Инструмент

Глава шестая. Операция в школе

Глава шестая
Операция в школе

Твердиховский с большим интересом вглядывался в красивое лицо Андрея. Получив лучшее от двух этносов, Сорокин в свои неполные двадцать пять лет явно вышел на пик физической формы. С интеллектуальной начинкой пока были проблемы, но, ничего, мы это поправим. Максим улыбнулся. Сорокин, несмотря на всю свою агрессивность и непредсказуемость, ему нравился. Вероятность его перевербовки изначально была очень невысока, но почему-то интуиция подсказывала Максиму, что она возможна, хоть и шла в разрез со всеми выкладками. Вот Сорокин ворвался в класс. Первая группа ощутимо напряглась. Два снайпера были готовы лишить его возможности двигаться. Но Максим успокаивающе поднял руку – он знал, что до этого не дойдет. Андрей не нанесет вред Ольге. Та, кстати, резко встала и посмотрела на бандита. Несколько вызывающе… 
Дальше Андрей таки удивил Твердиховского. Что там произошло? Почему он выскочил как ошалелый из школы  со страшной гримасой на лице? Твердиховский снял с первой группы боевую готовность. Затем наушник голосом Веселина прошелестел:
- Выбежал на улицу, колошматит охрану почем зря.
Максим удивился. Зачем? Реакция на взгляд Ольги была какая-то совсем неадекватная. Что там она ему послала в своем взгляде? Термоядерный разряд?
- Не поубивает он их?
- Нет, хотя  руками хорошо молотит.
- Тогда не вмешиваться.
- Ай, смачно об багажник приложил!
- Отбой. 
Твердиховский беззвучно выскользнул из своего укрытия и  неторопливо направился к выходу. Выйдя на лестничный спуск, он уже более громко спросил: 
- Ну что там?
- Начал движение по аллее.
- Пропустить. К охране - скорую. 
Вскоре Максим сам был на месте происшествия. Сорокин достаточно грубо обошелся с сотрудниками элитного охранного предприятия "Щит и меч". Сейчас вокруг их распростертых тел суетились их "коллега" школьный дед и два оперативника. 
Охранников оперативно погрузили в скорую. Единственным из видимых свидетелей инцидента пока был дед, но с ним уже проводили работу. Впрочем, надо знать, что такое школа. Кто-нибудь, да посмотрел в окно. Значит, весть моментально облетит все здание. Хотя это может сыграть даже на руку.
- Вот, что. Свяжись с руководителями Щита, пусть в ближайшее время не информируют Бокова об инциденте. Я сам сообщу. Иначе вся ситуация порушится.
Твердиховский сел на скамейку и закрыл глаза. Усталость от напряженной работы все-таки накапливалась. Но и результаты были не за горами. Итак, встреча с Сорокиным откладывалась. Однако, надо признать, вероятность этого события была изначально не очень велика. Ладно, пускай съездит за границу, развеется. У нас будет время на более тщательную подготовку. 
Интересно, что его все-таки так дернуло? Сорокин оказался очень непредсказуемым типом, но это, как раз это было понятно сразу. Это Максиму даже нравилось.
Что имеем в качестве результата этих действий? Боковым по-прежнему угрожает опасность, а Сорокин продолжает бандитствовать, вовсе и не подозревая о своей роли в нашей стратегии… Но, все-таки, как же неудачно эти личные отношения вынырнули в деле! Твердиховский нахмурился, не открывая глаз. В кого он превращается? Так охарактеризовать их отношения с Ольгой может только машина, а не человек. Хотя для этой работы нужна скорее именно машина. Все человеческое здесь является слабым, легко уязвимым местом. Максим вспомнил, как впервые увидел фамилию Боковых в оперативном отчете новых разработок "Интерры". В свете недавних событий, а именно полного срыва всей оперативной комбинации из-за дурацкого прыжка Большакова, угрозы, исходящие им от очень энергичного Сорокина, представлялись более чем реальными. 
Максим помассировал уставшие глаза и посмотрел в окна школы. До нее, конечно, дойдет эта новая школьная новость – такая драка и прямо у крыльца. Ведь охраняли именно ее, но пусть попозже.
Твердиховский оглядел школьный двор. Похоже, на самом деле никакого хвоста за Сорокиным не было. Бромин слишком доверяет своему самому перспективному исполнителю, чтобы посылать за ним наблюдение.
- Как там? – спросил Твердиховский у Веселина.
Непонятно где сейчас находящийся и явно наслаждающийся оперативной работой Шура отрапортовал:
- Все чисто. Проверили даже крышу. Там одни кошки.
- Переходим на план "Б". Нас довести до дома. Отбой.
- Удачи. Ну… ты понял, о чем я…
- Я сказал: отбой!
Прозвенел звонок. Через минуту с крыльца выбежали первые школьники. Он с удивлением обнаружил, что начинает волноваться. Сделал пару глубоких вдохов и вроде успокоился. Однако в тот момент, когда  на крыльце школы появилась она, дыхательная гимнастика сразу же дала сбой. Внутреннее напряжение мешало и начинало раздражать.
Рядом с Ольгой вырос высокий щуплый паренек. Она с тревогой смотрела на место, где стояла машина. Битое стекло и пятна крови, конечно, никто, убрать не догадался! Ее спутник с вызовом огляделся по сторонам. Было ясно, что этот готов защищать любимую учительницу до последней капли крови. Максим улыбнулся. 
Они спустились с крыльца и, разговаривая, зашагали в сторону Максима. Твердиховский поднялся со скамейки. 
Она заметила его. 
Заулыбалась.
Максим не к месту вдруг вспомнил, что последний раз они виделись на похоронах.
- Здравствуй, Ольга. 
Зато ей, видимо, на самом деле было приятно видеть его.
- Здравствуй, Мак. 
Тут же она смутилась. Максим тоже впал в секундное, полностью не свойственное ему замешательство. Это прозвище она придумала ему так давно, что те времена вспоминались как безнадежно далекий сказочный сон. Как, все что случилось с ними, до ужаса оказалось похожим на события того романа!
Ситуацию выправил ее кавалер. Он повнимательнее присмотрелся к Максиму. И вдруг выдал:
- А я вас знаю! Вы из полиции! – он  повернулся к Ольге. – Помните, Ольга Олеговна, я вам про вчерашнюю передачу  рассказывал?  – в его глазах блеснули уже забытые огоньки юношеского максимализма: - Это на самом деле правда? Ведь надо что-то делать… 
Его сумбурная речь напомнила Максиму, зачем он здесь стоит и кто, вообще, он такой. Он пожал протянутую руку и ответил:
- Надо. Знаешь, ты никому про нашу встречу пока не рассказывай. Тут у нас секретная операция, вроде как. – он посмотрел на Ольгу. – Мне нужно поговорить с твоей учительницей.
- Значит вы в курсе? Здесь только что была бандитская разборка! К нам в класс даже один забежал…
- В курсе. Не волнуйся. Все под контролем.
- Сереж, спасибо, что вызвался проводить. – Ольга, слушавшая их разговор с явным любопытством, решила  отпустить своего стража. - Но раз теперь меня охраняет налоговая полиция, то я думаю, ты можешь быть спокоен.  Увидимся завтра на уроке.
- До свидания, Ольга Олеговна. – с явной неохотой попрощался Сергей и отправился в противоположную сторону. 
Они посмотрели ему вслед, и тут с неожиданным жаром Ольга произнесла:
- Под контролем! Да ты знаешь, как я испугалась за ребят, когда этот черный появился в классе! Кстати, что  с людьми, которые меня охраняли? Где они?
- С ними все нормально, не переживай.  Когда Сорокин заходил в класс, я был рядом.
Она посмотрела на него с каким-то вызовом.
- Так он схвачен? Наверняка, остались еще и другие.
- Нет, я решил, что брать его пока рано. Как раз именно по этой причине. Ты даже не представляешь, насколько серьезная организация вышла на твоего отца.  
- Если они так сильны, то сможете ли вы их вообще победить?
Эта фраза была явно продолжением каких-то внутренних ее размышлений. Возможно, вчера они всей семьей обсуждали ситуацию, в которую загнали отца. Максим это прекрасно расшифровал, но – странное дело – предельно спокойная даже в самых неспокойных ситуациях манера поведения на этот раз ему изменила.
- Сможем! Иначе, я здесь перед тобой бы не стоял! - Максим почувствовал как Ольга отпрянула от такого напора и добавил более мягко. - Кстати, зря мы все стоим. Давай я тебя на самом деле провожу.
Она подняла глаза.
- Пойдем. 
Они двинулись по аллее в сторону ее дома.
- Что решил Олег Богданович?
- Он решил, что нам пора уезжать из России. Папа говорит, тут невозможно честно работать.
- И ты бросишь свою школу?
Вопрос получился слишком резким. Она вздрогнула.
- Ты стал очень жестоким, Максим… Конечно, придется ее бросить. Ведь они могут его просто убить.
Максим понял, что совсем разучился быть тактичным.  
- Насколько я поняла, он хочет продать им свое дело. Вопрос в цене.
- Все ясно. Мне необходимо с ним встретиться. На обед он приедет?
- Собирался во всяком случае. Так или иначе, заходи. Я очень рада тебя увидеть. – она улыбнулась. - Сережа мне про тебя все уши прожужжал. Я, к сожалению, вчера телевизор не смотрела. Мы как раз на семейном совете определяли дальнейший план действий. Что ты там такого сказал?
- Правду. И она многим не понравилась. Но без открытой огласки наши действия не имели бы очень важной поддержки. Но я не про это хочу поговорить, а про наши планы относительно вашей семьи. 
- Да. И какие же это планы? – Ольга серьезно посмотрела на него.
- Нам нужен этот Андрей Сорокин. Нужен настолько, что мы неотрывно бегаем за ним уже второй месяц.
- В каком смысле нужен?
- Как умный, молодой парень, запутавшийся и не понимающий, что делает. Ну и как источник информации, конечно. 
- И ты решил нас использовать, чтобы заполучить себе этого зверя?
- Да. Использовать, чтобы защитить. Это очень древний прием. В результате вы сохраняете свой статус кво и никуда не уезжаете… Кстати, тебе этот вариант должен быть больше всех по душе.
- Это опасно?
- Есть определенный риск, но если подготовиться как следует, он будет минимален.
- Ну… - она, как и ожидал Твердиховский,  не стала долго сомневаться. – Я-то согласна. А вот папу, я думаю, тебе придется долго убеждать. 
Вдруг что-то пробежало по ее лицу. Он поймал еще один серьезный взгляд.
- Послушай. Насколько я поняла, ты знаешь про нас абсолютно все. Наверное, я имею право знать как ты жил эти годы.
Этого удара он от нее не ожидал.
- Зачем это тебе, Оля? – спросил Максим.
Она, видимо, поняла, что, не желая, натолкнула его на очень плохие и главное - известные и ей воспоминания. Поспешно извинилась:
- Прости. Не надо ничего говорить. Я - полная дура. Все видно и так. 
Они остановились. Разговор этот моделировался совсем по-другому. Но после того, как он увидел ее, внутри что-то затеплилось. Если сейчас это притушить, то он на самом деле окончательно превратится в жестянку.
- И что же ты видишь?
- В тебе все сжато в готовящуюся выстрелить пружину. Ты живешь исключительно ради одной цели. – она взяла его руку в свои ладони. - Все эти десять лет.
Максим заглянул в ее глаза. Конечно, ты права. То, что случилось, очень сильно повлияло на его жизнь, направило его на этот выстрел, все остальное стало второстепенным и даже лишним. Но раз так получилось, то зачем он затеял эту сложную комбинацию? Можно же было все организовать с Сорокиным значительно проще!
Только сейчас он почувствовал, что его пальцы начинают непроизвольно сжимать ее ладошку. Ольга как-то вся потянулась к нему. Но с запозданием все-таки заработал защитный механизм. Он аккуратно отстранил ее.
Размечтался! Ты сначала доживи до того времени, когда все изменится. Это пока они в тени, все тихо и спокойно. Начнутся активные действия, и кровь польется с той и другой стороны. Раз пришлось засветиться, от главного удара не уйти. Зачем  самому создавать бреши в обороне? Причинить личный вред ему – задача не из самых легких. 
Пока он один и готов на все.
Оставшуюся часть пути они провели в молчании. Он потерял контроль за легко планируемой ситуацией. И самое главное – уже заранее спланированной! 
Она шла рядом и глядела в сторону.
У подъезда ситуация разрядилась. Ольга оглядела стоянку:
- Папу не видно. У тебя есть возможность выбрать между молочной лапшей и куриным супом.
Максим посмотрел на нее и почему-то подумал, что она совсем не изменилась.
- Давно не ел настоящей лапши.
Лифт остановился на пятом. Большаков тоже жил на пятом. Зашли в прихожую. Максим огляделся. Красиво. Правда, не очень похоже на старую квартиру, каждую вещь в которой он до сих пор помнил наизусть. 
- Как у вас тут насчет жучков? – он достал из кармана детектор. – Давай поищем. 
Ольга непонимающе улыбнулась. А затем рассмеялась.
- Слушай, ну прямо как в кино! Думаешь, нас будут подслушивать?
Уверен, что "Интерры" здесь нет. Сорокин более прямолинеен. Однако конкурентам твоего отца, если здесь что-то есть от них, лучше этого не слышать. – Максим включил свою машинку.
Они обошли всю четырехкомнатную квартиру, но ничего не нашли. 
- Чисто. – констатировал Максим, пряча детектор. – Видимо, контрагенты вашей фирмы не являются нашими потенциальными клиентами.
- Просто папа никогда не проводит никаких переговоров дома. Это аксиома классического делового общения. Ладно, пойдем на кухню, господин сыщик.
Только она начала готовить, как подал голос сотовый. Ольга обрадовалась.
- Это он. Всегда звонит, когда подъезжает.
Через пять минут на пороге возник сам Олег Богданович. Увидев Максима, он заметно удивился.
- Максим? А о тебе у нас в офисе все говорят. Иду, думаю, надо не забыть Ольке про тебя рассказать. А ты сам тут как тут! Ну, привет, старина!
Они пожали руки. Максим внимательно вгляделся в лицо Бокову. Десять лет ведения бизнеса в отечественных, а значит, приближенных к боевым, условиях не пропали даром. Бывший математик, несмотря на явную заботу о здоровье, заметно постарел.
- Какими судьбами к нам? Не арестовывать случаем пришел? Мы вроде люди честные…
Максим улыбнулся на шутку, но решил, что откладывать нет смысла.
- Вы знаете, Олег Богданович, мне известны обстоятельства той сложной ситуации, в которую вы попали.
- Вот как? Ольк, ты что ли позвала на помощь?
Ольга отрицательно качнула головой:
- Нет, Максим вышел на нас по своим каналам. Я тоже очень удивилась, когда увидела его сегодня у нашей школы… – Она явно вспомнила про тот неприятный момент и поменяла направление своей мысли. - Ну что? Заканчиваю приготовление обеда и накрываю на стол. Как договорите, так пожалуйте на кухню.
Боков разделся, и они прошли в кабинет.
- Максим, я все уже решил. Знаю, ты – парень честный. Наверное, твердо веришь в то, о чем вчера так здорово говорил. Я не слышал, но мне сегодня передали суть твоих рассуждений. Искренне рад, что такие люди появились в системе. Но ее надо менять всю. Там все насквозь прогнило. Боюсь, одному это не под силу… Я понимаю, ты хочешь нам помочь, но…
- Извините, что перебиваю,  Олег Богданович, но вы даже не выслушали меня. 
- Прости. Но все кристально ясно и так. Ты хочешь взять с поличным шайку этого Сорокина?
- Ну, общий смысл операции вы угадали. 
- А ты хоть догадываешься, какие люди за ним стоят?
- Да. Это "Интерра". Именно поэтому нам так и нужен этот Сорокин. Будь это простой вымогатель, я ни за что не стал бы  беспокоить вашу семью и взял его на улице.
Сказано было грубовато. Будто Максиму неприятно общаться с их семьей. Но Боков этого не заметил.
- Ах, вон даже как! – вскричал он, обдумывая эту новую для себя информацию. – Максим, я помню, ты был сообразительным пареньком. Неужели не ясно, что эту вашу новую структуру просто используют в олигархической войне. Вы… - Олег Богданович задумался, явно ища сравнение, видимо, нашел и даже щелкнул пальцами, -  тяжелая артиллерия, которую можно задействовать против неугодных власти людей…
Максим хотел было возразить, но Боков продолжил изложение проясняющейся для него картины.
- Точно! Тут получается большая зачистка экономики от зарвавшихся товарищей. Разве нет? Странно, что придумали так поздно. Очень эффективно… Значит, эти ребята из "Интерры" совсем охамели? Что ж, не буду кривить душой, мне это сильно на руку!
Максиму стало обидно, что их Центр может вызывать такие ассоциации у порядочных людей.
- Я понимаю, что после одиннадцати лет практически абсолютного ничегонеделания власти мои следующие слова покажутся вам в высшей степени сомнительными. Но раз вы считаете меня честным и сообразительным человеком, то постарайтесь поверить. Нашу структуру невозможно превратить в орудие конкурентных разборок. У нас работают люди, которых просто нельзя купить. Подчиняемся мы непосредственно первому лицу. Раз в две недели мой руководитель отчитывается лично о реальном  положении вещей. Кстати, хочется, чтобы этот факт остался в тайне. Да, хорошо работает дезинформация, что мы созданы чтобы зачищать этих неугодных олигархов. Как сейчас показали ваши размышления, очень правдоподобная. Но я вас заверяю – это не совсем так. У меня одинаковые претензии ко всем, кто нарушает закон. Не слышали, что случилось с СНК?
- Только краем уха. Мы не связаны с нефтью. – ответил Боков, но тут же до него дошло: - Неужели ваша работа?
- Да. Можно сказать, это была проба пера. Пока на региональном уровне. "Интерра" – это уже федеральный… – Максим почувствовал, что увлекается. – На СНК прошла обкатку наша схема. Как и ожидалось, эти структуры очень уязвимы. Финансовые потоки – это их сила и их слабость. Разматывая по ниточке, куда тянутся деньги, постепенно выходишь на всех, кто повязан. Авгиевы конюшни всегда чистятся сверхтяжело. Но когда за один час они полностью лишаются своих финансовых средств убеждения, от этой мрази отворачиваются просто все. Партнеры даже добивают, сливая компромат.
- А как же личные связи?
- Да никак! Когда все эти влиятельные друзья попадают под одну гребенку…
- Извини, но что-то не верится, как вы будете брать под одну гребенку самых высокопоставленных чиновников федерального уровня.
- Будем. Многим кажется, что они сейчас полубоги, но от срока это не спасет. 
Боков как-то воровато достал сигарету. Закурил и посмотрел в окно.
- Знаешь, верится с трудом, но я вижу огонь в твоих глазах, Максим. Не обожгись сам и не обожги  порядочных людей. Инструмент у тебя в руках очень мощный… Наверное, Оля тебе рассказала, что мы вчера вроде решили уезжать…
- Выбор за вами. Но это я рассказал о среднесрочных планах. Что же касается нашей операции, то от себя могу пообещать, что вероятность ее выхода из-под моего контроля  будет минимальна. У Сорокина только два помощника. Ими займутся профессионалы. 
- Максим, он – очень опасный тип. Его молодость тоже поначалу сбила меня с толку. Но это прирожденный рецидивист.
- Не согласен с последним утверждением. А то, что Андрей – парень цепкий, это видно. Нам такие нужны.
- Так ты хочешь что ли на свою сторону его переманить?
- Хочу. Посмотрим, как он будет себя вести. Так вы согласны?
Боков потушил недокуренную сигарету, с опаской посмотрел в сторону кухни.
- Не говори, что я курил. Не смог удержаться. Не каждый день тебе сообщают такую информацию…
В эту секунду дверь кабинета открылась. Ольга, явно собиравшаяся позвать их обедать, почувствовала запах табака. Максим, среагировав на движение двери, быстро  пододвинул пепельницу к себе. 
Так это ты? – она подозрительно улыбнулась. – А я думала, вы Олег Богданович, опять взялись за свое…
Боков отрицательно замахал руками. Ольга с некоторой укоризной покачала головой:
- Значит, твое отношение к вредным привычкам изменилось.
Твердиховский  кивнул. 
-   Вы не ответили на вопрос, Олег Богданович.
- Что тут отвечать? Придется довериться таким профессионалам.
Ольга подошла к отцу и положила ему руку на плечо.
- Значит решился. Я была уверена, что он разубедит тебя уезжать. 
Максим отвернулся к окну. Схема была запущена.