Игра в чужую ложь: Цена игры

Глава 4.2. Мертвая принцесса

 

Маргалинайя натужно рассмеялась:

– Согласись, у меня было все самое лучшее, и даже двойник попался донельзя забавный! Обожаю папочку! Слушай, может ну его, этого Арголина, а? Заберу я лучше отца! Ты же не против, девица-двойница? Ха-ха-ха!

– Зачем тебе мальчик? – не поддержала тему императора Лин.

– Мальчик? Ах, ты о моем сыне? Мне он не нужен… Он не нужен, понимаешь? Нет? А, как же я могла забыть? Вы все считаете, что, побывав в мире Смерти, я хочу забрать в те дивные места свое дитя. Какая глупость! Я не собираюсь возвращаться туда, откуда вырвалась с таким трудом. Моя жизнь только начинается, двойник.

– Ты знаешь, как меня зовут, принцесса.

– Лин? Это глупое сокращение моего имени, дура! Не считай его своим. Впрочем, как хочешь, оно все равно ничего не значит.

Она надменно улыбнулась. Мертвая… Нет, Маргалинайя считала себя живой, и возвращаться к Реху не собиралась. Но стоило ли верить ее словам? Из потустороннего мира без согласия бога Смерти выйти невозможно, даже некроманты с этим считались. Да и Арголин говорил о печати Смерти… А принцесса сказала, что вырвалась, значит…

– Любимая и необыкновенная, – прервал путанные мысли волшебницы знакомый голос. – Ласковая и нежная… Значений много, в этом и вся прелесть, Ваше Высочество. Ты почему меня не позвала? – переключился метаморф на Лин. – Трудно было сказать?

– Изначальный? – в голосе Маргалинайи проскользнула нотка восхищения. – Высоко метишь, двойник. Хотелось бы побеседовать дольше. Жаль, нас так некстати прервали… Удачи на коронации!

Ворота хлопнули, закрываясь за гостьей, а Лин вдруг осознала, что птицы, обычно не обращавшие внимания ни на что, лишь сейчас начинают вылезать из закоулков и расхаживать по двору с независимым видом.

– Завтрак на столе, милая. – Кари шуганул особо наглого петуха и ответил на невысказанный вопрос жены. – Прятки закончились. Пора прекращать твою добровольную ссылку на кухне.

***

– Какой-то он мелкий. – Метаморф неуверенно оглянулся, но дворца побольше поблизости не наблюдалось. – Если бы не гости, мы б его никогда не нашли… Вернее, никогда бы не подумали, что это здесь.

– Нашли бы, – более оптимистично откликнулась Лин, – в городе он самый известный. Это же не Влая, где у каждого богача такой «домик».

Они подходили к массивным воротам, распахнутым по случаю праздника. За высокой оградой слышался гул множества голосов – поскольку новообразованное королевство было небольшим, на коронацию правителя пригласили всех подданных, и, видимо, часть киратцев с радостью приняла приглашение. Кареты и повозки представителей местного «высшего общества» заполонили незанятую часть главной площади, народ попроще шел пешком, изредка сверкали порталы, сквозь которые прибывала веллийская знать.

– Зря мы это затеяли, – тихо сказал Кари. – На севере не любят не-людей… и призраков. А нападать сложнее, чем обороняться…

Лин в который раз пригладила волосы, выбивавшиеся из-за сильного ветра, провела ладонью по лицу, словно проверяя, в каком облике она сейчас находится, и непринужденно ответила:

– А мы ведь никогда и не пробовали нападать.

Дворец, в былые времена принадлежавший графу Тойянскому, располагался как раз напротив площади. Наверно, в Кирате он считался большим – здания вокруг имели гораздо меньший размер, были приземистыми и тусклыми. На их фоне стремящееся вверх строение с декоративными башенками и балкончиками, выкрашенное бледно-голубой краской, действительно выглядело довольно изысканно. Но узкие окна и двери портили все впечатление, а идеально подстриженные чахлые кустики навевали тоску. Как здесь сможет жить принц, привыкший к просторам императорских покоев и роскоши веллийского сада, Лин не представляла.

Стражники у ворот коротко взглянули на входящих и вернулись к созерцанию каких-то далей, видимых только им самим. Цветами королевства объявили желто-золотой – один из цветов империи, и зеленый – собственно, цвет графства. На флаге государства их сочетание не вызывало нареканий, однако наспех перекрашенные (или небрежно пошитые?) мундиры наталкивали на мысль о тине на болоте, и, кажется, даже сами караульные предпочитали на них не смотреть.

– Кари, я похожа на нее?

– На принцессу? Или на Маргалинайю?

– Уже поздно отступать, правда?

– Мы можем уйти прямо сейчас.

– А Арголин?

– Ты сама слышала – он ей не нужен.

– Зелина наверняка где-то здесь…

– Богиня позаботится о себе.

– И Марк…

– О нем тоже.

– Кари…

– Не за что, любовь моя. Больше нет сомнений? Тогда идем внутрь, мы же папа с мамой, не забыла?



Елена Гриб

Отредактировано: 02.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться