Идеал-6. Украденная жизнь

Размер шрифта: - +

XXV. Вендетта

Армин медленно шел по улице, неся на руках бездыханное тело жены. Еще несколько минут назад оно источало желание жить, о чем-то мечтало, чего-то боялось, а теперь превратилось в безвольную, бесстрастную оболочку. Лариса Ивановна шла позади, даже не пытаясь говорить. Наверное, только шок удерживал ее в сознании. Глядя в спину мужчине, идущему перед ней, она только тогда поняла, насколько ее дочь ему дорога. Было время, когда женщина неплохо относилась к Армину, было время, когда она почему-то не могла его вспомнить, и было время, когда она его ненавидела. Но теперь поняла, почему Лия так им дорожила. Он не такой, как все. И дело здесь не в демонической сущности. Армин особенный духовно. Ей никогда не понять его до конца, но одно она узнала точно: Офелия и их дети — самое дорогое, что есть в его бесконечной жизни. Любая мать желает счастья своему ребенку. Любой матери хочется, чтобы ее ребенка любили. Видя, с каким трепетом Армин относился к Лии, она не могла в этом сомневаться. У Ларисы Ивановны еще не представилось возможности спросить у него о своей внучке. Лия на этот вопрос ответа не знала, но Армин должен знать. Впрочем, пусть даже речь идет о ребенке, состояние Офелии сейчас важнее.

Принеся Лию в дом, Армин и Лариса Ивановна отмыли ее от крови и грязи, переодели и уложили в чистую постель. Бережно накрыв ее одеялом до груди, мать села в кресло, придвинутое к кровати. Она не смыкала глаз и не отпускала расслабленной, холодной руки дочери.

— Сколько она будет... такой? — почти шепотом спросила она у Армина, севшего на стул напротив. Язык не повернулся сказать «мертвой».

Он горько смотрел на лишенное эмоций лицо жены. Вот и все — проклятия больше нет. Не этого ли он добивался почти год? Не этого ли хотел больше всего на свете? Он получил желаемое. Так почему же так горько на душе и хочется выпить яду?

Потому, что смерть — слишком высокая цена, и заплатить ее должен был он, а не Лия.

— От двух до шести часов, — вздохнув, ответил Армин. — Процесс обращения занимает в среднем три часа, но каждому человеку может понадобиться больше или меньше времени, чтобы переродиться.

Еще сегодня утром Лариса Ивановна и в страшном сне не представила бы, что ей придется слушать о таких вещах. Она даже фильмы о вампирах не любила, а тут... в одного из них превращается родная дочь.

— У вас есть чеснок? — после недолгой паузы спросил Армин.

Лариса Ивановна растерянно моргнула.

— Д-да. В кухне, в мешке.

— Хорошо. — Армин встал и отправился в кухню. Женщина проводила его удивленным взглядом.

Через несколько минут Армин вернулся, держа в руке стакан. На этот раз он попросил шприц. Лариса Ивановна, все еще ничего не понимая, сказала ему, где находится аптечка. Наполнив шприц содержимым из стакана, Армин протянул его ей.

— Мне нужно отлучиться максимум на час, — сказал он. — Если Офелия очнется, вколите это ей.

— Что это?.. — дрожащим голосом спросила Лариса Ивановна.

— Чесночный сок, — ответил Армин. — Он ее не убьет, но ослабит на время.

— Зачем мне это делать?! — воскликнула женщина. — Зачем мучить мою девочку? Она и так...

— В первые минуты новообращенным движет только один инстинкт: жажда крови. — Тон Армина стал суровее. — Лия может наброситься на вас.

— Нет, она не станет...

— Станет. — Армин вложил шприц ей в руку. — Она может вас не узнать. Все, что Лия будет чувствовать — это запах человеческой крови и дикую жажду. Ослабьте ее при помощи чесночного сока; если будет нужно, свяжите, и дождитесь меня. Поверьте: жажда, которую испытывает новообращенный, выше всяких родственных чувств.

Армин ушел, а Лариса Ивановна, сжав в руке шприц, ощутила мелкую дрожь и холодный пот на затылке.

 

***

 

На пустынном пляже лежал человек и разглядывал звезды. Пару минут назад он вышел из воды и, освежив тело и мысли, лег спиной на песок и задумался. Что теперь будет? Ему обещали, что никто ничего не узнает. Никакого преследования, никаких арестов. Все, что от него требовалось, это в нужное время вдавить в пол педаль газа и не поднимать ноги, пока дело не будет сделано. Чолпон-Ата — маленький город, а осенью еще и тихий. Никто не увидит, никто не узнает. Правда, рискованно было сделать это почти рядом с милицейским участком, но сумма стоила риска.

Теперь молодой парень, перед которым открылись ранее недоступные перспективы, лежал на берегу, разглядывал звезды и строил планы. В какой-то миг часть неба скрылась за облаком. Слишком быстро оно появилось. Парень даже не успел заметить, как изменилась погода.

Поздно он понял, что то было вовсе не облако.

Человек в черном, почти слившийся с ночью, смотрел на него сверху вниз. Перепуганный, парень вскочил и бросился бежать, но далеко не ушел, — внезапно песок вспыхнул сам по себе, и несчастный оказался заперт в огненном круге. При свете огня он разглядел подошедшего к кругу незнакомца: высокий, статный, красивое лицо походило на восковую маску, в глазах застыл холод.



Aili Kraft

Отредактировано: 13.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться