Игра в чужую жизнь

Глава 26.2

 

– Как же ты меня напугала, малышка! – чуть ли не с распростертыми объятиями бросилась к Лин богиня, когда та оказалась у своей землянки. – Зачем Лан отдал тебе ключи?

– Он не отдавал, – коротко ответила девушка, не желая вдаваться в подробности.

Похоже, это заявление резко подняло ее авторитет в глазах Зелины:

– Ну ты даешь! Обобрать самого правителя Странного Леса! На такое даже боги не решались… А когда вы с ним пересеклись?

– В Храме Славы.    

– Значит, он жив, – задумчиво произнесла рыжая, наверняка мысленно прикидывая какие выгоды или, наоборот, неприятности принесет данный факт. – Думаю, скоро мне придется оставить тебя в покое, рьяска, – продолжила грустно. – А жаль, было весело… Или хотя бы не скучно.

***

Ванис настороженно оглядывался, ловя на себе удивленные взгляды. Они раздражали его, но маг понимал, что поделать ничего нельзя. Укутанный с ног до головы в черный плащ незнакомец, стоящий на самом солнцепеке, как ни крути, привлекал внимание.

Маг неотрывно смотрел на вход в храм, ожидая брата. Он уже знал, что приключилось с «бастардом», однако не понимал, почему тот не появляется. И почему чужая еще дышит…

– Что ты здесь делаешь? – яростный шепот заставил его чуть ли не подпрыгнуть. – Я приду ночью и все расскажу. Уходи! Зелина знает, кто я, поэтому не стоит ее злить.

Беловолосый резко обернулся, сжимая в руке искрящийся ледяной шарик.

– Когда ты успел выйти?! – Он сдержал первый порыв и не стал тратить на непутевого братца эту каплю силы.

– Не ты один здесь умеешь колдовать, – огрызнулся младший, бесцеремонно оттаскивая брата в сторону. – Прошу тебя, давай поговорим позже. Я должен кое с чем разобраться.

Тот лишь издевательски рассмеялся, закатывая рукава и показывая руки, сплошь покрытые замысловатыми письменами. По его пальцам то и дело пробегали искры, заставляя написанное переливаться всеми цветами радуги.

– На этот раз я подготовился ко всему, дурак! Я же шел мстить за тебя! – лицемерно объявил Ванис, вскользь осматриваясь вокруг и замечая, что ненавистная чужая тоже вышла из храма и куда-то направляется в компании богини Жизни. – Не трусь, Ангас. Зелина имеет силу только в своем мире, да и в распри людей ввязываться не станет. Идем! Я, так и быть, прощу тебе проваленное задание. И мне понадобится твоя сила, брат.

Младший из магов не тронулся с места.

– Погоди, – напряженно сказал он, – надо спокойно поговорить.

– Ладно, – легко согласился старший. – Уберем ту тварь и поговорим.

Лин уже скрылась за земляными насыпами, поэтому Ванис одним резким движением выдернул несколько волосков и пустил по ветру, затем прикрыл глаза и напряженно прислушался. Наконец его лицо просветлело:

– Она совсем рядом! Пошли!

Ангас преградил ему путь.

– Послушай меня! Мы не можем ее убить!

– Почему это? – искренне удивился старший брат. – Ты узнал что-то новое?

– Она спасла мне жизнь!

– И?.. – недоуменно уточнил Ванис, мысленно предполагая, что у братца вконец съехала крыша. – Это имеет значение?

Младший попытался зайти с другой стороны:

– Она не чужая, в ней течет наша кровь! Я почувствовал что-то странное еще при первой встрече, но лишь недавно понял! Она из нашей семьи, понимаешь? Мы ведь не можем убить родственницу, правда? В смысле, просто так убить… она ж совсем неопасна… не нападает!

По глазам брата он понял, что родственницу убить можно. И родственника тоже. Понял немного раньше, чем застыл ледяным изваянием, а потом рассыпался на крошечные осколки…

– Мне будет не хватать тебя, – с горечью обратился к стремительно таявшим обломкам Ванис. – Так и быть, пускай девчонка проживет лишние сутки… я все-таки любил тебя, брат… В ней нет нашей крови, как и нет магии, но ради тебя… Чужая умрет в знаменательный день – в день, когда исчезнет Старилес. Разве это не прекрасно? Почивай с миром, дурачок. Жаль, мне б еще пригодилась твоя сила…

***

Лин выплетала кривоватый венок из одуванчиков, желтым ковром укрывших все вокруг домика, Зелина обдувала пушистые белые головки уже созревших цветов. Тишину нарушало лишь чириканье воробьев, гнездившихся под крышей, да отдаленная ругань садовника, выгонявшего из сада гвардейцев, под предводительством Марка покусившихся на местные плоды.

Хохот беглецов то приближался, то отдалялся, над деревьями вились потревоженные птицы. Наконец зачинщик этого безобразия вылетел из-под сени сада и помчался к землянке, удерживая целую охапку спелых и не очень персиков, размерами превосходивших самое большое яблоко. Заметив богиню, он резко затормозил, но разворачиваться и уходить с высоко поднятой головой не стал. Бросил свою ношу прямо на Лин, не обратив на ее обиженное: «Идиот! Иногда мне кажется, что я родилась прачкой!» никакого внимания, и плюхнулся рядом, старательно не поворачиваясь в сторону Зелины.



Елена Гриб

Отредактировано: 21.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться