Иллюзии чистого холста

Глава 4

30 апреля 2015 года, 21.10

По лестнице Войтех почти бежал и, только оказавшись на улице, позволил себе остановиться и глубоко вдохнуть, подставляя лицо холодному ветру. Разговор с Сашей — или, правильнее сказать, попытка разговора — и так достаточно сильно выбил его из колеи, но столкновение с Максимом по-настоящему напугало. Не потому что он боялся Сашиного бывшего мужа. Его напугало видение, которое промелькнуло перед глазами, когда они пожали друг другу руки.

Это было всего мгновение, одна сцена, практически кадр, но от него тело начинало непроизвольно дрожать. Войтех видел пистолет в своих руках, и этот пистолет был направлен на Максима.

— Нашел где встать, — буркнула женщина, выходившая из подъезда следом, с трудом огибая его.

Только сейчас Войтех сообразил, что действительно остановился не слишком удачно: прямо у выхода. Он торопливо посторонился, а потом побрел вдоль дома, даже не застегнув толком куртку, позволяя пронизывающему ветру проникать под одежду. Сейчас он этого почти не замечал.

По какой причине он мог наставить пистолет на Сашиного бывшего мужа? При каких обстоятельствах? Когда это случится? Вопросы бешеным клубком крутились в голове, но Войтех не находил для них вариантов ответа. Кроме чрезмерно пугающих, о которых не хотелось думать.

А еще не хотелось вспоминать, но картинки прошлого сами собой выпрыгивали перед глазами, непрошеные и ненавидимые. Войтеху очень хотелось об этом забыть, но он не мог. Возможно, когда-нибудь и удастся, но пока прошло слишком мало времени, воспоминания даже не потускнели.

Он до сих пор ощущал в ладони рукоять пистолета. Слышал, как пиликнула принятым кодом и отворилась дверь. Видел, как со звериным рычанием в комнату ворвались зомби, готовые разорвать его на куски по велению хозяина. Вспоминая об этом, он чувствовал, как правая рука тянется к виску, а в голове остается только одна мысль: «Главное — успеть, и чтобы насмерть».

Все изменилось за одно мгновение, но тогда он не успел его осознать. Краем глаза он увидел, как некромант вошел следом за своими созданиями, противно скалясь. Он хотел видеть, как все произойдет, и это желание погубило его.

Когда-то давно Войтех не смог убить его. Он держал дуло пистолета у его головы, а рядом друзьям грозила смерть, страшная и мучительная. И тогда он не смог убить. Потому что на кону стояла не его жизнь? Потому что еще оставалось время? Войтех не знал.

Он знал только то, что в этот раз очнулся лишь тогда, когда некромант рухнул на пол с простреленной головой, и в то же мгновение все зомби тоже повалились как подкошенные.

Всего одно мгновение, которое он даже толком не запомнил, навсегда определило его место в этой жизни. Войтех оказался не героем, готовым пожертвовать собой ради других, а всего лишь тем, кто готов на все, чтобы выжить самому.

Нет, он не жалел об этом, и это обстоятельство его немного пугало. Он слышал о том, что убивать сложно только в первый раз, а потом это действие перестает быть чем-то из ряда вон выходящим. Ему удалось убедить себя, что такие экстремальные обстоятельства не считаются. Он совершил свое первое убийство практически неосознанно, не помнил ни сам момент выстрела, ни звук, его сопровождавший, а значит, никогда не совершит второе, если только не будет поставлен в аналогичные обстоятельства.

Он поверил в это и успокоился, и вот теперь видение всколыхнуло в нем свежий страх. Судя по видению, Максим ему ничем не угрожал, но он все равно навел на него пистолет. Почему? Может быть, все-таки потому, что он мешал ему помириться с Сашей?

Войтех остановился и тряхнул головой, прогоняя эти мысли. Нет, такого не может быть. Даже если Саша не простит его, а Максим ее — сможет, он просто пожелает им счастья. И, возможно, все-таки вернется в Прагу. Убивать более удачливого соперника он точно не станет.

Несколько раз повторив это про себя, как мантру, Войтех оглянулся по сторонам, пытаясь понять, куда забрел. Он плохо ориентировался в Питере — еще хуже, чем в Москве, — поэтому как ни пытался сориентироваться, не мог понять, в какую сторону ему идти, чтобы вернуться к съемной квартире. Перед ним была довольно широкая улица, полупустая в это время суток, с высокими старинными домами по обе стороны, которые осуждающе смотрели на нее грязными окнами, но Войтех никак не мог найти какую-нибудь табличку, на которой было бы подписано ее название.

Проходящий мимо мужчина зацепил его плечом, пробурчал извинение и пошел дальше. Войтех понял, что он опять остановился посреди дороги. Достав смартфон, он отошел ближе к стене дома, чтобы никому не мешать. Самый простой способ сориентироваться и найти дорогу — загрузить карту.

Пока умный телефон искал его на карте, как будто специально делая это медленно и лениво, Войтех скользил взглядом по домам, людям, проезжающим мимо машинам. На город уже опустились сумерки, подсвечиваемые желтыми фонарями. Людей и машин вокруг было не так много, и именно поэтому Войтех заметил его.

Он стоял на противоположной стороне дороги и смотрел на него. Войтех сначала узнал его по одежде: в лаборатории в тот день он был одет точно так же. Потом уже заметил знакомую ухмылку и зафиксированный на нем холодный, змеиный взгляд.

Убедившись, что Войтех его заметил, некромант издевательски помахал ему рукой, а потом повернулся и пошел прочь.