И в сумерках придёт рассвет

Размер шрифта: - +

7 Эльфийское сердце 6

А герой её спешил на выручку Эктавиану и своим собратьям, которые выслеживали вторгшихся в лес слуг Катараса. В голове его неотступным эхом звучали   слова Эктавиана: «Волосы каштановые, длинные, отливают медью… А глаза у неё серые, стальные, а когда солнце касается их своим лучом, загораются ярким голубым светом… А на груди след от ожога, как роза. Зовут её Марой, что значит «надежда», по-нашему Эрсель. У Джайны же волосы такие огненно-рыжие, что  ярче и не придумаешь! Рыжая – такая бойкая, озорная, а в Маре есть что-то… величественное!»
«Величественное!» – мысленно передразнил друга эльф. – В этой девушке столько боли, что я едва не задохнулся от этого гнева, ненависти, горечи и страха, когда пытался успокоить её, укрывая от взора преследователей! Слишком много потерь за столь короткую жизнь! Я бы не выдержал столько утрат и боли, как это юное создание! – размышлял Лиарин. – И рыжая озорница больше не придёт в наш лес… Эктавиану надо знать об этом!»
Лиарин побежал, ступая так легко, что на ковре мха даже не оставалось следа. 
« Они не должны уйти безнаказанными, они должны заплатить за смерть рыжей Джайны и за горечь в сердце Эрсель!»
Эктавиан возник, будто из ниоткуда, и доложил на бегу:
- Двое у Ивового ручья – их возьмет на себя Зар, трое рубят лес у Лилейной заводи, ещё четверо идут в самую чащу, топчут всё, как стадо взбесившихся кабанов.
- Рубят лес?! – глаза Лиарина полыхнули гневом. – Пошли туда Орена и Фангира, а мы догоним тех четверых! Они убили твою рыжую любимицу Джайну и гнались за Марой … - добавил Лиарин.
На глаза Эктавиана будто набежала грозовая туча.
- Я видел дым над Сосновой горкой, - печально подтвердил он, – стоило  догадаться! После Каран Гелана не остаётся ничего живого. Но возмездие не заставит себя ждать! Поспешим!
И эльфы, просвистев что-то Орену и Зару, бродящим неподалёку, поторопились на поиски чёрных воинов.
Битва не длилась и минуты. Эльфийские луки не знали промаха. Два друга выпустили по две стрелы, и это оборвало четыре жизни тёмных слуг Катараса. 
Вечером того же дня в лесу на погребальном костре были сожжены тела вторгшихся в Эльфийскую Долину врагов. Их было девять: Лиарин оказался прав – ни один не вышел из леса!
***
В Элтлантисе ночи были светлы. Оттого ли, что луна здесь сияла как-то особенно, или причина крылась в серебряном тумане, но ночью можно было спокойно бродить по таинственным тропам.  И Мара шла, изредка присаживаясь и отдыхая. Совсем уже измученная и усталая она улеглась на ковер из зелёного мха у подножья раскидистого дерева и уснула.
Проснувшись с первыми лучами солнца, девушка продолжила свой бесцельный путь. Он вывел её к реке (неглубокой и чистой), вдоль которой она и пошла, размышляя о том, что же ей делать дальше. Она вновь стала сиротой, у неё теперь не было дома,  незачем было спешить, некуда возвращаться. Прекрасный эльф спас вчера её жизнь, но что теперь ей было делать с этой жизнью?! 
«Каждая жизнь  бесценна!» - так он сказал. Интересно, чего стоит её? У девушки не было ни гроша, пока, блуждая по лесу, она ела ягоды и дикие яблоки, но что будет потом? Положение Мары было отчаянным. А боль от потери близких и вовсе лишала последней силы воли. Ей не хотелось бороться за своё существование, пусть оно и имело особое значение в глазах Творца, ей хотелось уснуть и не проснуться.
 В столь мрачных думах вышла она на берег эльфийского озера. Небольшое, неглубокое, с песчаным белым дном, оно было похоже на волшебное зеркало, и даже ветер не смел нарушить его покой случайной волной.
 «Вот, что мне нужно!» – подумала Мара. Не раздеваясь, только подобрав юбку, она быстро вошла в воду. Прохладная вода остудила усталые ноги и, казалось, влила в них новую силу. Мара, нагнувшись, вымыла лицо, шею и руки, провела влажной ладонью по груди.
Наверное, эльфийская вода обладала какими-то особыми свойствами, потому что Мара Джалина вдруг почувствовала себя отдохнувшей, на смену отчаянию пришло желание жить и бороться за своё место под солнцем. Она решила, что не станет лить слёз, оплакивая своё прошлое и сетуя на нынешнее бедственное положение, а лучше поищет решение своих проблем. Присев на берегу, Мара вынула из кармана сладкое душистое яблоко и, перекусив им, задумалась, куда идти дальше.
Здесь её и заметили…
***
- Заповедное озеро! – воскликнул Лиарин.
- Ну, это уже  переходит всякие границы!  - возмутился Эктавиан. – Словно все чужаки Лейндейла решили нанести нам визит в эти два дня. Когда же кончатся эти непрошеные гости?! Но  Заповедное озеро – это уж слишком! 
- Такое карается смертью! – поддержал его Лиарин.
Эльфы быстрее молнии сбежали вниз по течению реки и замерли изумлённо. 
- Это она!.. – прошептал  Эктавиан.
- Сам вижу! – отозвался Лиарин.
На песке у кромки воды сидела Мара, словно русалка, выплывшая на бережок, и грызла жёлтое, как мёд, яблоко.
- Ну, и что мы будем делать? – спросил Эктавиан. – Не знаю как ты, а я не могу её… карать смертью, пусть даже она по глупости и незнанию влезла в священное озеро Лианэли!
- Так что же нам отпустить её, куда глаза глядят? – озадаченно спросил Лиарин. – Боюсь, как бы она не натворила что-нибудь похуже купания в Заповедном озере… 
- Это точно! – согласился белокурый эльф. – Людям нельзя находиться в Элтлантисе. Великий князь Элиран очень рассердится, когда узнает про всё это. Он повелит выставить её прочь из  Эльфийской Долины.
- А там беглянку, скорее всего, поджидают  воины Каран Гелана… - хмуро продолжил его мысль Лиарин.
Друзья переглянулись.
- Ты думаешь то же, что и я? – спросил Эктавиан. - В конце концов, мы ведь - эльфийские князья! Наше слово - не пустой звук! -  добавил он возмущённо.
- Бесспорно! – согласился Лиарин. – К тому же… у тебя свадьба! Ты – жених! Имеешь же ты право звать гостей на свою свадьбу! Если мы приведём её, как гостью, кто посмеет её прогнать?!
И эльфы зашагали к берегу озера…
***
Мара увидела отражение Лиарина на безмятежной зеркальной водной глади  и зажмурила на миг глаза, полагая, что ей это чудится. Но отражение не исчезло, а улыбнулось. Девушка обернулась и удивлённо вскрикнула.
- Здравствуй, Мара Джалина! – сказал эльф. 
Рядом с ним стоял ещё один, разглядывающий девушку с нескрываемым интересом. 
- Эктавиан, сын Лароса из рода Лаудуса! Моё почтение госпоже Маре! – сказал любопытствующий с поклоном.
Девушка совсем смутилась, услыхав обращение «госпожа».
- Моё почтение и пожелание всех благ и процветания господину Эктавиану и господину Лиарину! – ответила она, покраснев и тоже кланяясь. 
- Отчего госпожа Мара до сих пор бродит по нашему лесу? – спросил Лиарин.
- Мне некуда идти, - просто и честно ответила Мара и добавила: - И не нужно называть меня «госпожой»!
Рядом с прекрасными эльфийскими князьями этот титул казался насмешкой над её злополучным положением. Но отчего-то ей стало не по себе, когда она сказала эту фразу: как будто она уже много раз говорила её, только вот где? И когда? 
- Вы - наша гостья, и значит, госпожа! – возразил Эктавиан. – Тем не менее,  Вы нарушили законы Эльфийской Долины, госпожа Мара Джалина! Это место священно для нашего народа, и Вам должно быть известно почему - ведь и эта река, и эти хрустальные воды носят имя «Лианэль». Вы вошли в неприкосновенное озеро, госпожа Мара Джалина! – закончил эльф.
 Девушка отскочила от лениво набегавших на берег волн как от жгучих языков пламени.
- Не может быть! – воскликнула она. – Ой, но я не знала! Простите меня! Если бы я догадалась, то ни за чтобы ни дерзнула прикоснуться к вашей святыне! 
- Тем не менее, что сделано - то сделано, - заявил Лиарин непреклонно, - и Вы заслужили кару! В наказание за Ваше злодеяние, - строго добавил он, - Вам придётся  исполнить пару песен и погостить у нас на свадьбе!
- Погостить у вас? – Мара улыбнулась, с облегчением осознав, что ничего дурного ей не грозит. Но тут же на лицо ей как будто легла тень, и девушка робко поинтересовалась: 
- А у кого свадьба?
- У меня! – гордо объявил Эктавиан, сын Лароса.
- Конечно, я с радостью приму Ваше приглашение, господин! – просияла девушка. – Нет, даже ни с радостью, а с величайшим счастьем!  Ведь я даже мечтать не могла, что однажды попаду на настоящую эльфийскую свадьбу!
-Тогда в путь, в Город-Зелёных-Шатров! – провозгласил Эктавиан.
А Лиарин слегка поклонился, пропуская даму вперёд себя. Мара была потрясена! 



Надежда Черпинская

Отредактировано: 20.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться