось? – Аня выдернула меня из печальных мыслей, тыкая под нос двумя одинаковыми пачками мороженого, заставила выбирать. Не глядя ткнул в правую, и Аня, довольно кивнув, положила в тележку левую.

Дети приехали, опоздав. Первыми появились Ирина с Ромой. Шумно здороваясь, суетливо обнимаясь, прошли в гостиную.

– Брат опаздывает? – спросила Ирина.

– Как водится… – ответила жена.

– Интересно, куда они могли с поезда деться?

– Они остановились в гостинице. Уже звонили, скоро будут.

– А-а-а, – Ирина скорчила уморительную рожицу, – значит, под боком у родителей оставаться не захотели?

– Ты сама, между прочим, при первой же возможности… – заметила Аня.

– Хорошо-хорошо, не напоминай, лучше скажи – тебе помочь надо? – и мои девочки ушли на кухню. Зять развалился на диване, взял недочитанный в прошлый приезд к нам журнал и погрузился в чтение. Я смотрел на Рому украдкой и думал – что моя красавица и умница дочь нашла в нем? Серый, вылинявший какой-то. И роста небольшого, и внешность заурядная, как и ум, но  Ирина любила его, с невозможной, почти  осязаемой нежностью. Она так смотрела на него, словно он был чем-то необычным, самым прекрасным из всего, что она видела. Мне казалось, что он не достоин такой любви, что Иришка заслуживает большего, что он не понимает – как ему повезло. Что греха таить – я недолюбливал мужа дочери, поэтому и разговор заводить не стал – ушел на балкон и жалея о том, что бросил курить, смотрел на вялотекущую за окном жизнь.

Прибытие Вадима с девушкой вызвало новый всплеск суеты и беспокойства. В небольшой прихожей все толпились и галдели, мешая друг другу. Я рассматривал гостью. Когда мне жена сказала, что подругу Вадима зовут Лера, воображение нарисовало скандинавского типа унылую блондинку, а сейчас – в эпицентре суеты  – стояла невысокого роста, достаточно крепенькая смуглолицая девица. С угольно-черными глазами и смоляными волосами, белозубая, в длинной яркой юбке и в обтягивающей блузке, подчеркивающей внушительный бюст, она была красива такой яркой, ослепляющей красотой, которая никого не может оставить равнодушным. Лера громко смеялась, сверкая очами и, как мне показалось, оценивая окружающих. Рядом с ней даже красавица Ирина смотрелась как-то… скромно, что ли. «Валерия», – представилась она, пожала мне руку, хищно стрельнув глазками. Так же поздоровалась с Романом, ничуть не смущаясь присутствия всех нас, а потом, взметнув юбкой, удалилась вслед за Аней и Ириной на кухню. Рома, будто и не заметив ничего, вернулся на диван – дочитывать статью, мы с Вадимом остались наедине.