Иная. Мир будущего

Размер шрифта: - +

15. Кокон

До подземной пули, следовавшей в Центр Разума, мы добралась без приключений. Да и о каких приключениях может идти речь, если со мной теперь была личная нянька-секьюрити — Борк?

Не представляю, как я жила без него все это время. Борк приготовил завтрак, прибрался в комнате Ника, узнал расписание поездов до Центра и купил билеты.

Ехать предстояло долго, около трех часов. Поездка только началась, а я уже чувствовала себя уставшей, несмотря на то, что капсула была повышенного комфорта: хоть сиди, хоть лежи, хоть танцуй.

Больше всего выматывало ожидание и неизвестность.

Мне снова предстояла прогулка по сканирующим коридорам, и эта перспектива вызывала почти те же эмоции, что и в первый раз. Только теперь, вместо смутного предчувствия притаившейся опасности, было четкое и ясное знание: я не хочу ехать в Центр Разума. С каждом разом посещения корпорации давались все тяжелее.

Я попыталась вызнать у Борка цель поездки, но тот лишь пожал плечами. Причин могло быть много. Там работал Никель, располагалась Ассоциация Чтецов и другие учреждения, связанные со сканированием и контролем разума населения. Всем жителям Высотного Города приходилось наведываться туда.

Спустя час после отправления принесли большую тарелку, заваленную тостами. Борк предусмотрел ужин, приятно приближенный к земной еде, хотя сам к нему даже не притронулся. Он по-прежнему выглядел спокойным, лишь самом дне спокойствия притаилось напряжение.

Я взяла очередной тост. На поджаренных кусках хлеба горкой лежали разнообразные закуски: искуственно-выращенный бекон, яйца пашот, зелень, сыр и, конечно, овощи. Борк заказал много. Даже не на двоих - на троих.

- Он придет, - сказала я. - Раз уж наше присутствие так важно для Ника. Пусть не с нами, доберется сам.

Незадолго перед выходом из дома позвонил Никель и велел захватить с собой Тимериуса.

Смешно! Тимериус оказался не тем, кого можно так просто взять и захватить с собой. Он не ответил на звонок, проигнорировал оставленное голосовое сообщение и не явился к отправляющейся пуле.

- Ему придется это сделать, - Борк кивнул, и его взгляд на мгновение стал жестким, -иначе босс найдет ему замену.

Вот это вряд ли.

Я готова была озвучить сомнения по этому поводу, но затем задумалась, как много известно Борку. Входит ли он в тот немногочисленный список лиц, при которых я могу распространять информацию о готовящемся путешествии?

Вполне возможно, да. Вряд ли Ник собственноручно занимался подготовкой к экспедиции, а Борк идеально подходил на роль молчаливого и преданного слуги.

- Ты слышал о хамелеонах? - я решила зайти издалека, надеясь, что по ходу разговора вопрос об осведомленности отпадет сам собой.

- Как и все, - Борк неопределенно пожал плечами. - Они - часть истории. Когда-то их роль в освоении соседних миров была очень весомой, но...

- Но?.. - недосказанность заставила напрячься. Он мог оказаться одним из наших антифанов: тех, кто ненавидит иных, всеми силами перевирая факты и обесценивая роль, сыгранную нами в развитии цивилизации.

- Но с тех пор прошли века, - закончил Борк.

- А вдруг, он первый хамелеон, рожденный за последнюю сотню лет? Или, наоборот, последний хамелеон на свете?

- Это неважно, - Борк ничуть не удивился моему высказыванию. - Такие, как он, больше не нужны. Их с успехом заменяет электроника. Гораздо более распространенная, дешевая, а главное - надежная.

Я фыркнула. Техника не может заменить человека. Тем более, иного. Я прекрасно понимала, почему для путешествия в новый мир Ник выбрал именно хамелеона: человек более универсален, пластичен, чувствителен. Он - творение самой Вселенной, тогда как техника - всего лишь творение человека. Чтобы понимать это, нужно уметь чувствовать невидимые грани, распознавать неписаные законы и, выходя на охоту за новыми мирами, руководствоваться больше ими, чем голосом разума.

Куда же все-таки подевался Тимериус? В отличие от Борка, я могла понять его строптивость и нежелание выходить на связь - в том, что это нежелание, можно было не сомневаться (1).

Ник умеет окружать контролем. Полагает, что вправе от и до расписывать жизни тех, кого любит, и — тем более — тех, кому платит. А еще искренне верит, что другие, подобно ему, способны приносить себя в жертву ради возвышенной цели вроде открытия нового мира. Даже если эта цель — дальше, холодней и равнодушней звезд.

За окном промелькнула яркая вспышка. Тоннель прекратился; мы въехали в пещеры причудливой формы, местами освещенные синими и розовыми огнями. Льющийся из окон поезда свет выхватывал бугристые стены, черные провалы в земле и небольшие, заполненные кристально изумрудной водой водоемы.

Пещеры были древними, но это не было их изначальным видом; вырытые много веков назад, задолго до того, как здесь появился Высотный город, с тех пор они были не раз прилизаны и облагорожены. Раньше они выполняли роль дороги до межмирового прохода, ведущего в Атлантис. И лишь относительно недавно, после постройки Города и тоннелей, связывающих его с дырами, старые пещеры разнообразили, придав им сходство с естественными и превратив в нечто среднее между заповедником и парком развлечений.

Даже из окна "пули" пещеры выглядели впечатляюще. Я никогда не бывала в них лично, а не проездом, да этого не очень-то и хотелось. Пещеры не казались гостеприимным местом: их своды, в огромном количестве покрытые заостренными сталактитами и сталагмитами, придавали им сходство с пастью гигантского хищника.

- Никель любит все необычное, яркое и блестящее, - сказала я. - То, что тяжело найти и дорого стоит. Странник-алмаз, уникальный в своем роде хамелеон... Он просто пополняет свою шкатулку с ценностями, Борк.

Борк еле заметно покачал головой.

- Это увлечение не стоит тех денег, которые он готов за это заплатить.



Людмила Райот

Отредактировано: 22.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: