Игра. Теория и практика

Размер шрифта: - +

Чистый delete.

  
  Рейкбек. Четвертая часть.

Чистый delete.


 

Глава 18.

  Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не говорю.

 

  На постель падала густая тень, я зябко поежилась под легкой простыней и, щурясь от пульсирующей головной боли, отодвинула тяжелую занавесь. На столике перед кушеткой стояла пустая бутылка от текилы. Я поморщилась и потянулась за лежащим на полу бельем. Видимо вчера я замечательно повеселилась, раз толком ничего не помню. Собрав с пола разбросанную одежду, разложила ее на смятой постели, рядом поставила босоножки на головокружительном каблуке. Попыталась припомнить тот момент, как одевалась вчера, и чем на тот момент руководствовалась, делая подобный выбор, но натолкнулась на мощную завесу боли. Морщась, поплелась в ванную, надеясь, что душ просветлит мутное от похмелья сознание.

Но ничего не вышло, головная боль поутихла, притаившись в уголках глаз, а вчерашних воспоминаний выудить в стойко молчащей памяти так и не смогла. Вместо этого села за туалетный столик, высушила и уложила волосы, наложила легкий макияж. Все это время я видела в отражении остатки вчерашнего пиршества. Что-то беспокоило. Встав из-за стола, медленно прошлась вдоль кровати, подхватила бутылку и покрутила в руках. Дорогой напиток, хорошо очищенный, не тот каким я обычно напиваюсь. После такого и похмелья не будет, слишком хороша степень очистки. Голова же настойчиво твердила об обратном. Я бросила бутылку в урну под столом и вошла в гардеробную. Хотелось чего-нибудь удобного и уютного, никаких мини, прозрачности и прочего разврата. Когда панель шкафа медленно отъехала в сторону, я слегка подзависла. Вот к чему приводит куча свободного времени и неограниченная наличность.

Входная дверь хлопнула, когда я застегивала ремешок на туфле. Мое тело среагировало молниеносно, я распрямилась, рука скользнула от колена вверх по бедру. Чего-то остро не хватало, но времени на обдумывание этой мысли не было. Я осторожно выглянула за дверь гардеробной, прокралась по спальне, завернула в кабинет, где выдернула из подставки раритетную перьевую ручку. Нырнув обратно в коридор, спустилась вниз по лестнице, замерев за перегородкой отделяющей меня от прихожей. Мне было сложно объяснить, почему человек, вошедший в мой дом, сделавший это ключом, может являться потенциально опасным. И, тем не менее, я стояла напряженная как струна литии, готовая в любой момент не просто напасть - убить. Сейчас произошло ровно тоже, что и в гардеробной, тело пришло в движение быстрее, чем нейроны мозга дали более точную картину происходящего.

  Вошедший мужчина даже не понял, откуда пришла смерть, и одно короткое мгновение он был обречен, за это время я успела осознать, остановиться и решиться узнать причину, подвигнувшую меня на подобное действие. Ох уж это любопытство. Перо страстно впивалось в нежную кожу, вызолоченную южным солнцем. Рука, державшая импровизированное оружие не дрогнула даже тогда, когда я смогла взглянуть в лицо вторгшегося мужчины.

-- Лазарь? - я аккуратно отодвинула острие пера от шеи и подтолкнула мужчину вперед.

-- Да, милая, - в его голосе прозвучала странная нежность, от которой захотелось спрятаться, отгородившись множеством дверей. - Ты испугалась?

  -- Да, - ответ стал для меня откровением. - Со мной что-то не так, но я никак не могу понять что.

Он ласково улыбнулся, а я отошла еще на шаг назад.

  -- Много выпивки, развлечений, ты себя не жалеешь, - снисходительность была настолько очевидна, что я невольно поморщилась.

-- Твой сарказм... держи его при себе. И лучше объясни мне, что вчера произошло, ничего не могу вспомнить, - я немного расслабилась и пропустила его вперед, а сама последовала за ним, по ходу устраняя некоторые признаки вчерашнего разгула.

-- Все как обычно. Вместо того чтобы вести подготовку к заданию ты поступаешь как тебе вздумается.

-- Что за задание? - насторожилась я.

  -- Вот видишь...

Как он не старался внушить мне несуществующую вину, у него это не вышло. Я также спокойно обошла всю комнату, коснулась мраморной каминной полки, поправив пару безделушек, и с каким-то идиотским удовлетворением отметила отсутствии пыли.

-- ... так значит устранить небольшой дефект? - насмешливо уточнила я, разглядывая расслабленно сидящего на диване мужчину. Мне не хотелось с ним разговаривать, обычно с такими как он, ведут общение языком тела, видят лишь красивую оболочку и не роются в причинах странных действий. Вот и я не могла понять, отчего мы ведем скучную беседу о предстоящей операции, а не задыхаемся от собственного желания в объятьях друг друга.

-- Это не сложно, - он так убедительно говорил, будто точно знал.

-- Как будто бы, - туманно ответила я, чувствуя нездоровое влечение.

-- Тебя что-то беспокоит? Я могу помочь. Как твоя голова? - его интерес показался мне подозрительным - так разговаривает врач со своим пациентом.

-- Нисколько, - кажется, мне удалось убедить Лазаря и напряжение из взгляда холодных шоколадных глаз ушло. - Но у меня есть предложение.

-- Какое? - Лазарь вскинулся, словно мои слова имели несколько более глубокое значение.

Вместо ответа я подошла к дивану и присела на подлокотник рядом с мужчиной. Он наблюдал за мной из-под опущенных ресниц, а я ощущала его удовлетворение от происходящего. Мое поведение ему определенно нравилось, но Лазарь и не подумал идти мне навстречу. Напротив, он взглядом предложил проявить инициативу. Если бы я оказалась неопытной девочкой, то смутилась и сбежала, одно дело провоцировать, соблазнять и флиртовать - это заложено в женской сущности. Другое дело, взять то, что предлагают, обыграв все совершенно - мужчина просто сойдет с ума, довершив начатое женщиной. Во мне не нашлось смущения, когда я как кошка забралась ему на колени и щекой потерлась о кашемировый джемпер, который так дурманяще пах чем-то сладко-пряным. Легкое дыхание Лазаря коснулось волос. Я изогнула спину и заглянула ему в глаза.



Анна Матченко

Отредактировано: 26.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться