Искажение: выбор судьбы

Размер шрифта: - +

Глава 2

  В мраморном зале прохладно и тихо. В воздухе витает запах свежей древесины смешанной, с книжной пылью. Лишь от дальнего стола иногда доносится скрежет пера и сухой шелест бумаги. Мои шаги гулко отлетают от стен, эхом разлетаясь под сводчатым потолком. Царство книг. Мир, наполненный словами и мыслями тысячи людей живущих и уже давно покинувших этот мир. Миллионы страниц испещренные рукописными и печатными знаками. Все они хранят память о тех, кто их писал и тех, кто касался их страниц. В них скрыты знания, история и мудрость поколений. Сотни корешков глядят на меня со стеллажей с потаенным интересом и в радостном ожидании. Я замираю перед ними и провожу подрагивающими пальцами по шершавым, гладким и бархатистым  переплетам. За спиной слышу грузные шаги. Оборачиваюсь. Передо мной возвышается высохшая фигура главного архивариуса Цзи Ма джина. Лицо цвета выцветшего пергамента, слегка изжеванное морщинами лишено всяких эмоций. Лишь глаза под толстыми стеклами выглядят живыми. Они смотрят внимательно с долей иронии. Я складываю ладони вместе перед лицом и чуть наклоняюсь. Он кивает. В мертвенной тишине зала его голос трещит, словно ствол дерева  от порыва сильного ветра:

 - Да благоволит вам Немайн госпожа Юкари. Я нашел то, что вы просили. Прошу следуйте за мной.

- Да благоволит вам Безликий. Благодарю Цзи Ма джин, - мой голос дрожит от волнения.

 Историю Тахо я начала изучать, как только научилась сносно читать. Я читала все подряд, затем тщательно разбирая с Лао таном или Хаято. Период правления проклятого императора Рюэйдзэя особенно заинтересовал. Император оказался таинственной и весьма занимательной личностью. В народе его почитали, чуть ли не боготворили, а вот в официальных документах лишь сухо излагались даты правления, да кровопролитная война с Хемерийским ханством.  О внутренней и внешней политике говорилось расплывчато и вскользь. О личной жизни, семье нигде ни слова. Даже личное имя  императора было вычеркнуто из анналов истории. Ни единого слова не написали о нем и современники, что приводило мой пытливый ум в замешательство. Я пыталась выяснить причины подобного отношения у учителя, на что он многозначительно заметил:

 - Прошлое остается прошлым оно такое, каким должно быть. Настоящее вот чем вы должны жить госпожа Юкари, оно предопределяет будущее.

Разговор с Хаято  тоже ничего не дал, он умело перевел его в другое русло, а последующие убивал на корню.  Поэтому информацию пришлось добывать самой. И лишь благодаря главному архивариусу мне удалось собрать те немногие крохи о жизни этого загадочного правителя. В последнем манускрипте я нашла упоминание о неком мастере Рё и его «труде об империи Тахо в эпоху правления императора Кого». Автор ссылается на труд мастера Рё и восхваляет его скрупулезную работу в жизнеописании дворца и его обитателей. Император Кого приходился отцом Рюэйдзэю, поэтому я возлагала большие надежды на данный свиток. Он был единственным источником, из которого я могла узнать хоть что-то о жизни будущего проклятого императора.  

 «Труд об империи Тахо в эпоху правления императора Кого» оказался тяжелым для восприятия. Мне приходилось продираться сквозь дерби поэтической символики и образности. По истечению часа у меня рябило в глазах и ломило виски. Устало откинувшись на спинку стула, я помассировала затекшую шею. Теперь понятно, по какой причине сей исторический трактат пылился более двух сотен лет. Да осилившему его до конца следует воздвигнуть памятник нерукотворный. Я тоскливо посмотрела на лежащую стопку пергамента и подавила рвущийся горестный стон. Мне еще больше половины осталось переосмыслить и вычленить необходимую информацию. Что же мы имеем? А имеем мы ничтожно малые частички. И из этих частичек необходимо сложить достоверный и по возможности законченный пазл. А пока только небольшой кусочек, который раскрывает Кого как холодного, расчетливого и последовательного в своей политике и импульсивного подверженного эмоциям в личной жизни. Выбор жены и императрицы лишь укрепил это мнение в кругах двора. Император влюбился в чужестранку с далеких и неизвестных островов королевства Тоингрин. Эту слабость подданные простили бы своему повелителю, но император возвел иноземную принцессу на престол, поправ законы своей страны. После свадьбы последовала череда заговоров. Главы большинства правящих домов были прилюдно казнены. Та же судьба постигла всех недовольных. Восстания подавлялись с особой жестокостью. Распри прекратились только с появлением при дворе кирина.

 «Божественный дракон спустился со священной горы Рюан. Кого тэно благословили духи трех миров. Всевидящий предрек наследника с божественным даром. Наставником избранника небес  стать вызвался  священный и могущественный кирин посланник божий».

 Что ж теперь картина наполняется красками, и я начинаю понимать, почему император Рюэйдзей вошел в историю как проклятый. Ему не повезло родиться полукровкой. Но, всегда есть небольшое но. Что же вы ваше императорское величество совершили столь ужасного? Если даже через три столетия вас считают проклятым, а ваше имя предано забвению.  

Я устало прикрываю глаза. Тишина. Глубокая, всеобъемлющая. Такая близкая и такая далекая. Кажется в ней можно раствориться. Она безупречна. Назойливое жужжание мухи вдребезги разбивает иллюзию. Я открываю глаза, возвращаясь в реальность. Органы чувств обострены. Я вижу каждую пылинку, вырисовывающую в воздухе замысловатые узоры. Чувствую, как тягуче плывут запахи, сплетаясь в один единственный аромат. От него веет грозой и медвяным вереском. Он медленно подкрадывается, окутывая непроницаемым покрывалом, и быстро отступает, оседая легкой пыльцой на губах с горьковатым привкусом.



Александра Ром

Отредактировано: 06.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться