Игра в чужую ложь: Цена игры

Глава 4.1. Мертвая принцесса

 

Говорят, в мире Смерти живое становится мертвым, а мертвое – живым. Я видел возвратившихся… И я помню их уже несколько столетий…

«Первые сто лет при дворе Веллийской империи», Бест Влайский

 

К вечеру страсти вокруг домов, неожиданно появившихся на главной площади города, слегка поутихли. Киратцы, с воинственными кличами начавшие штурм четырехчешовой ограды, вскоре узнали, что за «сюрприз» стоит благодарить их же будущего короля, понурили головы и тихо-мирно убрались восвояси через ворота. Только начальник городской стражи неуверенно поинтересовался, какой пришельцы расы, всем видом показывая – честный ответ он знать совсем не хочет.

– А ты как думаешь, красавчик? – проворковала Зелина, ненавязчиво подталкивая посетителя к креслу и в третий раз наполняя его бокал настоящим ландарским[1] вином. – Мы замечательные люди… удивительные… особенные… О, уже выпил? Обожаю решительных мужчин!

И хоть наверняка до сих пор начальник стражи красоты за собой не замечал, да и решительность не отождествлял со скоростью поглощения выпивки, зеленые глаза сладкоголосой красотки растопили его заскорузлое сердце. Да-да, именно глаза – как честный человек, старый служака глядел исключительно в них, и совершенно не важно, что обзор ему при этом закрывал внушительный бюст, обтянутый сверкающей серебристой тканью.

Прежде, чем Лин успела на быструю руку покормить хозяйство и в который раз пообещать самой себе избавиться от коровы (завелась она, как и все остальное, неожиданно и неотвратимо) при первом же подходящем случае, а Кари, поминая недобрыми словами ретивого принца, кое-как восстановил забор, сделав сломанный фонтан его опорной частью, одобрение киратских властей было получено. Господин Джеринер, успешно (по его словам) совмещавший должности главы города, начальника стражи и верховного судьи, был готов сотрудничать. Да еще как готов!

Оградить гостей Кирата от беспокойства, помочь с ремонтом, подсказать, где находится мастерская лучшего из портных, одолжить «на время» кухарку, самолично показать «прекрасной богине» город – все это градоначальник-страж-судья обещал чуть ли не на одном дыхании. Еще немного – и рыжей, возможно, предложили бы стать хозяйкой второго в Тойяне (после бывшего графского) дворца, но Зелина смилосердилась и позволила господину Джеринеру убраться восвояси, сохранив остатки разума.

Пока богиня «беседовала», Марк ушел «смотреть город». Кари хотел его остановить, однако увидел в глазах бывшего гвардейца давно и, казалось, навсегда погасший огонек, и отступил. Случаи, когда друг чему-то радовался, метаморф мог перечислить по пальцам. Нет, разумеется, сосед частенько смеялся и скалозубил, но был в его веселости какой-то надрыв. А вот так, сверкая, как начищенный чайник, и бессмысленно разбрасываясь улыбками… И это после того, как он изо всех сил противился появлению в обществе, где новости разносятся быстрее, чем сплетни в деревне!

Марка словно подменили. Он выглядел счастливым и беззаботным, поэтому Кари усмехнулся про себя и не стал напоминать другу, что у того есть красавица-жена. Судя по заинтересованному взгляду, которым Зелина встретила полуседого, но крепкого и поджарого начальника стражи, ночевать одной ей не придется.

Богиня исчезла, как только село солнце. Бросила напоследок: «Охрану поставила, ужинать не буду», и отправилась развлекаться. Принимая во внимание рвение, с которым она перед этим примеряла наряды, вернуться Зелина могла не раньше коронации, да и то лишь потому, что мероприятие обещало быть забавным – с ее точки зрения.

Поэтому Лин с мужем, оставшись в компании друг друга, слегка перемыли кости соседям, порассуждали о пророчествах и о пророках (дочь горшечника, забирая пришедшего в себя отца, отзывалась о его откровениях с благоговейным неодобрением), о принце, об императоре… Оказалось, Его Величество – тема настолько скучная, что оба уснули чуть ли не мгновенно, и проспали бы подольше, если б не стукнули ворота, пропуская раннего гостя.

– Я сплю, – пробормотал Кари, натягивая одеяло на голову. – Холодрыга…

Лин вздохнула, приготовилась выдать длинную тираду о том, что метаморфам сон вообще не требуется, да и не должны быть Изначальные такими неженками, ведь они – чистая энергия, облеченная в плоть… Но посмотрела на его растрепанную макушку и молча принялась одеваться.

Будь пришедший опасен, муж оказался бы на ногах прежде, чем тот тронул ворота, – Кари чувствовал злобу, направленную на его семью, чувствовал отношение. А так… Волшебница улыбнулась, вспоминая, с каким трудом ей удалось научить метаморфа спать по-настоящему: не вскакивать при малейшем шуме, а наслаждаться спокойствием ночи и уютом мягкой теплой кровати. Оказывается, даже столь обыденное удовольствие требовало навыков.

Алая рубашка, темные брюки, высокие сапоги – встречают по одежде, и Лин предпочитала, чтобы языки местных кумушек смаковали ее наряд, а не лицо. Что-то подсказывало – день предстоит тяжелый, переодеться до коронации вряд ли удастся.

Она бросила последний взгляд в зеркало. Легко вздохнула, захлопнув дверку шкафа, из-за которой виднелся краешек роскошного платья (с настоящими оркскими кружевами и жемчугом из Пустоши!), очень подходящего для торжества, но, увы, неудобного для спасения принцев или исполнения пророчеств. И вышла на крыльцо, тихо прикрыв дверь. Почему-то хотелось, чтобы гость устыдился своего раннего появления и ушел…



Елена Гриб

Отредактировано: 02.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться