Искажение касательных

Глава 7 Часть 1

Когда Владмир говорил об одном атмосферном месте, где время от времени собирается бравая компания головорезов, я представляла себе бар подвального типа. Знаете, где серьезные дядьки из девяностых сидят у окна, нервно курят кальян и решают, куда же именно спрятать труп из багажника. Но нет, по приезду меня ждало действительно впечатляющее место, которое брало уже одним названием, а именно его подачей. У входа висела огромная неоновая табличка «DANGER» с перегоревшей первой буквой и полупотухшей последней, которая невооруженным глазом читалась как «ANGEL». Было это задумано специально или нет – не знаю, но могу сказать одно: заведение пользовалось популярностью исключительно у определенного контингента. Не было малолеток, приходящих в опьяняющий аут от одного бокала, впрочем, как и пузатых богатеньких колобков, приходящих в подобные места исключительно показухи ради. По крайней мере, на данный момент мне нравилось абсолютно все: начиная от музыки и заканчивая компанией в лице Владмира. От одного только его присутствия хотелось упиться в хлам, переступить порог разумности и доставить ему новую порцию проблем в моем лице. Но даже в такой ситуации нужно не забывать о существующем плане. Не падать лицом в опьяняющий кураж, быть и дальше острой на язык и не забывать улыбаться соседним столикам. Быть может, алкоголь пробудит в нем хоть какие-то отголоски прошлого.

И все-таки я жила прошлым осознанно. Раньше могло показаться, что вера в лучшее строилась исключительно на моих воспоминаниях, но как тогда объяснить то, что происходит сейчас, в данную минуту и данную секунду? Могла ли я представить, что спустя пять лет буду сидеть с ним в баре? Да, возможно, что он не помнит меня или убедительно делает вид, что не знает, но тут-то дело в другом. Я безнадежно верю в судьбу, как и в тот факт, что каждый пришедший в нашу жизнь человек предназначен не ради массовки. Они учат, наставляют на тот или иной путь, становятся верными друзьями и первоклассными врагами. В кого-то мы влюбляемся, а с кем-то проводим вечность. Вот только одного я понять никак не могу: для чего в моей жизни снова появился он? Научить сосуществовать с воспоминаниями? Заставить заново влюбиться, чтобы после заново начать бороться с неожиданным одиночеством? Или дать шанс на что-то новое? Что-то, что должно было произойти еще тогда, в далекой пятилетней давности, но по каким-то неизвестным для меня причинам так и не случилось.

А может быть это ничего не значит и кому-то просто нужно возобновлять походы к психологу, но на этот раз проверенному, чтобы не было душещипательных рассказов о том, что развод в семье – нормальное явление. Ну да, еще скажите, что изменять и покидать без причины – это тоже вполне естественно. Не удивлюсь, если по итогу нашей беседы во всех бедах обвинят меня на пару с чрезмерно резкими взглядами на мир. А что, спрашивается, мне еще остается делать? Радоваться жизни и принимать предательство как должное? Очень занимательное предложение, ничего не скажешь.

Ох, от таких мыслей желание выпить лишь прибавилось.

- Ночи доброй, что будете заказывать? – и к нашему столику активно качая бедрами, подплыла официантка.

- Виски, - без лишних слов отвечаю даже не удосужившись посмотреть в протянутое меню. Хватит с меня разговоров и психоанализа, давайте уже ближе к делу, где я пьяная и счастливая играю с новой силой на нервах у волчонка.

- Виски? – переспросил Владмир, по всей видимости, усомнившись в моей стойкости к алкоголю. Ну да, я же девочка, мне свойственно в глазах других пить слабоалкогольные коктейли и уходить в курах после первого же бокала. Спасибо межнациональным лагерям, куда родители меня отправили, дабы хоть как-то скрасить серые будни одиночества. Там ты не только английский подтянешь, но и научишься быть стойкой не только в виски. И я бы не сказала, что пила там всю смену, для такого опыта вполне себе хватит два-три раза. Пусть внешне через пару бокалов и стану куда более разговорчивой и шальной на дикие поступки, но здравый смысл не покинет. Но Владмиру, конечно, о моей стойкости говорить никто не собирался.

- Виски, - лаконичность на лаконичность. – Чистый.

- В таком случае принесите сразу бутылку, - подытожил Владмир, по всей видимости, намекая на то, что сегодня его мотоцикл так и останется припаркованным на стоянке у бара. Либо кто-то просто хочет, чтобы я как можно быстрее опьянела и отправилась домой без приключений. Достаточно проблематично работать не только помощником при переводе, но и личным охранником, но это, опять-таки, не моего ума дело. Не я предложила, а он не стал отказывать.

- Хорошо, - и официантка, одарив нашу синхронную на выпивку компанию многозначительной улыбкой, по-прежнему продолжая грациозно покачивать бедрами, поспешила удалиться.

Вот так между мной и Владмиром воцарилась отчего-то непривычная тишина. Пусть наши с ним разговоры отчасти напоминали отрывки полноценных бесед, а где-то и вовсе пререкания ненавистников, но чтоб сидеть друг напротив друга, молча поглядывая по сторонам – что-то такого не припомню. Точнее как, из нас двоих оглядывалась исключительно я, Владмир же предпочел смотреть исключительно мне в глаза.

- У меня что-то на лице? – вопросительно приподнимаю бровь, откровенно не понимая, что сейчас такое происходит. И, если к его агрессии или даже безразличию я уже успела как-то привыкнуть, то тут явно было что-то новое. Меня изучали, пытаясь пробить выстроенную годами броню. Меня рассматривали, заглядывая по ту сторону прищуренных глаз. Меня влюбляли еще не зная всей правды о том, что сердце и без того давно было отдано.

- Я скоро вернусь, - и он уходит, оставляя меня наедине с одиночеством.

Что, черт возьми, с тобой не так?! Почему, как только у нас налаживается нормальное общение, зрительный контакт или любая другая приемлемая для общения вещь, ты позорно убегаешь? Почему с другими ты общаешься вполне естественно, а мне при первой же встрече изволишь шею жать? Это я должна быть на твоем месте: ломать запястья рук, быть недовольной принцессой и разрывать любые попытки на контакт. Но что в итоге? Почему бы тебе в кой-то веке уже не высказаться? Не рассказать хотя бы часть настоящего, тем самым поставив меня и будоражащие сознание фантазии на место? Вместо этого ты предпочитаешь давать надежду, говорить загадками, а после убегаешь, возводя между нами стену непонимания. Раз за разом, от встречи к встрече.