Игра по сценарию

Выход на позицию

«И к новостям. Нам стало известно, что в нашей области, в небольшом городке М…, до вчерашнего дня существовала и даже активно работала лаборатория, создающая бактериологическое оружие. Подробности в прямом эфире, в сюжете Марины Серебрянской».

Девушка в кадре (по всей видимости, та самая Марина Серебрянская) идёт вдоль длинных стеклянных стен, за которыми беснуются отдаленно похожие на людей существа.

– Стеклянные перегородки не позволяют звуку проникнуть сюда, но все равно идти по коридору довольно жутко. Мы находимся в виварии – маленьком зоопарке лаборатории биологической войны. Удивительно, но сегодня, в разгар рабочего дня, здесь совсем нет сотрудников. Ни охраны, ни пациентов, ни обслуживающего персонала, который мы хотели увидеть. Думаю, все разъяснения нам даст директор лаборатории Семён Ильич Мечников. Вот и его кабинет.

Пожилой седовласый мужчина с отрешенным видом пальцем рисует на столе круги. Пиджак беспощадно смят и брошен на диван в углу. Галстук ослаблен, верхняя пуговица сорочки расстёгнута.

– Семён Ильич, здравствуйте!

– Добрый день, Марина!

– Признаюсь, я была обескуражена вашим предложением об интервью. Столько секретов открыто в один день!

– Действительно, для меня это тоже первый подобный опыт. Вы обещали мне прямой эфир.

– Да, нас прямо сейчас видят десятки тысяч жителей нашего региона. Расскажите в двух словах о вашей лаборатории и о её исследованиях.

– Конечно. Наш, как мы его называем, бункер был построен почти 30 лет назад для работы с опасными заболеваниями. Здесь мы целенаправленно выводили вирус, который позволит лишить наших врагов разума.

– Какой ужас!

– Война действительно ужасна, – безразлично согласился мужчина, – и чем быстрее она будет выиграна, тем меньше ужасов приключится. Так вот, вирус безумия был создан. Буквально на прошлой неделе мы добились окончательного успеха.

– И вам позволили рассказать о нем в новостях?

– Не совсем. Точнее, не разрешили. Я сейчас нарушаю с десяток федеральных законов и собственную подписку о неразглашении, но этому есть причина.

– Какая?

– Как раз наш вирус. Он действует напрямую на мозг человека. Стимулирует ткани мозга особым образом. При этом память полностью блокируется и на освободившемся месте всплывают базовые инстинкты, в основном, голод.

– То есть под воздействием вируса люди начнут буквально… съедать друг друга?

– Именно! Но это не все: у вируса имеется ряд побочных эффектов. Смешно, конечно, обсуждать побочные эффекты убойного вируса, но не в этом случае. Вирус действует на клетки мозговых тканей, но не обязательно живых людей. Недавно умершие тоже подходят.

– Вы хотите сказать…

– Мы разработали зомби-вирус!

 

Петрович

Почесывая под растянутой футболкой слегка отвисшее для пива пузо, Петрович вошел в комнату и уселся напротив своего лучшего друга – свежеприобретенной плазмы, занимающей половину стены его комнаты в общежитии.

– Я опять, что ли, дебильное «ЭрТиВи» включил? Смотри-ка, нет! Эту пургу прямо в новостях передают. В прямом эфире!

Тем временем ученого на экране взяли крупным планом. Он заговорил быстрее:

– Мы разработали зомби-вирус. Единственная возможность быстро убить инфицированного – разрушить его мозг. Но это ещё не все. Вчера ночью у нас произошло ЧП. Нас отключили от подстанции. Представляете, какая глупость: просто не оплатили счёт за электричество!

– Но есть же, наверное, резервное питание?

– Разумеется, у нас тут генераторы. Но оборудование старое, вечно не хватает фондов. В общем, пока происходило переключение на новые источники питания, отключились электрозамки и сбежал один инфицированный. Началась паника. Персонал разбежался, охрана следом. Но главное – мы не законсервировали лабораторию, и вирус попал в атмосферу. Мне жаль об этом говорить, но сегодня начался зомби-апокалипсис.

За кадром послышался голос ведущей:

– Прерываем эфир! Выключи камеру, он спятил!

Учёный вынул из стола пистолет и навел его прямо на экран. Собственно, скорее всего, на ведущего или оператора, но выглядело это как угроза зрителям.

– Ничего не трогать! Отойдите от камеры! Оба! Быстро! Вот так. – Он посмотрел прямо в объектив и устало улыбнулся: – Знайте: живые могут и не заболеть. Но при контакте с уже инфицированными обязательно тоже заразятся. Свежеумершие попадают под действие вируса, если не разрушен мозг. Чтобы уничтожить заболевшего, достаточно просто пробить мозг острым предметом! Берегите себя.

Он поднял пистолет и выстрелил куда-то за кадр. Раздался женский визг, который оборвался со вторым выстрелом ученого.

Мужчина устало поднес пистолет к виску и повторил: «Помните, разрушить мозг!» Звук выстрела наложился на наконец-то включившийся рекламный ролик.

Петрович хмуро посмотрел на мельтешащие по экрану радужные полосы вперемешку с людьми. Когда голос диктора пообещал утолить жажду единорога, он отнюдь не фигурально плюнул на пол и переключил канал.

– А мы прерываем наш эфир экстренными новостями! – На экране появилась только что виденная ведущая, бодро шагающая по стеклянному коридору к двери директора лаборатории.

– Вот оно ка-а-ак, – протянул Петрович. – Значит, не шутка.

Он выключил телевизор и тигром в клетке несколько раз пересек комнату от угла до дивана и обратно. Потом взял с полки видавший виды «Nokia 3310», позвонил, мрачно прислушался к фонящему из трубки голосу и оборвал говорящего: «Цыц! Видел новости? Вот то-то и оно. Бери все деньги и приходи ко мне. Да, давай, и Людмилу свою бери!»



Alex Varfolomeev

Отредактировано: 04.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться