Институт эмоций

Размер шрифта: - +

Глава 18

Оставшееся время занятий проходит без происшествий, а профессор, собирая у нас карточки, говорит:

- Друзья мои, наверное, вы уже видите, как третий день расшатываются ваши укоренившиеся способы реагировать на события внешнего мира и, что для нас особенно важно, на представления о себе и других людях. Знаю, это нелегко, но иначе ничего не выйдет. Наша задача, как преподавателей, научить вас не просто регулировать эмоции, но и кардинально поменять взгляды на привычное течение вещей. Ну и, это вы тоже заметили, я надеюсь, мы не собираемся бросать вас наедине с вашими переживаниями. Именно поэтому третьей парой у вас всегда будет идти предмет, который поможет вам восстановить душевные ресурсы для возвращения в обычный мир повседневности. А вы подумайте на досуге, как часто вы прибегаете к подобным занятиям, и насколько они ценны. Я прощаюсь с вами до следующей недели, вы все – большие молодцы!

Профессор раскланивается и уходит, а мы гурьбой спешим во внутренний двор. Эх, жаль, здесь нет деревьев! Я бы с удовольствием повторила опыт подпитки! Впрочем, и мерное журчание воды в фонтане, и благоухание осенних цветов в клумбах, и, особенно, добрая компания – ничуть не хуже!

Наконец-то я добираюсь до Акселя:

- Слушай, я хочу спросить, а Эдвин Руус – твой родственник?

- Да, а что?

Мне кажется, или Аксель насторожился? Спешу его успокоить:

- Да, ничего, просто я работаю в городском архиве, и он к нам обратился за помощью. А я как фамилию услышала и потом, когда его фото в молодости увидела, вот и подумала про тебя…

- А, - выдыхает Аксель, - да, мой дед. И как он тебе?

- Очень предупредительный человек!

- Я сначала обещал сам ему помочь с бумагами, - словно оправдывается Аксель, - но потом посмотрел и, честно говоря, струсил. Подумал, что с моим отношением к документам, я только больше все запутаю! А тут еще учеба. Не знал, какие нагрузки будут.

- Знаешь, - улыбаюсь я, - это даже хорошо, что ты оказался! Я с таким интересом разбираю бумаги, особенно те, что касаются истории города. Как я понимаю, у твоего дедушки к Валновице – особый интерес?

- Ну, да, может, отчасти, вину заглаживает.

- Вину? – а вот это уже интересно.

- Дело в том, что мой дед – ученый уж и не знаю, в каком поколении. Но наши предки всегда посвящали себя городу, преподавали в местном университете, а дед был первым, кто уехал в столицу. Он, конечно, старался соблюдать правила, но чисто формально. Жизнь в столице захватила его, и блестящие перспективы в науке оказались куда важнее, чем честь родного города. И теперь он наверстывает упущенное, посвятив себя истории Валновице. Хочет внести ясность в скудные сведения о событиях до наводнения.

- А твои родители тоже в столице живут? А что за правила? – мы с Мией спрашиваем одновременно, вычленяя из речи Акселя то, что каждую волнует больше всего.

Аксель переводит глаза с меня на Мию и обратно, и, конечно же, голос сердца побеждает.

- Нет, родители всю жизнь прожили здесь, хотя отец тоже посвятил себя науке: он – главный биолог на дамбе, занимается изучением биоценоза реки. Мама – медик, старшая сестра в гимназии преподает, а брат – аспирантуру заканчивает. Все – со званиями и кучей научных работ. Кроме меня.

- Ну-ну, - Миа успокаивающе похлопывает его по руке, - у тебя еще все впереди! Большая у тебя семья, - в ее голосе сквозит восхищение, - у меня вот только родители. А почему дед вернулся?

- После смерти бабушки затосковал, вот и перебрался к нам, мы его теперь опекаем-отвлекаем, как можем.

- Жалко.

Я молчу. Мне неизвестную бабушку тоже жаль, но как бы теперь перевести разговор к нужной мне теме? Но Аксель, к счастью, сам спохватывается:

- А про правила все просто. Права горожанина местные жители получают, когда становятся совершеннолетними. Если человек уезжает из города сроком дольше, чем на семь лет, он эти права теряет. Вот дед всю жизнь и метался между столицей и Валновице, работал там, а жил то там, то здесь.

- Почему такая привязка по годам? Чтобы приезжему получить статус горожанина – тоже семь лет нужно прожить здесь?

- А ты что, не местная? – удивляется Миа.

- Нет, мы с семьей только четыре года как переехали. Вот, томимся в ожидании.

- Да, ладно, - успокаивает Аксель, - подумаешь, в выборах не участвуешь. Поверь, если бы город не хотел вас здесь видеть, вы бы давно уже уехали.

- «Город не хотел»?

- Ну, это дед так всегда говорит, не «люди», не «горожане», не «жители», а именно город. Есть у него одна теория, что у Валновице есть душа, и он чует своих.

Забавно, но именно это схожее ощущение не покидало меня во время вчерашней прогулки! Теперь я точно пойду к пану Эдвину! Вот только интуиция мне подсказывает, что его приглашение стоит принимать напрямую, а не спрашивать у Акселя. Похоже, парень в своей семье – белая ворона из-за неудач на поприще науки. Я вспоминаю еще одно высказывание, которое меня зацепило.



Александра Глазкина

Отредактировано: 22.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться