In Awe Of

7. Поединок

Следующие дни Лилит носилась по замку будто окрылённая. Душевный подъём был настолько силён, что его не омрачили бы никакие дурные новости. Это читалось во всём. В её мимике, в её эмоциях, в её словах, да даже походка будто бы изменилась. Всё приносило нереальное удовольствие, буквально любое занятие, начиная от завтрака и заканчивая чтением нудных книг после ужина.

Да, забот у неё было мало. Куда меньше, чем их было у Евы, ибо графиня была вынуждена вплотную заняться организационными вопросами, которые по самым оптимистичным подсчётам заняли бы никак не меньше нескольких недель. Необходимо было выделить артефактологам из культа должную охрану, подготовить доверенных людей, выбрать подходящее место для будущего строительства, наладить поставки древесины и прочего сырья… На этом проблемы не заканчивались. Неожиданно для самой себя Ева узнала о стремительно набирающей популярность магической евгенике. К этой теме она относилась двояко — с одной стороны для проверки данной теории необходимо было время, как минимум несколько десятков лет, дабы наверняка понять, действительно ли союзы магических пар повышают шанс рождения детей с даром, но с другой стороны игнорировать это сейчас графиня не могла в том числе — подобные союзы всё чаще и активнее начали заключаться в рядах альдорской аристократии. В ход шли даже низшие сословия, поэтому не стоило удивляться тому факту, что и влияние Евы само по себе начало возрастать, пусть это и не приносило той ничего кроме раздражения.

Мастеров артефакторики же было решено разместить в частных владениях недалеко от Фаи. Место было хорошо охраняемым и имело как выходы к морю, так и возможность в любой момент доставить все необходимые ресурсы. Большая часть рабочего времени уходила непосредственно на организацию самого процесса, ведь конструкторы не привыкли работать с чародеями, а чародеи в принципе не привыкли работать с кем бы то ни было.

Результатом скрупулёзного контроля стали первые плоды, сделанные на этом поприще. Артефактологи придумали концепт и принялись реализовывать его, требуя для своих идей обширного финансирования. Судостроители тоже не сидели на месте и всё своё время проводили за обдумываниями конструкций корпуса, который бы отвечал заданным графиней условиям: он должен был быть лёгким, но достаточно прочным, чтобы не развалиться в воздухе; также следовало полностью переосмыслить вооружение и некоторые мелкие детали и нюансы. Всё это требовало колоссальных денежных затрат в связи с большим числом разовых моделей, которые по итогам тестов себя не оправдывали.

Несколько сложнее обстояла ситуация с тенийскими технологиями. Первые образцы были доставлены в графство уже несколько дней спустя, однако работа тайной полиции требовала времени: без механиков и инженеров из стана идеологического противника изучение бы даже толком не сумело бы начаться.

Были и сугубо положительные моменты — большая часть ранее враждебных дворян прекратила любые нападки в сторону семейства Дэдай. Нет, не потому, что понимала всю важность возложенной на Еву миссии, а потому, что с приобретённым покровительством императора вставать против неё, и открыто пихать ей палки в колёса выглядело натуральным самоубийством. В их больных умах она выглядела жадной до власти сукой, беспринципной и готовой использовать даже такие «грязные», по их меркам, методы, как похищение и подкупы с целью продвижения собственных интересов. На их лицемерные высказывания Ева не обращала никакого внимания, прекрасно понимая, что рано или поздно они в любом случае попытаются откусить от её полной жизни кусочек плоти, и тогда, когда это произойдёт, девушка сделает всё, чтобы они подавились, став необходимым примером для остальных.

Вот как раз по причине всех этих забот, внезапно упавших на хрупкие плечи Евы, они с Лилит встречались не так часто, как хотелось бы, но даже мимолётный обмен взглядами в коридорах невольно заставлял их обеих краснеть и наполняться безумным желанием напрыгнуть друг на друга, хоть прям даже и на виду у всех. Но женщины старательно держали себя в руках. Лилит с нетерпением дожидалась окончания всех работ над своим новым жилищем, предвкушая получить в своё распоряжение место, в котором их с Евой отношения смогут получить дальнейшее развитие без посторонних глаз и ушей. Пока что, в связи с тем, что в резиденции Евы постоянно сновала куча гостей, половина из которых являлась весьма высокопоставленными и власть имущими, приходилось тщательнейшим образом скрываться.

Вечерние встречи с Лилит стали настоящим сокровищем для графини. Во время этих коротких праздников, а она считала их именно праздниками, Ева могла не скрываться и высказывать своей протеже всё, что она думала по поводу происходящих событий, кроме того, девушка получала возможность хорошенько отдохнуть, полностью отдавшись любимому делу — магии.

Тёмную обучили ещё нескольким рунам — жизни и пути. В первом случае страдала Ева, вынужденная наблюдать за постоянной гибелью несчастного насекомого, пойманного ею на улице. Но, как говорится, жертвы были вынужденными, а регулярно умирающая муха являлась меньшим злом. С руной пути же пришлось страдать Лилит, преодолевая внезапный, но вполне обоснованный страх перед внезапной телепортацией в стену или какую другую твёрдую поверхность.

На этом совместное времяпрепровождение девушек не заканчивалось. Они иногда виделись вечером в купальнях, порой встречались в коридорах, но в последнем случае это был простой обмен взглядами и улыбками.

Агудар тоже был доволен видеть радостную Лилит. Ему не пришлось задавать ей вопросов, она сама поделилась с ним самым сокровенным, а даже если не поделилась бы — и дураку на месте рыцаря было бы ясно, что коварные планы брюнетки воплотились в жизнь. Но не она одна заарканила Еву в свои сети. Та ответила равносильно. Тут не было победителей. Только двое проигравших, что не смогли совладать со своими чувствами, не смогли обуздать их и не смогли удержать. Но это поражение было слаще победы.