Искатель. Становление героя.

Глава четвёртая. Отшельник.

    Внутри хижина была разделена на две комнаты: большую, игравшую роль то ли передней, то ли гостиной, и поменьше, где располагался кабинет мага, совмещенный со спальней. Гости расположились в первой комнате, тогда как маг прошел во вторую, откуда вернулся через минуту, и усевшись в глубокое кресло, вперил взор в потолок.
    Прошло несколько томительных минут, наконец хозяин опустил взгляд, и уставившись на Велимира, негромко проговорил, сопровождая слова небрежным жестом:
- Рассказывай, юноша, и начни с самого начала.
    За всё время, что длилось повествование, оказавщееся долгим для изложения, маг не проронил ни звука, и лишь когда история подошла к концу, вымолвил, задумчиво глядя куда-то в стену:
- Да, непростое у тебя дело, как я погляжу.
- Досточтимый Ольтабольн, - с запинкой пробормотал Велимир, - мой срок истекает. Мне срочно нужна помощь, иначе зверь во мне возьмет вверх.
- Я могу приготовить тебе снадобье, которое на некоторое время избавит тебя от действия болезни. Но для обряда Эффера Зонда, о котором ты упомянул, нужны очень редкие ингредиенты, которых  у меня нет.
- Какие именно? - спросил юноша, чувствуя, как начинает холодеть внутри.
- Сердце грифона, убитого стрелой в полете, например, - мрачно усмехнулся маг, - и еще пять когтей пятнистого дерфа, вымершего тысячу лет назад. Но самое сложное - это ядовитая слюна мантикора, пропущенная через чью-то кровь. Если ты сумеешь добыть эти три составляющих, то тогда я смогу тебе помочь.
- Но где я отыщу пять когтей зверя, вымершего много лет назад? - изумился тот, - А сердце грифона? Где вообще водятся грифоны? Или мантикоры?
- Грифоны обитают на вершинах южного отрога Полуденного кряжа. Но простой стрелой ты их не подстрелишь. Тут нужны эльфийские или гномьи. Мантикоры обитали к северу от Огарфатского перешейка, в долине реки Амгерфар. Хотя с той поры могли и перекочевать. А насчет когтей дерфа... тут нужно поикать кого-то из торговцев древностями: у них вполне может найтись чучело с когтями.
- А как долго длится дэйствие твоэго снадобья? - заинтересовался Хасан.
- Достаточно глотка, чтобы в течение трех дней не испытывать потребности в нем. У меня достаточно компонентов, чтобы изготовить около полутора жгелов напитка. Этого должно хватить на двадцать порций, - пояснил отшельник.
- Значит у меня будет примерно шестьдесят дней, - задумчиво протянул Велимир, - можно ли за такой срок успеть добыть все три ингредиента?
- Эсли нэ тэрять врэмэни, то можно, - отозвался Хасан, поднимаясь на ноги, - мы выйдэм с зарёй, Вэлимир.
- Ты пойдешь со мной? - удивился юноша, - А как же Хушан-бай? Он ведь ждёт тебя?
- Почтэнный Хушан-бай поручил тэбя моим заботам до того момэнта, когда ты будэшь избавлэн от болэзни. Только тогда моя миссия будэт закончэна. А пока нам с тобой по пути, друг, - степняк усмехнулся, глядя на растерянное лицо Велимира, и добавил: - стэпной народ можэт быть жэстоким, но у нэго эсть чэсть, которой нэт у житэлэй городов.
    Юноша в ответ не нашёл слов и молча пожал крепкую руку Хасана.


    Рассвет застал их уже верхом, резвой рысью пересекающих пустынную равнину в направлении Гедаина, ближайшего поселения, где можно было раздобыть сведения о северных землях, и заодно достать десяток стрел, необходимых для охоты на грифонов. Хасан рассчитывал также найти там знакомого торговца древностями, у которого могли отыскаться когти дерфа.
    Велимиру, незнакомому с местными диалектами, оставалось лишь положиться на своего спутника, в совершенстве владевшего пятью самыми распространенными наречиями, и умевшего связно говорить еще на восьми-девяти малых диалектах, имевших хождение в зоне двухсот лиг от его родного Эхмадэн-лага. Без знания языков в этих краях было легко пропасть, так как местные племена подозрительно относились к тем, кто не понимал их речей.
    Небо, ясное утром, ближе к полудню затянуло густым покровом туч. Неожиданно хлынул, и вымочил их насквозь по-летнему теплый дождь, частый в это время года в степной зоне.  Но они не стали останавливаться, и скакали до самого заката, добравшись до опушки Гедаин-дели, южного леса Гедаинского полиса. До стен самого Гедаина оставалось еще десять лиг через лес Гедаин-дели, поселение Ланеги, небольшой лес Гедаин-амали, и по Главному Тракту к воротам города.
    Проведя ночь под кроной раскидистого дерева, с рассветом они двинулись дальше, пересекли лес, и выехали на дорогу, ведущую через второй лесок к главным воротам города-полиса.  Стража Ланеги проверила их подорожную, подписанную Хушан-баю градоначальником Эхмадэн-лага, и пропустила дальше, ко второму кольцу охраны. У ворот Гедаина их обыскали, описали оружие и приметы, и пропустили внутрь города.
    Там они отыскали более-менее приличный постоялый двор, носивший имя "Краснорогий олень", где им сдали комнату с двумя постелями за два серебряника в день. Не задерживаясь в апартаментах, спутники отправились бродить по городу в поисках знакомого торговца Хасана. Обойдя чуть ли не половину улиц, они всё-таки отыскали лавку продавца древностями, правда, не того, которого искали.
    Узнав о цели их визита, рыжий торговец выпучил глаза, но тут же пообещал навести справки, и достать искомое в течение ближайшей недели, то есть девяти дней, как пояснил юноше Хасан. Правда продавец тут же озвучил примерную стоимость товара, от которой у степняка брови взлетели под арсабан, Велимир же просто утратил дар речи: пятьсот золотников!
    По самым скромным подсчетам Хасана, на эту сумму можно было целиком выкупить всё, что было выложено в лавке продавца, о чём он не замедлил сообщить тому в глаза. Почуяв, что верная прибыль может уйти из-под носа, торгаш тотчас же сбросил цену до трёхсот золотников, заявив, что меньшей цены им не выторговать в пределах города ни у кого. После долгого торга и завуалированных угроз он согласился уменьшить цену до двухсот пятидесяти золотников, со стонами и жалобами на разорение, но втайне радуясь тому, что провёл двух заезжих болванов (это легко читалось по глазам торговца).
    Оставив рыжего хитреца подсчитывать грядущие барыши, они двинулись к оружейной площади, где можно было раздобыть столь нужные им стрелы. Цены оружейных мастерских оказались также заметно завышенными, но Хасан был сыном своего народа, и умел торговаться, сбивая цену до умеренной величины, так что десять гномьих стрел (эльфийских в продаже не нашлось) обошлись им лишь на два золотника дороже их реальной стоимости.
    После этого они добрались до караванного квартала, где обитали далекие родичи степняка, кочующие из окрестностей Гедаина в северные земли, порой добираясь даже до Арталиннана, града в устье реки Амгерфар. От них Хасан надеялся узнать о том, где и как можно добыть слюну мантикора.
    Родичей Хасан отыскал быстро, но из их речей стало ясно лишь, что в долине реки Амгерфар последнего мантикора встречали много лет назад, и где их искать теперь - неизвестно. Впрочем, к югу от перешейка они давно не появлялись, а значит искать их нужно было или к востоку, или к западу от долины.
    Вызнав всё, что возможно было, товарищи вернулись на постоялый двор и принялись обсуждать свои дальнейшие действия. Велимир рвался на север, но Хасан остудил его пыл, объяснив, что путешествие только в одну сторону займет семь дней, а сколько отнимут поиски - и вовсе сказать нельзя, а им нужно вернуться сюда через восемь дней, чтобы не упустить возможность достать когти дерфа.
    В то же время до южного отрога Полуденного кряжа всего два дня пути, плюс день на поиски гнездовья, и два дня на выслеживание грифона, ведь требовалось подстрелить его в полете, и при этом не привлечь внимания других грифонов, иначе не избежать гибели от их когтей и клювов.
    Согласившись с доводами товарища, юноша перестал настаивать на поездке на север, приняв предложенный тем план, позволявший всего за семь дней, при удаче, добыть сердце грифона, без которого невозможно совершить столь необходимый обряд избавления от ликантропии. Поужинав и обсудив все предстоящие действия, молодые люди улеглись спать, так как ранним утром им  предстояло отправляться в опасный и непредсказуемый поход.



Гардемарин

Отредактировано: 22.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться