Имена

Часть первая. Какие имена! Какие люди! Главы 1-5

Глава первая. Начало.

- Собачка у вас такая миленькая! Такая интересная!
- Да, я и сам...
- А зовут как?
- Меня зовут...
- Да – нет же, собачку вашу, как зовут?
- Да, очень просто зовут. Совсем по - простецки её зовут, мою собачку... А вот меня...
- Миленький собачонок, да как же тебя всё-таки зовут? Или это тайна? Но я вас так понимаю, при нынешнем цветущем воровстве собак.
- О-о-о, да просто собачку зовут. Владимир Ильич - его зовут. Кобелёк.
- Да, вы что?!
- Да-а! Мы его так назвали в честь Владимира Ильича Ленина! А его подружку - сучечку, в честь Надежды Константиновны. У нас малышка - Крупская. Я всегда боготворил и боготворю чету Лениных! Очень редкая порода!

Женщина была настолько поражена, что даже не стала уточнять, кто именно и из какой породы.
- Да-а-а, я вам скажу! У вас обычайно оригинальный подход к чествованию людей. Совсем как-то совсем, называть собак в честь людей. Хотя, если разобраться... Не людей же, в конце концов, называть в честь собак.
- По мне, как бы, не называться и именоваться, лишь бы это было оригинально, свежо и интересно! А то вокруг нас только и слышны в именах и фамилиях одни шаблоны. Сплошная рутина звуков. Всё серо и монотонно, у всех одно и тоже. У людей в именах нет полёта фантазии, разгула мысли и разнузданности страстей! Простите, жить в звуках имени шаблонном совсем неинтересно и для меня не занимательно. Да-с! - с жаром, с пылом седой профессор хотел было уже закончить свой монолог.

- Но, подождите! Причём здесь имена? Совсем понимаю вас,- его случайная собеседница явно не хотела обрывать разговор и даже резко схватила мужчину за галстук, чтобы удержать.
- Вы, мне просто обязаны сейчас же всё объяснить! Прошу же вас!

И тут же пустила в ход конём всё очарование своих маленьких, подведенных черным карандашом глазок, подкрашенных и ощипанных бровей, подслипшихся ресниц, завитого чубчика и ярко-размазанных губ.
И их сила со страшной силой подействовала на академика, уже почти, вознамерившегося бежать, но он вдруг взапно остановился. Остановился, чтобы угодить симпатичной даме и дать ей разъяснения.
- Для примеру возьмём вас, голубушка! - произнёс он, беря её под локоток своей ледяной, костлявою рукой.
- Берите, берите, голубчик! – тут же растаяла дама.
- Вот, вы простите, какова по батюшке, позвольте вас спросить? - засопел мужчина ей прямо в ухо. И хоть он был уже немолодой, седеющий и слегка лысеющий, но вполне ещё полноценный для серьёзного разговора, кандидат в лауреаты. Мужчина был подтянут, сухощав, слегка сутуловат и чуть выше среднего роста.
Дама почти неприлично и уже прямо на глазах растаивающая от мужского внимания, слегка поплывшая на алых парусах своих многочисленных, вычитанных в романах «мечт», тут же опомнилась и недовольно вздёрнула своим химическим способом завитым хохолком:
- Что это, вообще значит, какова по батюшке?
От удивления у неё один глаз выпучился сильнее второго и необычней, чем всегда.

Профессор тут же присел, успокаивающе погладил свою собачку, затем вторую. И глядя на свою спутницу снизу вверх, как ему всегда казалось, отразимо - мужественно, и шумно вздыхая, и томно придыхая, прошипел сквозь свои новые вставные челюсти:
- Да-да, матушка! Каковы вы по батюшке? Как зовут вашего отца? Ваше отчество? Я хочу знать это!
- Да, чтоб вас! Напугали. Отец у меня - Иван! А я Марья. Марь Иванна, значица я!
Профессор так и запрыгал на одном месте.
- Вот, вот, что я про вас и говорил, драгоценная моя! Сплошная серость, убогость мысли, шаблон имён. У всех одно и то же. Жили всю жизнь в деревне, работали, не разгибая спин с рассвета до заката, день и ночь - сутки прочь. Света белого в конце туннеля никогда не видели. Вот вам и доказательство!

Марь Иванна так и омела. Не зная, что сказать, невнятно вопросила:
- Откуда, это вы всё знаете про меня?
- Да, в имени всё есть твоём? А звали бы вас иначе и жили бы вы, милочка, гораздо, по-другому!
- Откуда же вы это всё знаете, голубчик мой?

И профессор, и академик, и лауреат - один в трёх лицах, и все и всё в одном лице, гордо выставив вперёд свою профессорскую академическую ногу, не менее гордо произнёс в свой иногда сизоватый и всегда, здоровенный нос:
- Имею честь доложить, медам, я знаю всё! Я есть академик, профессор и лауреат всех именных наук. Основатель школы правильного подбора настоящих, правильных имён. Ко мне только по записи или через собак, как с нами сегодня и случилось.

- Да, вы что?! Какие люди завелись в наших краях! Никогда бы на вас такое подумала.
- Представьте, себе Мария, что это, так и есть. Ответьте мне милая, не замечали ли вы, что всех породистых собак и особенно людей, всегда зовут по-особенному, по-породистому?! Я, вот всегда поражался, какие всё-таки породистые имена были и есть у всех импортных королей! Так вот они, практически все, за счёт своих имён и восседают до сих пор на своих тронах! А наши Николашки - Алексашки все с трона послетали. И я вам, честно скажу, это всё из-за своих неправильно подобранных имен.
- Точно - точно, все так и говорят, как назовёшь корабль, так он и поплывёт.
- Именно, Марь Иванна, именно! А у вас, фамилия, скорее всего Петрова? Угадал?
- А вот и нет.
- Сидорова?
- Мимо.
- Попова!
- Опять мимо.
- Неужели, всё-таки Иванова?
- Нет, нет и нет.
- Заинтригован вами, мадам, до бескочности. Ну, не томите же вы меня, признайтесь чистосердечно, какова же ваша фамилия?
- А вот и не скажу, вам пан профессор! Вы же акадэмик АкадэмИи околовсяческих наук, так догадайтесь же сами! Вы же великий учёный именных наук! - резвилась и дразнилась, как юная школьница, совсем еще юная пенсионерка.
- Учёный-то я учёный, и огромный учёный, должен вам доложить, но ясновидящий же, должен вас предупредить, - произнёс учёный. Напустив на себя пара "академической учёной" серьёзности, вступил и принял игру наш герой и игриво предложил даме:
- Пзвольте, вашу ручку, медам! Ваш слуга сейчас….