Игнис. Неоконченная война

Размер шрифта: - +

Глава 6

Юноша метался по кровати. Его бросало то в жар, то в холод. Руки казались совершенно не подвижными,  тяжёлыми, словно они налились металлом. Он пытался позвать на помощь, но не смог произнести и слова. Глаза тоже не открывались, но слух сделался настолько чуток, что молодой маг различал даже шелест листьев клена, чьи ветви были так близко у открытого окна, что можно было по ним свободно спуститься вниз. Он ощущал кожей дыхание свежего осеннего ветра. Чувствовал запах травы после недавнего дождя. Но никак не мог подняться с кровати и открыть глаза. Рядом что-то начало противно пищать. Писк был настолько раздражающий и громким, что можно принять его за настоящую пытку Потерянных. Маг помнил, что примерно так они пытали пленных. Только что за магия применялась, он никак не мог сообразить. Знал, но забыл. Дверь в комнату открылась, и легкий запах сирени долетел до него быстрее, чем вошедшая женщина. Такой знакомый запах, но его обладательницу он никак не мог себе представить.

- Сынок! Всё хорошо. Мама рядом! Святой Грааль! За что ты так мучаешь моего мальчика! Я не переживу, если потеряю еще одного ребенка! Амбурилон! Дорогой мой, открой глазки, сыночек! – женщина тихо плакала. Она взяла за руку юношу, и приложила её к своей мокрой от слёз щеке. – Набирайся скорее сил, и проснись! Слышишь, проснись. Мы с папой сегодня опять ходили в оранжерею Лицея. Твои розы ещё цветут. Ты помнишь их? – она всегда рассказывала ему о событиях, прошедшего дня. – Никто поверить не может, но они цветут уже три года подряд! И зимой и летом! Ты сгенерировал просто какое-то чудо! А старейшина просит, чтобы мы оформили патент. Знаешь, он хочет высадить такие розы по всему периметру Центра, и ещё на главных площадях. Отец не разрешает. Говорит, что это должен решить только ты. А ещё Макс не заходил уже почти полгода. Говорят, они с Авророй расстались. И она уехала практиковаться куда-то в дальние поселения. Мол, клан дороже личной жизни и любовных романов. Глупая девчонка!- женщина хихикнула, и промокнув слёзы краешком фиалкового платья продолжила. – Нет ничего дороже семьи! И никогда не будет. – Мать хотела рассказать что-то ещё, но в комнату влетела голубка. Выронив что-то белое, она улетела прочь, напоследок покружив над кроватью мага. – Снова она. Знаешь, эта птица прилетает каждый день с тех пор, как ты спишь. И каждый день она приносит письма. Ты их прочтешь сам, когда проснешься. Люблю тебя, мой мальчик! Мой самый дорогой ребёнок в мире!

Лира поднялась с кровати, на которой лежал неподвижный молодой человек. Пульс участился, и краем глаза женщина заметила, как приподнимаются его веки.

- Сынок! Сыночек! Мама рядом! Я здесь, посмотри на меня, мой хороший! – глотая, нарастающие из самого сердца рыдания, она упала на колени и начала целовать холодный лоб юноши. – Сынок! Амбурилон! Умоляю тебя, открой глаза! Прошу тебя, Всевышний, помоги ему! Пожалуйста! Я сделаю, всё что захочешь, только пусть мой мальчик будет жить! Пусть он очнётся!

- Мама! – едва выговорил маг, и приборы начали выбывать такой писк, что от боли он застонал. Из  ушей и носа начало кровить. Он согнулся и, пытаясь прикрыть уши руками, успел прокричать, чтобы остановили этот звук, прежде чем снова провалиться в темную и вязкую  пустоту сна.

Маг уже не слышал, как прибежали врачи. Как отец влетел в комнату и, выдрав провода одного из аппаратов, вышвырнул его в открытое окна. Не слышал, как мать, стоя на коленях, умоляла всех святых, что почитал их клан, о том, чтоб её сын справился и вернулся к ней.  Она рыдала около его кровати ещё долго, после того, как медперсонал увёз его в реанимацию. Её горю не было предела. Но она верила, всем своим большим материнским сердцем верила  и знала, что он выживет. Ему только надо помочь. Но куда бежать за помощью женщина уже не представляла.

За эти три года генерал Морис с женой объехали все кланы. Обошли всех целителей и побывали на всех святых местах и местах силы. Они посетили каждый Алтарь  в городах Тарбуса.  Но ничего не помогало. Их мальчик спал! Сонный паралич! У магов, а тем более у юных, неокрепших, он всегда протекал по-разному. Но три года слишком большой срок. Жизненные силы покидали тело её сына. Но она отказывалась в это верить. Даже когда врачи говорили, что переливания энергии не помогают, и он умирает. Она отказывалась верить. Когда несколько раз сердце его останавливалось почти на минуту, и с каждым разом было все сложнее его реанимировать. Она отказывалась верить. Она не могла потерять ещё одного ребенка. 

Кто-то положил  ладони на её вздрагивающие от немых рыданий, плечи. Теплые руки будто вдыхали силу в её хрупкое тело. Лира чувствовало, как энергия перетекает с кончиков пальцев мужских рук прямо в сердце, и оттуда разгоняется вместе с кровью по всему телу. Слезы высохли,  и пульс начал выравниваться. Потоки магии, словно заряд адреналина, придавали ей сил и уверенности. Она поднялась на ноги, и обернулась, чтобы увидеть того, кто поделился с ней частью себя. Но мужчина уже выходил за дверь, и лишь клочок бумаги на прикроватной тумбочке, был доказательством того, что ей не померещилось.

«За силу платят жизнью!». И больше ничего кроме гексограммы вместо подписи. Лишь она прочитала, как пергамент начал таять у неё на руках. Пальцы кольнуло, и черная пыльца рассыпалась по полу палаты, медленно, исчезая.

Женщина наполнялась уверенностью. В этот момент, она четко знала, что нужно сделать, для возвращения её мальчика. Её решительность росла с каждым шагом, и ничего не объясняя подошедшему к ней мужу, направилась прямиком в лицей.



Елена Краснобаева

Отредактировано: 26.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться