In Color. Вначале

Глава 7.

Они остались стоять, будто ничего не произошло.

- Одно могу сказать, - вздохнула Соня. - Я стала в некотором роде бесстрашной.

- Колесо, - хмыкнул профессор. - Это было автомобильное колесо.

- Да поняла, - усмехнулась Флорентина. - Если я и испугалась, то только за нашу Лисичку. А она, оказывается, совсем храбрая.

- Так и привязалась ко мне кличка, - вздохнула Соня. - Чертова фамилия.

- Нет, тут не в фамилии дело, - ответил Матвеев. - Мы почти все называем друг друга прозвищами, так принято. Меня, например, иначе как «Профессор» и не зовут почти нигде. Фло только иногда по фамилии называет, но это лишь потому, что я ее не называю по кодовому имени.

- А какое, кстати, у тебя? - спросила Соня.

- Ну... «Цыганка» я.

- Вот как? Почему?

- Йозеф так сказал однажды, когда я ему надоела со своими расспросами. «Ты, Флорентина, надоедливая, хуже цыганки». А дело было на совещании в Белу-Оризонти. Вот и привязалось.

- Кстати, извини, сменю тему. Через месяц надо в Каир.

- Нашли дверь?

- Ага. Отследили Мистическую Кошку. В фиолетовом прожекторе, Фло, представляешь? А я-то думал, почему впервые в докладе цвет указан? Да. Они, кстати, почти все перешли уже на светодиодные, и тут такая удача. Теперь дело за малым: охарактеризовать дверь, вписать в Книгу и найти Хранителей.

- У кого прочитал про дверь?

- Увидел глазами Файеда. Комнатка — первый сорт.

- Ладно, сгоняем обязательно. Как назвали?

- Пока никак. Характеристики нет. Сложность в том, что дверь скрыта за гротом под водой. Нужно проплыть метров двадцать в глубине, чтобы выйти на нее.

- Чудо какое, - мечтательно сказала Соня. - Я бы хоть сейчас. Обожаю плавать. Особенно под водой.

Бум, бум, стучит сердце. Шелест воды в ушах, приглушенные и раздавленные звуки с берега. Солнце играет россыпью искорок на камнях под водой. Синим и зеленым светится все вокруг, десятки рыбок бросаются как одна в сторону, создавая удивительные орнаменты...

- Лисичка, ты чего, заснула? - Фло со странно нежной улыбкой посмотрела Соне в глаза.

- Я представила море Египта, - вздохнула Та. - А вы меня возьмете?

После секундного молчания Матвеев отвернулся и едва смог скрыть странный блеск в глазах. А Фло так и вовсе рассмеялась в голос. Но смех этот был какой-то странный.

- Ты... Издеваешься? - спросила она наконец, отдышавшись. - Я читала о тебе в своей Книге. Это мы должны спрашивать у тебя, возьмешь ли ты нас. И не будем ли мы тебе обузой. В твоей Книге этого нет, вполне понятно. Слушай и не перебивай, пожалуйста.

Итак. Твоя Книга отличается от нашей, я полагаю, всего одной главой. Она называется «Пророчество». У тебя этой главы нет, у всех нас она есть. В ней говорится об одной Великой, которая возникнет тогда, когда надежды уже не останется. Когда самые лучшие будут становится жертвами Цветных Огней не в дверях, а прямо на улицах, ибо ребята из иной реальности начнут вселяться во все подряд лампы, лишь бы одолеть как можно больше наших. А новые Великие даже не будут успевать пройти Посвящение, потому что против них будут выставлять смертельных асов. И нас будет становиться все меньше, но в один весенний день придет Та, что Скрывает свет. И под ее рукой будут замирать и гаснуть любые прожекторы, и те, кто в них, будут погасать вместе с ними. Не важно, какой силы тот, кто спрятался в лампе, Ей будут подвластны все. И весь наш Орден будет обязан присягнуть на Ее защиту, ибо она — Та, кто выиграет эту войну. Все мы объединимся перед Ней, так как самая безнадежная битва будет решена в нашу пользу, появись Она в сражении.

Сказать тебе правду? Я думала, что умру раньше, чем увижу тебя. И ты после этого говоришь: «А вы меня с собой возьмете?»

- Фло... - тихо вздохнула Соня. - Но я же не знала... Почему ты плачешь?

- Просто так... Мы не умрем... Обними меня, пожалуйста. Знаешь, как бывает? Всю жизнь живешь ожиданием обещанного чуда. И когда оно приходит, ты в него не веришь. А оно оказывается правдой. Я эгоистка, Лисичка, но я счастлива войти в историю нашего Ордена как та, что посвятила Ту, что Скрывает свет. Я обрела бессмертие с тобой. Профессор знал все с самого начала, он обзвонил всех, к кому не смог ворваться в мозги, и сказал эту весть. Я не верила. До самого последнего не верила. А теперь я не боюсь совсем ничего. Я посвятила Ту, что Скрывает свет. - Фло закрыла глаза и захлебнулась в странных рыданиях, с улыбкой на губах и ярким румянцем на щеках.

Матвеев сделал шаг вниз по лестнице, приглашая девушек за ним. Соня посмотрела вокруг, на зелень листвы, на бегущие по небу легкие облака, на плачущую Фло, на ее огромную машину, на цветущие клумбы, и закружилась в своем странном необычном танце, раскинув руки и растрепав пряди волос.

Она переступала со ступеньки на ступеньку как юла, легко и задорно, и казалось, нет никакой угрозы, нет страха, и все впереди чисто, как радуга после грозы.

- And there it was, - пропела она на какой-то странный мотив.- Wasn't it beauty? Was pretended bright different colored lights.

- Ох! - вдруг воскликнул Матвеев. И добавил по-английски: - Фло, ты слышала?

- Слова из Книги, - глотая слезы и размазывая косметику по лицу засмеялась та. - Из Пророчества. Теперь и умереть не жалко!

А Соня продолжала танцевать, спускаясь все ниже к машине, не слыша ничего вокруг. С закрытыми глазами она обнимала весь мир, и солнце улыбалось ей с небес.

- Настанет день, - тихо сказал Матвеев, - когда приедет сюда на своем пафосном «Мерседесе» Трёгер. Прилетит, сбиваясь с ног, Сантуш. И другие наши. Мы будем славить ее, стоя на ступеньках, а она будет смущаться и краснеть, как обычно. Едва ли будет день счастливее этого.

- Спасибо тебе за нее, Профессор, - сказала Фло, вытирая последние слезы и показывая блестящее знание английского. - Не от имени Ордена, а от меня лично.