Игры с разумом на вылет. Книга 2

Последний бой.

Оптимизм – это недостаток информации.

Фаина Раневская.

 

- Лёшенька, так ты заранее знал, что ты будешь скалу Йоты переименовывать?! – это были первые слова, которые я услышал, когда мы с друзьями вернулись в замок.

- Нет, откуда? – возмутился я, – Это, когда я у императора пергамент выцыганил, я успел туда одним глазком заглянуть. Ну и … озарило, что ли? Или напророчилось? Что пригодится. И, опять же, Клаус, возьми на заметку, я не сразу начал просить у императора право на изменение географического наименования! Сперва про отмазку от совета магов попросил. Отвёл, так сказать внимание. И не сказал конкретно, что я собираюсь переименовывать. И говорил небрежно, дескать, ручеёк, там, деревеньку, или ещё что-то такое же незначительное.

- Я возьму на заметку, – хмуро ответил парень, – Хотя и не по нраву мне это всё. Ну, какой я, к лешему, герцог? Какой интриган при императорском дворе? Я мечник! Моя удаль в бою, а не в парламенте, как ты пророчишь.

- «Мне бы шашку, да коня, да на линию огня! А дворцовые интрижки – энто всё не про меня!» – процитировал я на память и вздохнул, – Нет, дорогой мой. Жизнь устроена так, что либо ты расталкиваешь всех локтями, либо тебя локтями затолкают. Хочешь, не хочешь, а в большую политику тебе лезть придётся. Ведь, именно этому тебя твой отец учил? И ши Турвас, кстати, тоже?

- Вообще-то да, – задумался парень, – Только, это такая клоака!..

- А надо! – посетовал я, – В самую, так сказать, глубину нырять придётся!

Клаус окончательно насупился. Но я знал, что он меня поймёт. Он умный. А что не поймёт, ему потом Джулия доходчиво растолкует. Она ещё умнее.

- Ладно, Лёха, – помявшись, заявил Клаус, – Я так понимаю, пришла пора признаваться про ворота выхода? Раз доспех собрали? А то, оставайся у нас навсегда?

- Нет, дружище, – печально ответил я, – У меня ещё есть обязательства в моём мире. Мне у вас нравится, это правда, но жить всю жизнь здесь я не могу. Просто, не могу.

- Я верю. Ну, что ж: я слышал, что некие «ворота выхода» стоят на самой вершине грифонова утёса.

- О, нет! – побелела Джулия.

- Мамочки! – побелела вслед за ней Велль.

- А теперь, подробнее! – попросил я.

- Ну, ты же видел грифонов? – спросил Клаус.

- Да, уж! – я содрогнулся.

- Так это домашние! А дикие в десять раз свирепее! И на грифоновом утёсе их тысячи! Они только и водятся, что на грифоновом утёсе! К величайшему общему счастью.

Когда ещё только задумывались, чтобы приручить этих тварей, для того, чтобы добыть их яйца, провели специальную войсковую операцию! Точнее, четыре войсковых операции. Потому что первые три закончились неудачей. И, каждая последующая, была всё более многочисленной. Только четвёртая, которую возглавлял великий маршал древности свен Хабибуб, достигла успеха. Ну, как сказать, успеха? Они добыли шесть яиц. Потеряв при этом более восьмидесяти тысяч человек убитыми. Скажи мне, Лёха, это успех?

Во всяком случае, яйца добыли. И, представляешь, повезло! Пять яиц дали цыплят. И один из них был петушок. Если можно так сказать про грифонов. А потом около четырёхсот лет подряд этих зверюг пытались приручить. Четыреста лет подряд! А они всё не приручались и не приручались! Настолько свирепый характер у монстров.

Наконец, появились первые слухи, что грифоны поддались. Якобы, они сами обладают сильнейшим магическим потенциалом, и покорить их по силам только сильнейшим из сильнейших магов. Не знаю, как там в действительности, но до сих пор летают на грифонах только маги имперского патруля, а это и есть сильнейшие из сильнейших. Остальные даже подойти близко не смеют.

Ну, вот, как-то так … Теперь ты понимаешь, что тебе предстоит? Ты понимаешь, почему я не говорил тебе этого раньше?

- Понимаю, – согласно кивнул я, – Тогда … неделя на отдых, и я иду в бой! Но, на этот раз в одиночку! Вы же понимаете, что доспех всего один, а грифонов много?

- Мы будем переживать за тебя, Лёшенька!

- Я знаю. Но сейчас ещё рано. Целая неделя впереди!

Утром, выглянув из окна, я увидел уже привычную картинку: по внутреннему дворику замка прогуливались Джулия с Велль, а за ними, стайкой, следовали ещё с десяток юных и не очень юных дам. Ни дать, ни взять, фрейлины при дворе императора! Хотя, я-то знал, что это просто жёны и дочери зависимых от графа Клауса, окрестных баронов. В надежде, что им перепадёт лакомый кусочек с барского стола. Нет, не в том смысле, что подложить под графа свою жену или дочку, хотя, я уверен, никто таким не погнушался бы, но в данном случае расчитывать на подобное попросту глупо. А надеются они, что выпадет счастливый момент, когда граф или графиня будут в радужном настроении, тогда и можно будет выпросить лишнюю плюшку с мёдом. В виде, конечно же, кусочка спорной земли, или деревеньки, или судебного решения в свою пользу. Хоть что-то, что хозяйству на пользу пойдёт! А, заодно, на графском дворе можно обстряпать выгодную партию для дочки или оказать графу некую призрачную услугу. Пусть пустяковую, лишь бы господин граф или госпожа графиня запомнили, что была она, такая услуга. Которая свидетельствует о преданности и верности. И которую, не грех было бы, вознаградить по заслугам.



Фунтик Изюмов, Гарик Армагеддонов

Отредактировано: 21.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться