Инвиктум

Размер шрифта: - +

ПРОЛОГ

Этот мир будет гореть, пока мы живы.

Эта война не закончится, пока земля не наполнится кровью.

 

 

ПРЕЖДЕ

 

Многолетняя война между Иммуном[1] и Инсоли́тусом[2] породила всепоглощающую ненависть. Это чувство впитывалось в людей с годами, оно тлело и снова зарождалось, как Феникс, восстающий из пепла. «Ненависть можно победить любовью», - говорили когда-то мудрецы. Однако я всегда считала, что ненависть непреодолима. Ненависть тешится ссорами, междоусобицами, войнами. Ее нельзя победить.

Ненависть уничтожила все, что мы имели. После десятков лет спокойствия, Инсоли́тусы снова стали персонами нон-грата.

Случилось это после дня Милосердия[3] - всемирного праздника, ознаменовывавшего начало мирной жизни после кровопролитной войны, длившейся годами. Этот день считался днем, когда ненависть отступила. В этот день Иммуны и Инсолитусы пришли к согласию. Но все изменилось в один миг, так же, как и началось. В день, когда мир праздновал смирение, пришла новая Эллен Грин[4] и разрушила все.

Когда произошло Гашение[5], Инсолитусы не были готовы. Их ловили и сажали в тюрьмы, забирали на опыты, классифицировали по видам и предавали суду. Так, спустя десятки лет мира, снова развязалась война. Еще более ужасающая, чем прежде.

Десять лет эпохи истребления, десять лет агонии и боли, десять лет ига женщины, превзошедшей своего учителя.

 

ПРОЛОГ

Десять лет назад

 

Новая волна боли. Девушка сжимает зубы и пытается не закричать. Красная вспышка, вырывающаяся из ее ладоней, мерцает, будто заряд электричества. Это не оно, нет. Нечто инородное, чужое, приносящее с собой страх.

- Пожалуйста…прекратите, - из последних сил хрипит она, - Я не виновата, прошу.

Каштановые волосы змеями расползаются по холодной поверхности пола лаборатории. Новый эксперимент. Новая порция страданий. Ледяной голос без эмоций заполняет слух:

- Сделайте ей еще одну инъекцию, двойную. И отправьте в камеру.

Девушка резко меняется в лице.

- Остановись, пожалуйста! – кричит она, вскакивая с пола. Силы возвращаются к ней, будто и не было тех ужасных часов пыток и мучений. – Я не виновата, не виновата! Это вышло случайно!

- Заткните ей рот, - говорит беспощадный голос, - Не хочу слышать.

Девушку удерживают несколько мужчин-лаборантов, она пытается вырваться, но это сложно сделать. В ее организме уже слишком много яда. Ее тело по-прежнему излучает красные импульсы – слабо, но искры не гаснут. Когда она смотрит на своего обидчика, ее изумрудные глаза блестят от слез, а после приобретают яростный алый оттенок. Она смотрит гневно, больше нет мольбы в ее голосе.

- Ты пожалеешь об этом. Ты будешь жалеть об этом всю свою жалкую жизнь, мама…

Элия Стоук лишь моргает и внимательно наблюдает за младшей дочерью, чья судьба предрешена. Не Советом, ею самой.

- Ты заслужила это, - холодно отрезает женщина, подходя чуть ближе, чтобы в последний раз взглянуть на своего ребенка, - За убийство предусмотрена высшая мера наказания, ты знаешь. Но так как ты не человек…

- Я человек! – вопит девушка, - Человек! Слышишь?

- Ты чудовище, Ремелин, - прерывает ее мать, - И поэтому проведешь оставшуюся жизнь там, где полагается чудовищам. В клетке.

- Нет! Нет, мама, прошу тебя!

По гладким щекам девушки катятся слезы, в глазах невероятная горечь и страх. Она в отчаянии, разум затуманивается с каждой секундой все сильнее. В вену на руке вкалывают еще одну порцию лекарства. Одну за одной, чтобы лишить ее той ужасной силы, что породила когда-то хаос.

 

 

 

 

[1] Иммун – человек, имеющий иммунитет от вируса Соли́т.

[2] Инсолитус – человек со сверхспособностями, появившимися после заражения вирусом Соли́т.

[3] День Милосердия – праздник, отмечаемый по всему оставшемуся миру, в честь заключения мира между Инсолитусами и Иммунами.

[4] Эллен Грин – предводитель движения против Инсолитусов, являлась Иммуном.

[5] Гашение – процесс поимки и заточения Инсолитусов.



Меган Джой Уотергроув

Отредактировано: 18.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться