Искажение касательных

Глава 2 Часть 1

На часах без пяти семь, а я уже стою у входа в главное здание офиса. Признаюсь честно, отголоски вчерашней встречи дали о себе знать: бессонная ночь в обнимку с бутылкой вина ещё никого не оставляла без последствий. Не спорю, есть счастливые обладательницы быстрого метаболизма и безупречной кожи, но к ним меня явно нельзя было отнести, так что с утра отражение в зеркале больше напоминало осиный улей. А если приплюсовать ко всему этому белоснежную кожу и близко расположенные к ней сосуды – можно было сразу приписывать к восставшей мертвичине. Знаете, которых еще в старых фильмах ужасов показывали, где невооруженным взглядом можно было заметить все швы и неровности нанесения грима. Ну так вот я бы с этой ролью справилась и без искусных рук визажистов.

Во всей этой ситуации радует лишь одно: на шее хоть следов от лап прошлого не осталось. Ну да, неужели это можно считать подарком судьбы? А что, в духе, он пять лет и так успел глубоко и надолго запустить корни в моё подсознание, не хватало еще, чтобы и до тела добрался. Спасибо, конечно, но, несмотря на тот факт, что мне уже двадцать пять, платизмопластику делать не собираюсь. Впрочем, пару таких встреч и придется делать пластику не только шеи, но и всего, к чему успеют прикоснуться его руки, а он, на секундочку, в состоянии согнуть меня пополам, с такой-то мускулатурой.

Что же с тобой стало, мое прошлое? Неужели ты действительно не помнишь меня, ту самую девочку из воспоминаний? Мы были с тобой знакомы больше десяти лет, ты каждый день приносил мне конфеты, читал сказки перед сном, когда родители уходили на работу или были слишком уставшими. Именно ты вселял в меня уверенность, приговаривая каждый день о том, какой прекрасной девушкой я стану. Помнишь ли ты как заступался за меня в садике, когда глупые мальчишки оторвали кукле голову? Помнишь ли ты что было потом? Мои нескончаемый плач, твои руки на моих детских плечах и фраза «Лин-Лин, жизнь никогда не будет приносить только хорошее, но это не повод плакать, просто научись быть сильной, хорошо?» – неужели все это намертво сожжено из воспоминаний? Неужели ты не помнишь и того, как я впервые сделала макияж, и ты был единственным, кто меня поддержал?

«Тебе идет, Лин-Лин, только научись наносить помаду и при этом не выходить за контур губ, хорошо?»

Ты слишком часто звал меня Лин-Лин – что за сокращение вообще такое? Это сейчас, заглядывая в прошлое сквозь призму рассуждающей себя настоящей, понимаю, насколько была похожа на привязавшуюся собаку. Глупый щенок, решивший, что обрел преданного хозяина и верного друга в одном лице. Вот только кто ж знал, что именно он станет тем, кто настолько глупо и без предупреждения покинет меня? Неужели ты и тот день не помнишь? Тот самый чертов вечер вторника. Я как обычно сидела в комнате, смотрела телевизор, когда раздался звонок от родителей.

- Доченька, привет, - тревожный голос матери под маской спокойствия – она никогда не умела врать. – Как твои дела?

- Привет, мама, хорошо, лежу, телевизор смотрю, знаешь, тут по телевизору твой любимый фильм показывают, тот самый, с Ума Турман в главной роли…

- Алина, мне очень жаль, но…

И она рассказала мне о том, что ты уехал. Вот так вот просто собрал вещи, зашел попрощаться с моими родителями, попросил передать мне, чтобы я была хорошей девочкой и уехал. Ты ушел из моей жизни и даже не удосужился проститься лично, объяснить причину ухода. Что мешало тебе соврать? Придумать нелепую историю про подружку в другом городе? Про работу? Просто что-нибудь придумать, ведь ты так искусно читал сказки, неужели так сложно было хоть раз придумать свою? Я не просила давать мне надежд на воссоединение, не умоляла бы тебя остаться и не бежала бы за тобой – мне просто жизненно необходим итог истории, чтобы ты высказал в лицо, чтобы сказал лично, глядя в глаза то, что ты уходишь. Но что я получила за свою щенячью преданность? Оставаться хорошей девочкой, серьезно? Не удивлюсь, если это послание было придумано матерью, ведь ты мог и вовсе ничего не просить мне передать, правда? Действительно, кто я такая для тебя, чтобы прощаться.

Ребенок по кличке Лин-Лин.

Но после вчерашнего, думаю, и мне пришло время закопать воспоминания. Больше никаких запахов воспоминаний, никаких чувств из прошлого. Нужно как можно скорее разобраться с предложенной работой и уехать обратно, чтобы никогда больше не встретиться. Думаю, судьба давно давала намеки на это решения, но я ведь не привыкла сдаваться. Вот только моя сумасшедшая эгоистичности ни к чему хорошему не привела, лишь пять лет провела в глупых мечтах, верах и иллюзиях.

С этими мыслями я переступила порог здания и направилась к стойке администратора:

- Добрый вечер, мне на сегодня назначена встреча с директором Ваном по поводу…

- А, Алина Викторовна? – широко улыбнувшись, девушка мигом поднялась со своего рабочего места. – Вас уже ожидают, пройдемте за мной, - и, слегка поклонившись, администратор устремилась в сторону стеклянного лифта. Единственное, что мне оставалось, так это молча проследовать за ней.

Надеюсь, когда-нибудь я тоже смогу так хорошо выглядеть без тонны макияжа на уставшем лице. Возможно, залог успешного и естественного макияж – это хороший сон, приятная работа и отсутствие нервных горок? Но, поскольку ничего из этого мне, в большинстве своем, никогда не светило и, думаю, светить не будет, единственный выход – это скупать косметику, способную скрыть все изъяны жизни на моем лице. Зато нарисовать идеальные стрелки для меня на сегодняшний день не составляет никаких сложностей. Можно сказать, что они – моя маленькая гордость и, по всей видимости, пока что единственная.

- Прошу, – мы вышли на третьем этаже, но по ощущениям пересекли границу и оказались где-то в традиционных районах Китая. Если учесть, что первый этаж был выполнен в привычных традициях офисных зданий, третий же этаж мог похвастаться традиционными витками Поднебесной: расписные вазы из фарфора, веера и манускрипты с письменами, написанные вручную ещё вэньянем*. Сами же стены были окрашены в излюбленный китайцами цвет – красный, а светильники больше напоминали фонарики, из-за чего общая атмосфера этажа получалась достаточно приглушенной, в некотором роде даже интимной. Сразу терялась эта формальность и сдержанность, присущая офисам европейского типа. В какой-то момент показалось, что я снова в Китае на своей первой стажировки и после тяжелой экзаменационной иду в традиционный китайский ресторан. Вот я прихожу, атмосфера примерно такая же, меня встречает огромный круглый стол с лапшой и жареными орешками в остром соусе, свежеиспеченными баоцзы* и дружная толпа громких китайцев и студентов-иностранцев. Не знаю, принято ли это среди именно китайских студентов, но что касается иностранцев, да, наши преподаватели любили собираться со всей группой и весело проводить время. Было шумно, громко и почему-то по-домашнему. Думаю, именно в такие моменты я позволяла себе забыть о своём прошлом, разрешала спрятать, запереть в шкафу ожиданий и просто насладиться вечером.