И никаких столбов!

Размер шрифта: - +

Кораблекрушение

А в это время в небольшой капитанской каюте Белльвезор, вольготно расположившись в кресле-качалке, курил сигару и рассматривал развешанные по стенам каюты карты. Кроме обычных карт с обозначением городов, рек и гор, там были и схемы воздушных течений. Но так как воздух более непостоянная стихия, чем вода, даже самые постоянные его потоки могут менять свое направление и скорость в зависимости от времени суток, высоты над уровнем земли и прочих причин. Поэтому воздушные карты были испещрены многочисленными стрелками разных цветов и разной толщины, словно маленький ребенок только выучился рисовать и принялся испытывать свои новые навыки прямо на огромных листах бумаги.

      Кроме стен и кресла с Белльвезором в каюте стояли узкая кровать с очень жестким матрасом и письменный стол. Хотя назвать его просто столом, это как сказать про слона - зверюшка. Нет, это был огромный тяжелый массив из темно-коричневого, почти черного дерева с бесконечной площадью поверхности и множеством внутренних ящиков, причем большая их часть была скрыта всевозможными хитроумными способами. Сразу чувствовалось, что сидеть за таким столом могут только маршалы или короли, причем только для того, чтобы сосредоточенно нахмурив лоб, планировать будущие сражения или просчитывать годовые бюджеты страны. Но сейчас там сиротливо стоял жареный кабан, практически затерявшись на просторах стола, и пара бутылок вина.

      Белльвезор, покачиваясь в кресле, заговорил:

- Мне не нравятся эти глупые пестрые картинки на стенах. Лейла, их нужно убрать!

- Да, ваша милость, - ответила стоявшая за спинкой качалки девушка.

- И вот этот стол… - и мужчина пнул стол носком сапога, окованным железом, оставив яркую белую царапину, - какого дьявола он такой большой? Он хоть сколько-нибудь ценен?

- Ваша милость, этот стол сделан из дерева-хамелеона, - спокойно сказала Лейла, хотя ее кулаки сжались от ярости. – Изначально его древесина молочно-белого цвета, но с каждым годом изделия из этого дерева становятся все темнее: сначала бежевого цвета, затем желтого, коричневого и так далее, за двести лет приобретая глубокий черный оттенок. И чем темнее цвет, тем ценнее вещь. Я думаю, что стоимость этого стола может быть сравнима со стоимостью нашего корабля.

- Хмм, надо же, - абсолютно равнодушным голосом сказал милорд. – Я вот думаю, что мне теперь делать с яйцами нагов. Может, стоит сразу отправиться на Торг Мира? 

- Это хорошая мысль, ваша милость.

- Или стоит попробовать вырастить своих ручных змеек и потом продать их?

- Вы очень мудры, ваша милость.

- А может, просто разбить и сделать яичницу? Ты когда-нибудь ела яичницу из нагов? – и Белльвезер расхохотался противным визгливым смехом, изредка подхрюкивая.

- Как скажете, ваша милость, - по-прежнему спокойно ответила Лейла, хотя ее правый глаз начал подергиваться от злости.

      Корабль слегка покачнулся. Это Кута, наконец, добрался до штурвала и, отпихнув своего приятеля, стал увлеченно осваивать профессию рулевого.

- Лейла, а кто сейчас управляет кораблем?

- Я оставила одного из вакхов с указанием твердо держать штурвал и не пытаться его крутить.

- Видимо, он уже забыл твои слова. Иди, разберись.

- Слушаюсь, ваша милость.

      Девушка стремительно вышла из каюты, но, оказавшись на палубе, угодила в вязкий серый кисель, в котором она не могла разглядеть даже свои башмаки. К этому времени корабль, неконтролируемый и неуправляемый, поднялся до уровня облаков и плыл внутри густого влажного тумана.

      Яростно выругавшись, служанка на ощупь побрела в сторону капитанского мостика. Она пыталась прислушиваться, чтобы понять, где же команда, но серая масса поглощала все звуки, как губка. Врезавшись пару раз в мачту, причем в одну и ту же, она к собственной радости споткнулась об лестницу, ведущую на мостик. 

- Какого дьявола ты делаешь? Кто разрешал подниматься так высоко? – заорала она, упершись в штурвал. Но вместо ожидаемого виноватого баса вакха, девушка услышала тоненький мальчишеский голосок:

- Эй, Луой, теперь моя очередь рулить! 

- Ты ошибаешься, ты управлял кораблем целых пять минут, а я – всего две, так что моя очередь еще не закончилась.

- Да все равно же ничего не видно. Дай я порулю!

- Нам нужно выбираться из облака.

- А мы что, в облаке? А почему нас не отбросило? Я всегда думал, что облака – они как большой пудинг или желе.

- Не надо про желе… Бери свой штурвал.

      И из тумана неожиданно вынырнула растрепанная голова с фиолетовыми волосами. Лейла сразу схватила ее за ухо и подтащила к себе:

- Кто вы такие и почему за штурвалом моего корабля? Сколько вас там?

      Голова задумалась и ответила:

- Мы – путешественники. За штурвалом мы потому, что нам очень хотелось порулить настоящим летающим кораблем. Я даже не знал об их существовании. Вообще, удивительно, что на свете есть корабли, способные держаться в воздухе, к тому же их навигация кажется довольно сложной, ведь это не двумерное передвижение, как у обычного судна, а трехмерное, ограниченное только… 

- Стоп, хватит! – рявкнула Лейла.

- Луой, ты с кем там разговариваешь?

      И из облака вынырнула вторая голова, белобрысая и с косичкой. Девушка ухватила за ухо и ее:

- Еще один! Кажется, у нас завелись небольшие крыски. Я отведу вас к милорду, и пусть он решает, что с вами делать.

      Но с последними словами внутренности Лейлы, как и ее пленников, подскочили к горлу: корабль резко начал снижаться. Влага пропитала дерево, и теперь судно не могло сохранять прежнюю высоту. Ниже, ниже. Вырвавшись из густых облаков, корабль продолжал свое плавное падение прямо в сторону небольшой каменной гряды…

Ба-бах! 

      Во все стороны полетели разнокалиберные доски, щепки, бревна, яйца, люди, и заключительным штрихом стало громоподобное падение капитанского стола, вставшего на все свои восемь тумбоподобных ножек. Впрочем, от такой солидной мебели было бы глупо ожидать, что она сможет позволить себе упасть в какую-то другую, неподобающую ей позу.



Fox-kid

Отредактировано: 11.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться