Ибридо - 2

Размер шрифта: - +

Сюрприз (2)

Через пять минут я поняла, что мы едем к той самой старой вышке, куда Уильям меня уже возил. Так и оказалось. Вскоре машина остановилась на обочине, мы вышли, а Уильям достал шарф и завязал мне глаза. Мое сердце забилось быстрее в предвкушении. Мы шли вперед молча, и я гадала, что же за сюрприз ждет меня там?

Внезапно в тишине раздался божественный звук саксофона, расслабляющий и разливающийся по телу как легкое прохладное вино.

— Еще один момент, — таинственным голосом произнес Уильям и снял шарф с моих глаз.

Закрыв дрожащими ладонями губы, я восторженно разглядывала происходящее вокруг нас: перед нами стояли два музыканта в черных смокингах, белых рубашках и с галстуками-бабочками — тоже черного цвета. Первый склонил голову к скрипке и, бережно обнимая ее, словно дорогую сердцу женщину, дожидался, когда наступит его очередь. Второй, закрыв глаза и прислонив к губам мундштук, скользил по клавишам саксофона, наполняя это тихое место волшебными нотками.

В сумерках виднелся столик, накрытый белоснежной скатертью, на нем горели свечи, а их огни отражались в хрустальных бокалах, наполненных белым вином.

Уильям молча взял мою руку и провел к столу. Он был истинным кавалером: отодвинул стул, усадил меня, а затем и сам сел напротив. Он улыбался, хотя мне казалось, что за этой улыбкой он старался скрыть свое волнение. Он взял свой бокал, я свой, и от запотевшего стекла мои пальцы тут же стали мокрыми.

Он не сводил с меня глаз, продолжал молчать, словно настраиваясь на серьезный разговор. Дрожа то ли от холода, то ли от волнения, я пристально смотрела на Уильяма и поймала себя на мысли, что я прежде никогда не видела его таким смущенным. Он был похож на школьника, который впервые пытается признаться девочке в любви.

Наконец на фоне саксофона заиграла скрипка — пронзительно, до глубины души. И в этот момент, наверное, мое сердце закружилось в танце. Уильям закрыл на секунду глаза, выдохнул и заговорил:

— Еще тогда, в первый день нашей встречи, я понял, что хочу быть с тобой навеки.

Его голос красиво и мягко звучал под скрипку так, будто он один из исполнителей этого ансамбля. Он протянул свободную руку ладонью вверх на середину стола. А я в ответ накрыла ее своей.

— Я не рассчитывал, что этой мечте суждено сбыться, предполагая, что ты обычный человек. Быть вместе какое-то время — да, но «навеки» — можно было и не мечтать...

«Не волнуйся так, любимый. Ты же знаешь, как я люблю, когда ты говоришь со мной о чувствах…»

— И когда выяснилось, что ты одна из нас, живущих столетиями, я благодарил это небо, — он поднял голову к звездному небу, — за то, что хоть одну из жизней я проживу с тем, кого люблю по-настоящему, всем сердцем.

От его слов на мои глаза навернулись слезы. Я терпеливо ждала, когда наступит моя очередь для признаний.

— Ты очень важна для меня, Мелани Даннет, — Уильям крепче сжал мою ладонь. — И впервые за сто шестьдесят лет я хочу это сделать.

Он поставил бокал на стол, засунул руку в карман своей куртки. Перед тем как продолжить, сделал еще один глубокий вдох, а затем достал бархатистую коробочку алого цвета.

— Мелани Даннет, ты станешь моей женой?

Он предложил стать его женой? Мне не послышалось?

Уильям открыл коробочку, взял в руки колечко с аккуратным камнем и поднял на меня глаза в ожидании ответа.

— Да… — осипшим голосом произнесла я.

— Не расслышал? — улыбнулся он, прислонив растопыренные пальцы к уху. Я набрала в легкие воздуха и изо всех сил закричала:

— Я выйду за тебя, Уильям Бакер!

Уильям встал из-за стола и медленно подошел ко мне. Я встала напротив. Он бережно взял мою руку и легким движением украсил мой безымянный палец обручальным колечком.

Всё это время музыканты создавали лишь фон для того, чтобы поддерживать Уильяма, но как только кольцо засияло на моей руке, скрипка и саксофон заиграли в полную мощь: музыканты поздравляли нас с обручением.

— Хоть бы предупредил, — смущенно сказала я, взглянув на свой далеко не праздничный наряд.

— Операция под грифом «секретно» прошла на ура, — улыбнулся он и чмокнул меня в макушку. — Как видишь, я тоже без смокинга...

Мы целовались и танцевали под россыпью звезд, счастливые, влюбленные и — от этого слова в моем животе порхали тысячи бабочек — обрученные!

 

 



Елена Попова (ХЕЛЕН)

Отредактировано: 11.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться