Имплицитный фактор

Размер шрифта: - +

7

– Э-э… здрасьте? – Оранжевый прошёл вглубь тускло освещённого складского комплекса туда, где ему почудилось движение. – А тактический шлем можно?

– Тебе зачем?

Невысокий гвардеец меланхолично жевал остро пахнущие листья жгуч-травы.

Оранжевый потоптался на месте.

– Ну, это… за стену посылают.

– Ты, вроде, не из егерей. Этих я всех помню… Учения?

– Не, – Оранжевый почувствовал, как жилки головных гребней наполняются кровью, и поковырял когтем стыки плит, – типа, женщину искать.

Гвардеец заклёкотал и похлопал Оранжевого по плечу:

– А-а… помню, меня дождепад назад посылали к Хранителям, – он повёл Оранжевого за собой. – А они мне такие: «Воздушный Корень, хорош гонять лысых, иди себе баб поищи, мы тебе даже списочек подогнали, из самых подходящих по ге-не-ти-чес-кой совместимости». Я и пошёл. Мои-то ещё покладистые оказались, быстро их поймал, а некоторым, говорят, сильно достаётся, – тут гвардеец пустился в подробные рассказы, кому что сломали и откусили строптивые бабы, не понимающие ввиду своих скудных умов важности демографической программы.

Оранжевый шёл за проводником мимо закрытых отсеков, помаргивающих болотными огнями датчиков движения, и преисполнялся дурных предчувствий.

– А доспех мне ещё можно? – окончательно обнаглел он.

Сопровождающий так изумился, что раскрыл бронзовые кожистые лепестки на плечах:

– Зачем? Ты к бабе идёшь, а не соседней обители челюстные щитки отламывать.

– На всякий случай.

Гвардеец помрачнел, подошёл к одной из наглухо задраенных дверей и кулаком ударил подсвеченную зелёным кнопку. Оранжевый тщательно рассмотрел все углы облицованного металлом просторного помещения, оказавшегося за дверью. Он вежливо делал вид, что понимает, к чему эта демонстрация пустых площадей.

– Невидимые доспехи видишь?

– Нет.

– А они есть, – Воздушный Корень опять с наслаждением вмазал по кнопке, словно та была его кровным врагом. Дверь с лязгом закрылась. Гвардеец смачно сплюнул на пол окрашенную соком жгуч-травы фиолетовую слюну: – По накладным они есть. А по факту в них бегают сраные рем-бо с альфы.

Взметнув лепестками, гвардеец сорвался с места, бормоча что-то. До Оранжевого, который старался поспевать за проводником, долетали отдельные реплики о «трухлявых пнях обители, которые всё разворовали».

Тактический шлем Оранжевому всё-таки выдали. Маска пожелтела от времени, как старая кость, золотые вертикальные линии, сбегавшие по белому полю ото лба до динамика, полустёрлись, на султан из перьев мелкого лесного ящера было грустно смотреть. Но сеть обители вроде ловилась, и над головами спешащих по своим делам послушников высвечивались имена и пиктограммы специализаций. В который раз запнувшись, потому что засмотрелся на знаки и цифры, Оранжевый решил, что мог бы и дальше обходиться без этой лишней информации. Пробираясь через двор, он наугад тыкал хелицерами в сенсорный экран, гадая, как отключить проклятущую дополненную реальность.

Причальные башни напоминали мощные каменные деревья с разлатыми плоскими кронами-посадочными колыбелями. Оранжевый одолел не одну лестницу, прежде чем обнаружил готовящуюся к отлёту машину. Густо-зелёный, блестящий, как навозная муха, металл раскалился на солнце. Пышащий от него жар резко контрастировал с порывами ещё холодного весеннего ветра. Значки над головами тех, кто заносил металлические ящики в чёрный зев аппарели, напоминали стилизованные чашечные весы. Что ж, обменщики, наверное, лучше, чем погранцы.

– Эй, до квадрата тридцать два-пятнадцать не подкинете? – окликнул Оранжевый одного из них.

– Не по пути. Посторонись.

Оранжевый отошёл в сторону, чтобы не мешать погрузке, и сверился с картой принадлежащих Обители земель. Сейчас там мигало шесть маркеров – один к югу от Ядра, остальные скопились в западных и северо-западных областях. Может, попытать счастья на югах?

– А до двадцать-двадцать один? – крикнул он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Тоже нет. А тебе чего? – спросил золотой с зелёным обменщик.

Этот явно был важной шишкой, хотя бы потому, что не суетился, таская ящики. Оранжевый помялся, помахал руками для выразительности и брякнул:

– Думал, мало ли, может, до женщины меня подкинете.

Золотой рассмеялся так громко, что на его смех обернулись некоторые работники.

– Извини, до бабы придётся ножками.

– Или ручками, если идти неохота, – подсказал второй обменщик, многозначительно подвигав хелицерами и вызвав второй взрыв гогота и щёлканья.

Плотно завернувшись в кожистые лепестки, Оранжевый стоял на краю посадочной колыбели. Динамики шлема милосердно приглушили свист лопастей машины, рубящих неподатливый воздух. Яростный ветер подталкивал к ядовито-зелёной бездне леса, раскинувшегося вне обители.

Оранжевого никогда не тянуло за стены – обитель была достаточно велика, чтобы удовлетворять потребности к смене картинки в пеших прогулках: требовалась половина короткого светового дня дождепада, чтобы обойти кругом одно только Ядро. Некоторое время Оранжевый стоял неподвижно, рассеянно слушая затихающий рокот вертолёта, и лениво прикидывал, как бы обмануть систему и не отправляться ни в какое паломничество. Впрочем, о каких бы чудесах конспирации он ни мечтал, жрецам легко вычислить его местоположение по сигналу маски, так что думы были тщетными.

Вздохнув, Оранжевый отвернулся от края площадки. Его ждал полный агрессивных самок невоодушевляющий неизведанный мир.



Искандера Кондрашова

Отредактировано: 12.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться