Империя драконов. Темный эфир

Глава 1

Аннотация:

Светлому дракону и темной ведьме не по пути! Но что делать, если от нежеланного замужества, придется бежать именно в земли светлых? Принять это за каприз судьбы? Отлично! Всего-то останется выжить в ворохе интриг и древних тайн. А вот побороть чувства к несносному дракону не так-то просто. Ведь каждый знает, если ведьма полюбила, его уже ничто не спасет.

 

АННА ТЕРЕШКОВА

ИМПЕРИЯ ДРАКОНОВ. Темный эфир. Том 1

ГЛАВА 1

— Арэя, девочка моя! Я настолько тебя осчастливил, что ты утратила дар речи?
Я с трудом подавила желание брезгливо скривиться, когда холодные пальцы темного мага, увенчанные перстнями, скользнули от моей щеки к шее. 
— Осталось подождать всего неделю, нетерпеливая моя, — шепнул он, склонившись к моему уху.
Безумно хотелось предложить господину градоправителю Приграничья угоститься иноземными ягодками, благодаря которым о «вечной любви» этот мерзавец будет вещать из уборной своего вычурного особняка!
— Мы сыграем царскую свадьбу в твой день рождения, Ари! — величественно возвестил темный.
Так ко мне обращались только дядя и Малика, а слышать это сокращение из уст лэра Омаса было до жути омерзительно!
— Этот день станет поистине самым счастливым в твоей жизни!
Во время торжественных слов я была удостоена еще одного отвратительного прикосновения. После чего Омас в сопровождении вооруженных зачарованными мечами слуг вальяжно покинул торговую улочку Приграничья.
Останься он еще хоть на мгновение, и я бы точно не сдержалась! Да, я могла его внезапно атаковать и скрыться в суматохе, но тогда пострадала бы Малика. Впрочем, мне в такой непредсказуемой ситуации далеко уйти и самой бы не удалось. Нужно стерпеть и переждать.
— Ари, ты в порядке?
Я обернулась на тихий вопрос Малики. Подруга нервно постукивала тонкими пальцами с черным маникюром по торговому прилавку с разноцветными ягодами и фруктами, обеспокоенно заглядывая в мое бледное лицо.
— Глупый вопрос? — виновато улыбнулась она.
— И чего ты нос воротишь, Арэя? — запричитала старая Дора, кривя тонкие губы. 
С приходом Омаса она потеряла всякий интерес к своему прилавку, сосредоточив восторженное внимание на достопочтенном маге и его речах. Попеременно всплескивая морщинистыми ладонями, поддакивая и кивая, как болванка. Уродливую старуху никоим образом не волновало, что «многоуважаемый» лэр напрочь пренебрегал ее существованием. 
— Благодари Темных богов и радуйся, что са-а-ам лэр Омас, — подняла она сморщенную ладонь к небу, — предложил тебе стать его супругой. У тебя ни семьи, ни приличного дома нет, живешь в развалюхе на гиблых болотах, — мерзко усмехнулась Дора и уставилась так, будто я непременно должна была с ней согласиться.
— Не слушай ты эту каргу, — прошипела Малика и, подхватив меня под руку, отвела в сторонку, подальше от ушей Доры. — Проклясть бы ее до пятого поколения, — негодовала подруга.
— Не трать на нее силы, Мали. Дора — проклятие для самой себя, — одернула я темную. 
Та пожала плечами и еле слышно спросила:
— Что собираешься делать с Омасом?
— Еще не знаю. Но для раздумий у меня есть целая неделя, — ответила я с оптимизмом, на что Мали лишь убито вздохнула. — Возвращайся к работе, а мне в кузницу нужно. 
Оставив подругу, я покинула торговую улочку, вошла в узкий переулок и свернула налево, миновав кирпичные домики. Этот путь к кузнице дяди был короче, чем через главную площадь, где я снова могла нарваться на проклятого Омаса.
Свое «величественное» внимание градоправитель Приграничья обратил на меня месяц назад, на празднестве Темных богов, где я исполняла ритуальный танец. После окончания торжества Омас непреклонно заявил: «Возрадуйся, Арэя, ты станешь моей супругой!»
Радоваться не хотелось, а вот убиться о ближайшую кирпичную стену — даже очень. Сироте живется трудно, таким, как я, выбирать иной раз не приходится. Но я вполне сносно жила до внимания темного мага. Того, кто уже трижды побывал в роли жениха, того, чьи юные невесты таинственным образом исчезли. Последнюю из них нашли в лесной чаще, почти на границе Приграничья. Девушка была не просто мертва, ее выпили досуха! И капли магии не осталось!
Стоит ли говорить, что все невесты Омаса были моего возраста и только собирались вступить в права полной силы. В восемнадцать лет у каждой ведьмы наступает момент Вознесения, когда с дара снимается печать богов Эстимиена. В минуты, когда ведьма получает силу, она очень уязвима, что дает возможность магу выпить дар до последней капли. 
Что-то мне подсказывает: Омас убивал молоденьких ведьм и без необходимости вешать на них клеймо своей невесты. Однако никаких этому доказательств нет. Да и маг театральный актер хоть куда. Над телом последней «возлюбленной» рыдал очень убедительно, но быстро утешился и спустя месяц нашел новую. Меня! Но в моем случае Омас явно просчитался и владеет неправильной информацией. Я полукровка, и Вознесения мне никогда не видать, а значит, для его замысла моя персона абсолютно бесполезна! 
Проблема в том, что сообщать об этом я никому не собираюсь, даже Мали не знает. Пусть и не все, но многие обходят тринадцатой дорогой темных ведьм. Ведь именно такие, как мы, стоим в шаге от тех, кого величают чародейками смерти. А это значительно упрощает жизнь. К тому же мой темный дар достаточно высок, если верить словам Исы, старушки, которая присматривала за мной последние пятнадцать лет, прежде чем с миром вернулась к истокам. 
Ближе к полуночи десятого дня осени, когда мне исполнится восемнадцать, я не смогу постичь Вознесение, но смогу открыть гримуар мамы, а также письмо Исы, о содержании которого могу лишь догадываться. Может, в нем она все-таки расскажет о моем отце. Ведь сколько бы раз я ни спрашивала, Иса лишь сыпала проклятиями в его адрес. И возможно, перед своей смертью она все же решилась поведать мне факты. 
Осталось только разобраться с проблемой, именуемой «лэр Омас». Печаль в том, что с ним мне самостоятельно не справиться. Маг всецело управляет Приграничьем, в его руках власть, стражи, деньги. Без веских доказательств мне, в общем-то, мерзавца не прижучить. Мой единственный выход — бежать. Бежать туда, куда темный не сунет носа. В земли светлых!
Тихо и незаметно. Оставив в неведении двух самых близких мне людей: Малику и моего самопровозглашенного дядю — господина Сайласа. Не хочу подвергать их опасности, а Омас в первую очередь нагрянет именно к ним за информацией, которой у них просто-напросто не будет!
Закутавшись плотнее в потрепанный временем плащ, я быстро прошла небольшую площадку с застекленными магазинчиками, по витринам которых изморозью расползлись причудливые узоры. В северном Приграничье меняются лишь названия времен года, но холод никогда не уступал права теплу. А ведь сейчас в других землях царит конец лета и близится осень, которая озолотит и обагрит леса.
Прогнав красочные картины из воображения, я толкнула массивную дверь небольшого здания. В лицо тут же ударил вырвавшийся из кузницы горячий воздух, обдав покалывающим жаром замерзшие пальцы, щеки и нос. 
— Ты припозднилась, Арэя, — укорил дядя, оторвавшись от наковальни, когда я вошла в помещение с множеством оборудования, инструментов и приспособлений.
— Темных, господин Сайлас, меня задержал… — я запнулась, подбирая подходящее слово. А на языке вертелась совсем неподходящая ругань. — Обстоятельства, — решила я умолчать о маге.
— Омас, значит, — догадался дядя и с такой силой опустил молот, что я на месте подпрыгнула.
— Тебя поздравлять или приносить соболезнования? — озадачился Тимас, поднеся учителю ведро воды.
Господин Сайлас, недолго думая, отвесил Тиму хорошенький подзатыльник и невозмутимо прокомментировал свои действия:
— На тебе комар сидел, здоровенный такой и писклявый.
— Да на мне постоянно что-то сидит! Невидимое! — возмутился Тимас. — А я пошутил, между прочим, будто моя Арэя согласится на брак с этим ряженым павлином!
Про павлина — это он в точку. Меня оторопь берет, как вижу новый наряд Омаса.
— С каких это пор она твоей стала? — нахмурился Сайлас, я же старательно прятала улыбку.
А Тим скоренько отступил во избежание новой порки, взглянул на меня, ожидая помощи.
— Как-то ты поослабил воспитание ученика, дядя, — мстительно бросила я.
— Предательница! — беззлобно воскликнул Тимас, картинно схватившись за сердце.
— Ах ты, мелкий!
Тим увернулся от нового «прихлопывания комара», прошмыгнул мимо нас, подхватив холщовый мешок, и, продемонстрировав учителю язык, юркнул за дверь.
— Ему очень повезло с учителем, ты и меня многому научил, хотя магии в тебе, дядя, фея нарыдала.
— Это комплимент или оскорбление? — хмыкнул он, вытирая руки не особо чистой тряпицей.
— Комплимент, конечно! Тебе бы стоило открыть небольшое учебное заведение, а не кузницу. Я провела в Приграничной академии всего два года, но сразу поняла, что меня там ничему новому не обучат, да и программа у них слабая. Ты дал мне куда больше знаний.
— Я всего лишь дал тебе нужные и правильные книги. Ты сама всему научилась. Умом и талантом пошла в Луцирию.
Дядя часто рассказывал, какой одаренной и любознательной была мама.
— Мне всегда было интересно, откуда ты брал такие редкие издания?
— Меньше знаешь — крепче спишь, — с серьезным видом выдал он народную мудрость, впрочем, на другой ответ я и не рассчитывала.
— Я предпочитаю не оставаться в неведении. Это пугает куда больше, — шумно выдохнула, опустившись на деревянную бочку.
— Не забивай свою хорошенькую голову всякой ерундой.
Дядя подошел к столу, выдвинул ящик, извлекая два маленьких мешочка из бархата, и протянул мне.
— Подарок.
На его лице была такая загадочная улыбка, что я тут же подскочила на ноги.
— Неужели это…
— Нерийский камень и бусины Черного Древа, — подтвердил он догадку, заметив, как загорелись мои глаза. 
Я всего-навсего как-то упомянула о них Сайласу, но и подумать не могла, что когда-нибудь смогу увидеть вживую и уж тем более получить в свои руки!
— И это подарок? Они ведь стоят целое состояние!
— Хватит ломаться, ты — темная, — замогильным голосом выдал дядя, но, видя мою нерешительность, добавил: — Кое-кто сильно задолжал мне. Так что вещички достались задаром. А мне они без надобности. Считай подарком на день рождения.
С этими словами он запихнул в мою сумку мешочки, развернул меня к двери и чуть ли не вытолкал из кузницы.
Очевидно, чтобы не предприняла новую попытку отказаться от подарочка, ценность которого сложно определить. 
А все потому, что это осколок камня, выточенного в дыхании дракона Бездны, который спал в Нерийских пещерах и где, в общем-то, по легендам находится вход в Царство Хаоса. Не говоря уже о Черном Древе, что растет в Лагуне Смерти — обиталище жутких морских чудовищ. 
— Отправляйся домой и ни о чем не волнуйся, ведьмочка…
«Ведьма! Темная ведьма, а не ведьмочка! — мысленно поправила его. — Да и как тут не волноваться, когда ко мне попали настоящие сокровища!»
— …я придумаю, как отделаться от Омаса, — внезапно заявил дядя.
В этой реплике было столько уверенности, что на какое-то мгновение я даже решила отложить побег, но быстро взяла себя в руки. Разве способен простой человек противопоставить равную силу темному магу? Это то же самое, если выставить кота против барсов, обитающих на заснеженных равнинах. 
— Спасибо, — скорее выдохнула, чем сказала.
— Не за что меня благодарить.
Тряхнула головой, крепко обняла дядю и на одном дыхании выпалила: 
— Нет, правда, спасибо тебе. За все огромное темнейшее и светлейшее спасибо! Ты заменил мне отца, и благодаря тебе моя жизнь наполнена воспоминаниями о маме, будто я и вправду была рядом с ней. Я перед тобой в неоплатном долгу, дядя, и никогда не забуду подаренной мне доброты!
— Ну-у-у, девчонка. Не вгоняй старика в краску.
— Будет вам, господин Сайлас, — я кокетливо улыбнулась. — Вы же в самом расцвете сил, — не согласилась я с ним.
Хоть и простой человек, но дядя очень хорош собой. Высокий, мускулистый, с присущими аристократам чертами лица. Так сразу и не скажешь, что в нем нет магии, я даже начала сомневаться в этом, учитывая его вечных «должников», но разве смог бы он почти двадцать лет скрывать свой дар? Это невозможно! 
— Арэя, — дядя вдруг нахмурился, ладони на моих плечах сжались почти до боли, — ты же от меня ничего не скрываешь?
— Скрываю? — я наигранно удивилась. — Да о чем ты? Разве забыл? Я никогда ничего от тебя не утаивала и не лгала.
До этого момента.
— Честность — моя тебе благодарность за доброту и заботу, которую ты мне подарил. За все, что ты для меня сделал.
Я выдала самую обворожительную улыбку, на которую сейчас была способна. Слезы душили, голос уже звучал прерывисто.
— Забегу к тебе завтра.
С этими словами я ушла прочь от кузницы, не оборачиваясь. Дядя всегда провожал меня взглядом, нельзя, чтобы он увидел мои слезы, иначе плану конец.
Оказавшись в переулке, я прислонилась к холодной стене и спрятала лицо в ладонях.
— Демонов на твою голову, глупая ведьма, — пробормотала я тихо.
Кажется, это третий раз, когда я позволяю себе подобную слабость. Темные ведьмы не плачут! Не привязываются, не позволяют другим загнать себя в угол, не дрогнув, расправляются с врагами и еще много «не»! Но выходит, это не мой случай.
— Возьми себя в руки, Арэя Вилиас! — приказала себе.
Я же не навсегда прощаюсь с дядей и Мали. Я вернусь. Обязательно вернусь, чтобы собственными силами стереть с лица Омаса его глумливую и победную ухмылку. Я больше не дрогну! 



Анна Терешкова

Отредактировано: 07.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться