Исчезнувшие

Размер шрифта: - +

Часть 14

Знай наших!

Гордеев воспрянул духом: даже при отсутствии троих всё равно получается восемь человек. Непотопляемая группа.

Юлины-Любины мальчики вели себя как завзятые походники: нашли и распилили сухостоину, развели костёр, прикатили «диваны» (брёвна, на которых сидеть), вместе с Гордеевым натянули трос, котлы набили снегом и подвесили на крючьях.

— Суп сегодня отменяется, зато чай будет со стационарным тортом, — сказал Гордеев (прим.: стационарный торт — купленный в магазине и чудом донесённый до привала в рюкзаке, попробуйте на лыжах ехать в темпе и с тортом, узнаете). И водрузил на расстеленную на снегу скатерть коробку с «Наполеоном» и бутылку шаманского. И ещё одну. И ещё одну.

Лера потянулась за бутылкой, обхватила длинными пальцами, как гитарный гриф. Изучила этикетку и радостно объявила:

— Это ж сдохнуть можно! «Ив роша»! Я думала, дрянь какая-нибудь отечественная. Это я буду. И вот это. — Голубева извлекла из рюкзака квадратную бутылку, по виду двухлитровую. «Мэйкерс марк, виски бурбон», знай наших.

Любины-Юлины мальчики оживились, поглядывали на Леру с уважением. Они принесли водку «Хаски» и ликёр для соболюшек, как они звали девчонок. Водку Гордеев велел убрать (бурбон с водкой мешать неспортивно). Мальчишки подчинились без слова: бурбон никогда не пробовали, он стоит запредельно. Сегодня попробуют.

Накрыли на стол, развесили на ёлках хлопушки и «дождик», и праздник получился хоть куда.

Лера наделала «ёлочных» канапе, заворачивая квадратики сыра в листья салата и протыкая шпажками. Надя принесла отварную картошку (каждая картофелина в фольге), бросила на угли, будет горячее блюдо. Юля с Любой придумали делать гирлянды из конфет, нанизывая их на нитки. Гордеев удивлялся, как у них хватает сил веселиться: привал с согласия группы устроили в конце маршрута, накатавшись на лыжах до состояния лёжа, как выразилась Надя.

Гордеевский маневр был своеобразной проверкой: залежались за новогодние праздники, на диване с телевизором в обнимку, так вот вам разминочка, получите-распишитесь. От «разминочки» все нагуляли аппетит и стол соорудили скоропалительно. И объелись так, что не могли уже идти. А идти и не надо — станция за лесом, от силы пятнадцать минут хода, и можно ещё посидеть.

Этот поход был последним «нормальным походом», по выражению Гордеева, а дальше всё покатилось под откос.

 Из дневника Нади Рыбальченко

21 января 2019. Старый новый год прошёл по классу «всё включено». Мне понравилось, если не считать, что я встать не могла после Леркиного бурбона. А она мне: «Не можешь, не вставай, посиди, потом встанешь». Так и оказалось, но что я пережила… Ноги вообще не слушались. То есть совсем.

Ребята не приехали ещё, были только Юлины-Любины мальчики. Танцевали со всеми по очереди.

А вчера не было ни Натальи, ни Леры, могли бы позвонить, сказать, что не придут. Не сочли нужным. Зато наши приехали с Чегета, Лось, Виталик и Васька. Васька сказал, что в следующий раз мы с ним вместе поедем.

Опять нас было девять человек. Гордеев сказал, непотопляемая группа. Весело было. Виталик врал опять, и Лось, по-моему, тоже врал — про какие-то чёрные трассы, на которых можно голову сломать, но он не сломал. Жаль, Голубевой не было. Она бы ему сказала — жаль, что не сломал.

А в общем, всё плохо кончилось. Олежка с Витей (я так и не поняла, кто Юлин, кто Любин, и все тоже не поняли) откололи номер, водку принесли опять. Они в группу в конце декабря пришли, и сразу на Натальин день рождения попали, а в январе первый поход 13 числа, на старый новый год. Вот и подумали, что у нас всегда так. Гордеев им велел водку убрать в рюкзаки и больше не носить, иначе, говорит, больше ко мне не придёте. Они ему — не хотите, не пейте, нам больше достанется.

Что было! Гордей орал, аж лес трясся. А Люба с Юлей и говорят: «А давайте, к Мунтянам поедем, пирогов поедим». Вот наглые девчонки! Я всегда пирожки приносила, вчера первый раз не принесла, у нас концерт отчётный был, поздно кончился, а поход в субботу. Был бы в воскресенье, я бы напекла.. И главное, все молчали, а эти малолетки рот открыли. Я им не спустила, сказала, вам здесь не буфет. И Гордеев сказал. И они прямо с привала уехали, все четверо. Такой демарш. Ну и — скатертью дорожка. Их в группе «соболиная охота» прозвали. Шкуры они соболиные, больше никто.

Из воспоминаний Лося

2019 год начался «не с горы», по определению Димы-Лося. Впрочем, как раз с горы, потому что новогодние праздники они с Виталей и Васькой-гитлером провели на Чегете, на горнолыжной базе, Виталик достал путёвки, а так им  бы фиг  обломилось, на праздники-то. У него знакомых половина базы, помогли по старой дружбе. Васька юзал по склону для новичков и от гордости лопался, а Лось с Виталиком покатались, вспомнить страшно.

Тринадцатого пили-отмечали, Надя набралась под шумок вискаря и зависла, а остальные ничего. Говорят, что тринадцатое несчастливое число. Для гордеевской группы оно было последним счастливым днём в январе, поскольку уже в следующую субботу, девятнадцатого января, «соболиная охота» отколола номер, все вчетвером.

Глазами автора

Юлины-Любины мальчики отличились: принесли водку, мотивируя тем, что  — праздник же, Крещение! Надо отметить. Водка ледяная, в лучших народных традициях. Гордеев озверел, сорвался, мог бы потише орать. Мальчишки такого не ожидали: ждали что их поддержат, а никто не поддержал. Посовали в рюкзак бутылки и переговаривались шёпотом, чтобы Гордеев не услышал и не добавил к сказанному.



Ирина Верехтина

Отредактировано: 28.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться