Искаженное время

Размер шрифта: - +

IX

Чудный новый день

Ут­ро приш­ло в Еги­пет крас­ны­ми вспо­лоха­ми рас­све­та, ко­торые стре­митель­но за­поло­нили го­род, слов­но его но­вые хо­зя­ева. Пи­рами­ды ве­личес­твен­но под­пи­рали рас­ка­лен­ное до крас­на не­бо, поз­во­ляя сол­нцу сте­кать по их сте­нам, лег­кий ве­терок ле­ниво го­нял пес­ча­ную пыль по ули­цам, и пер­вые пти­цы уже на­чали нас­висты­вать свои за­лих­ват­ские пес­ни.
Про­буж­де­ние Эри­ка Фос­те­ра на­чалось с то­го, что один из ра­бов Иман­де­са рез­ко ок­ликнул его по име­ни Ни­зам, от­че­го на­ем­ник бук­валь­но под­ско­чил на пос­те­ли. Сна­чала аме­рика­нец во­об­ще не по­нял, что этот че­ловек об­ра­ща­ет­ся к не­му, и ед­ва не ряв­кнул в от­вет: «Что ты орешь! Нет тут ни­како­го Ни­зама, де­бил!». Но за­тем Эрик вспом­нил, что Иман­дес пе­ре­име­новал его в «по­кор­но­го», и в ту же се­кун­ду приш­ло по­нима­ние, что вче­раш­ний вол­шебный ве­чер по­дошел к кон­цу. Се­год­ня Эрик опять прос­нулся в аду, где бу­дет пре­бывать еще черт зна­ет сколь­ко вре­мени.
«Пря­мо как гре­баный по­недель­ник», - зло по­думал Эрик. «Вы­ход­ные за­кон­чи­лись, и по­ра сно­ва на­чинать це­ловать зад на­чаль­ству. А в мо­ем слу­чае, еще и зап­лесне­велый»
Он хо­тел бы­ло по­ин­те­ресо­вать­ся у ра­ба, что с ним со­бира­ют­ся де­лать се­год­ня, но вспом­нил, что зап­рет на об­ще­ние Иман­дес не от­ме­нял, по­это­му мол­ча вы­лез из пос­те­ли и на­чал оде­вать­ся. Раб хму­ро сле­дил за ним, чувс­твуя за­висть, что ка­кой-то нам но­вичок уже ус­пел за­рабо­тать се­бе имя, от­дых и кра­сивую одеж­ду. Под кра­сивой одеж­дой под­ра­зуме­вались гру­бые ко­жаные дос­пе­хи, в ко­торых бы­ло жар­ко, ко­торые на­тира­ли собс­твен­ную ко­жу, и в ко­торых бы­ло со­вер­шенно не­удоб­но дви­гать­ся.
«Как кло­ун!» - с до­садой по­думал Эрик, ог­ля­дев се­бя в ме­ру сво­их воз­можнос­тей. Впро­чем, хо­дить в на­бед­ренной по­вяз­ке ему улы­балось еще мень­ше, по­это­му Фос­тер ре­шил ра­довать­ся хоть ка­ким-то улуч­ше­ни­ям. К то­му же, по­пасть­ся на гла­за Лес­ко­ву, бу­дучи на­ряжен­ным в дос­пе­хи, не так уни­зитель­но, чем встре­тить­ся с ним в кос­тю­ме по­ловой тряп­ки. Мысль о том, что Дмит­рий уже мо­жет быть мертв, Фос­тер от­талки­вал от се­бя обе­ими ру­ками: не по­тому, что силь­но обо­жал его, а по­тому, что бо­ял­ся ос­тать­ся здесь в оди­ночес­тве. Ос­таль­ных сво­их спут­ни­ков он не брал в рас­чет. Ни Ин­ге­мар, ни Рей­вен, ни Иль­нес, ни да­же Ли­лит его не ин­те­ресо­вали, и их участь нис­коль­ко его не тро­гала.
За­кон­чив зак­реплять дос­пе­хи, Фос­тер воп­ро­ситель­но пос­мотрел на ра­ба, мол, что де­лать даль­ше, и тот про­тянул ему гли­няную ча­шу, на­пол­ненную ка­кой-то зо­лотис­той мас­сой.
- Пок­рой этим шею, пле­чи и ру­ки до лок­тей.
В гла­зах аме­рикан­ца по­яви­лась оза­дачен­ность. Впер­вые за все вре­мя на­хож­де­ния здесь ко­му-то из ра­бов ве­лели на­мазы­вать на се­бя ка­кой-то блес­тя­щий крем, ко­торый на сол­нце зас­верка­ет еще яр­че.
«Что это еще за гей­ские об­ря­ды?» - с по­доз­ре­ни­ем по­думал Эрик, но все-та­ки мол­ча под­чи­нил­ся и при­нял­ся кра­сить свое те­ло, с каж­дым дви­жени­ем мрач­нея еще боль­ше. Мыс­ленно он опять при­нял­ся ус­по­ка­ивать се­бя тем, что его хо­тя бы не ви­дит Лес­ков. Дмит­рий бы точ­но ска­зал что-то вро­де: «Зо­лотой Фонд Рос­сии в сан­да­ли­ях».
Мыс­ленно вы­мате­рив­шись, Эрик вер­нул ра­бу ча­шу и злоб­но пос­мотрел на не­го, от­че­го тот нес­коль­ко рас­те­рял­ся. Он ду­мал, что Ни­зам бу­дет рад то­му, что те­перь выг­ля­дит кра­сиво и да­же нем­но­го по­хожим на гос­под, од­на­ко этот но­вень­кий яв­но не раз­де­лял взгля­ды на мод­ные тен­денции это­го го­рода.
- Гос­по­жа, ко­торая ку­пила те­бя на весь день, лю­бит поль­зо­вать­ся кра­сивы­ми ве­щами, - слов­но оп­равды­ва­ясь, про­из­нес раб. На ли­це Эри­ка от­ра­зилось не­под­дель­ное удив­ле­ние, за­тем по­доз­ре­ние, а за­тем слов­но трис­та пять­де­сят ан­ге­лов ра­зом за­пели у не­го над го­ловой. Бо­же, ну, на­конец-то! Не мытье по­лов, не во­нючая ко­нюш­ня, а жен­щи­на! Да еще и гос­по­жа! То, что уп­равлять­ся с жен­щи­нами он умел, Эрик не сом­не­вал­ся. Сом­не­вал­ся в дру­гом: бу­дет ли эта жен­щи­на выг­ля­деть так, что­бы с ней хо­телось уп­равлять­ся. Но ведь гос­по­жа Рей­ве­на бы­ла очень да­же эф­фек­тной, по­это­му в дан­ном слу­чае на­деж­ду на луч­шее ник­то не от­ме­нял.
«Мо­жет, по­лоса из удоб­ре­ний уже прой­де­на, и мне фар­та­нет хо­тя бы на смаз­ли­вую де­воч­ку с хо­рошей фи­гур­кой?» - ус­по­ка­ивал се­бя Эрик. В лю­бом слу­чае, си­ту­ация скла­дыва­лась ку­да луч­ше, чем ес­ли бы ему приш­лось це­лый день рас­кла­нивать­ся в этом до­ме, бо­ясь да­же зад по­чесать без раз­ре­шения хо­зя­ина.
По­лучив на зав­трак за­сох­шую ле­пеш­ку и ста­кан нев­кусной теп­лой во­ды, Эрик зас­та­вил се­бя прог­ло­тить скуд­ное под­но­шение. В воп­ро­се еды он во­об­ще не про­яв­лял ха­рак­те­ра, бо­ясь, что по­том во­об­ще ни­чего не бу­дет, и с го­лоду­хи да­же та­кое уго­щение по­кажет­ся изыс­канным ла­комс­твом.
В это ут­ро Иман­де­са Эрик не ви­дел. Ви­димо, «гос­по­дин» все еще спал в пос­те­ли в ком­па­нии сво­их лю­бов­ниц, по­это­му ни­какое злоб­ное на­путс­твие Фос­те­ру не при­лете­ло. Он нес­пешно шел сле­дом за сво­им про­вод­ни­ком, до­воль­ный ут­ренней прох­ла­дой, ко­торая вот-вот сме­нит­ся рас­ка­лен­ным зно­ем. Ули­цы бы­ли пус­ты, толь­ко ра­бы, по­нука­емые над­смотрщи­ками, уже нап­равля­лись за­нимать­ся стро­итель­ством но­вой пи­рами­ды. Гля­дя на них, Фос­тер ис­крен­не поб­ла­года­рил судь­бу, что ему дос­та­лось толь­ко мытье по­лов и убор­ка на­воза. С пер­вой за­дачей он спра­вил­ся без тру­да, со вто­рой за не­го ра­зоб­ра­лась Ли­лит, а ны­неш­няя и вов­се ка­жет­ся прос­то бла­женс­твом.
Про­вод­ник Эри­ка ос­та­новил­ся воз­ле ка­кого-то бо­гато­го по тем мер­кам до­ма и ука­зал на се­мерых юно­шей, оде­тых при­мер­но так же, как сам Фос­тер, и так же тща­тель­но на­мазан­ных зо­лотом. Они сто­яли под­ле вну­шитель­но­го раз­ме­ра па­лан­ки­на, в фор­ме ле­жаще­го сфин­кса, на спи­не ко­торо­го раз­ме­щалось рос­кошное, об­ши­тое ко­рич­не­вой ко­жей крес­ло. Эри­ку не нуж­но бы­ло ра­ботать на ка­фед­ре егип­то­логии, что­бы по­нять, что он бу­дет од­ним из вось­ми ра­бов, на чье пле­чо ля­жет тя­желая ла­па фи­гуры.
«Я что, под­ря­дил­ся ра­ботать дол­ба­ным вер­блю­дом?» - зло по­думал Фос­тер, оки­дывая взгля­дом де­ревян­ное со­ору­жение. На­до ска­зать, что, будь он в дру­гой си­ту­ации, нап­ри­мер, сам вос­се­дал бы вер­хом на сфин­ксе, то, оп­ре­делен­но, оце­нил бы мас­тер­скую ра­боту соз­да­теля это­го па­лан­ки­на. Те­ло ль­ва бы­ло вы­реза­но нас­толь­ко изящ­но и при этом прав­до­подоб­но, слов­но мас­тер дер­жал пе­ред со­бой нас­то­яще­го ль­ва. Ли­цо сфин­кса бы­ло жен­ским, при­чем уди­витель­но кра­сивым и, мож­но да­же ска­зать, жи­вым.
- Жди с ни­ми! – го­лос про­вод­ни­ка от­влек Эри­ка от раз­мышле­ний, и на­ем­ник не­хотя нап­ра­вил­ся к сво­им брать­ям по нес­частью. То, как его ог­ля­дели эти се­меро, не слиш­ком пон­ра­вилось Фос­те­ру. Вмес­то со­чувс­тву­ющих взгля­дов «Дер­жись, ко­реш!», Эрик по­чувс­тво­вал на се­бе не­понят­но чем выз­ванную злость. Они бу­рави­ли его гла­зами, слов­но злей­ше­го вра­га, и от это­го на­ем­ни­ку ста­ло нес­коль­ко не по се­бе. Нет, он при­вык, что где бы он ни ока­зывал­ся, его неп­ре­мен­но на­чина­ли не­нави­деть, но не с пер­во­го же взгля­да. Для это­го Фос­тер тру­дил­ся ка­кое-то вре­мя: яз­вил, выс­ме­ивал и все­ми си­лами вы­водил лю­дей из се­бя, но сей­час он да­же рта не ус­пел от­крыть. Столь от­кро­вен­ное нед­ру­желю­бие при пер­вой встре­че бы­ло Эри­ку в ди­ковин­ку. Впро­чем, кое-ка­кие до­гад­ки уже на­чали зак­ра­дывать­ся в го­лову на­ем­ни­ка: все ра­бы бы­ли как на под­бор прив­ле­катель­ны­ми, вы­соки­ми и с хо­рошей фи­гурой, по­это­му, впол­не воз­можно, они ви­дели друг в дру­ге кон­ку­рен­тов, а Эри­ка с его бе­лой ко­жей и вов­се вос­при­няли, как вра­га. Он слиш­ком силь­но вы­делял­ся на фо­не ос­таль­ных, и не труд­но бы­ло уга­дать, на ко­го пер­вым де­лом пос­мотрит гос­по­жа.
- Ты урод­ли­вый и бе­лый, как ли­чин­ка жу­ка! – вне­зап­но ус­лы­шал Эрик злоб­ное вос­кли­цание в свой ад­рес. Один из еги­пет­ских «ап­по­лонов» ре­шитель­но нап­ра­вил­ся к не­му и тол­кнул в грудь, слов­но пь­яный скан­да­лист в ка­ком-ни­будь ба­ре. Фос­тер не ожи­дал та­кого по­воро­та, по­это­му, что­бы не по­терять рав­но­весие, ав­то­мати­чес­ки от­сту­пил на па­ру ша­гов. От пос­ледс­твий егип­тя­нина спас­ло толь­ко по­яв­ле­ние той са­мой гос­по­жи, за чье вни­мание они все так бо­ролись. Все се­меро не­мед­ленно вы­тяну­лись по струн­ке, с бла­гого­вени­ем гля­дя на жен­щи­ну, мед­ленно нап­равля­ющу­юся к па­лан­ки­ну в соп­ро­вож­де­нии еще двух кра­сав­цев. Оба ее спут­ни­ка сжи­мали в ру­ках опа­хала, ко­торым об­ма­хива­ли свою гос­по­жу и прик­ры­вали от сол­нца.
То, что Эрик еще нес­коль­ко ми­нут на­зад пред­став­лял со­бой хо­рошень­кой де­вуш­кой, на де­ле ока­залось очень пол­ной жен­щи­ной лет пя­тиде­сяти. Ее ог­ромное те­ло бы­ло об­ла­чено в бе­лое платье, ко­торое Фос­тер мыс­ленно ок­рестил не ина­че как чех­лом от ро­яля. Ко­жа жен­щи­ны блес­те­ла на сол­нце, пок­ры­тая зо­лотым на­пыле­ни­ем, а гла­за с на­вис­ши­ми ве­ками бы­ли гус­то под­ве­дены чер­ным.
- Ве­личай­шая! Ве­ликая! – ус­лы­шал Фос­тер, и все его спут­ни­ки ра­зом опус­ти­лись на ко­лени. Быс­тро осоз­нав, что он – единс­твен­ный из муж­чин у па­лан­ки­на, кто еще сто­ит на но­гах, Эрик пос­пешно пос­ле­довал при­меру ос­таль­ных.
«Что ве­ликая, это точ­но!» - в ужа­се ду­мал он, пред­ста­вив, сколь­ко мо­жет ве­сить эта «кра­сави­ца».
Эрик с до­садой наб­лю­дал за тем, как пых­тит гос­по­жа, пы­та­ясь пе­ремес­тить свою мас­сивную ту­шу на де­ревян­но­го сфин­кса. На­конец, ус­тро­ив­шись в крес­ле, она ле­ниво мах­ну­ла сво­им ра­бам, и все се­меро бро­сились под­ни­мать па­лан­кин.
«И как дол­го нам при­дет­ся тас­кать на сво­ем гор­бу это­го прес­та­рело­го бе­гемо­та?» - мрач­но раз­мышлял Фос­тер, пос­ледним приб­ли­жа­ясь к злос­час­тно­му сфин­ксу. Ему приш­лось нес­ти на сво­ем пле­че од­ну из пер­вых лап, да еще, как наз­ло стоя за спи­ной у то­го егип­тя­нина, ко­торый обоз­вал Эри­ка ли­чин­кой. Этот тип яв­но пы­тал­ся выс­лу­жить­ся, что­бы за­рабо­тать пох­ва­лу или ка­кую-то наг­ра­ду, и по­это­му все­ми си­лами пы­тал­ся зас­ло­нить со­бой «бе­лую во­рону». К счастью, нес­ти па­лан­кин ввось­ме­ром хоть и бы­ло тя­жело, но не нас­толь­ко, что­бы под­ги­бались но­ги. И всё же Фос­тер с до­лей за­вис­ти по­думал об Ин­ге­маре, ко­торый во­об­ще не ис­пы­тывал бы в дан­ный мо­мент осо­бой наг­рузки. Этот че­ловек из кос­мо­са пре­вос­хо­дил си­лой обыч­ных зем­ных лю­дей, а то и вов­се мог вос­поль­зо­вать­ся сво­им те­леки­нети­чес­ки­ми спо­соб­ностя­ми.
Они нап­равля­лись к ре­ке, но не на тот бе­рег, где доз­во­лено ку­пать­ся ра­бам, а вы­ше по те­чению, где чис­тые во­ды еще не от­равле­ны «смра­дом» тел нич­тожных. Имен­но здесь лю­били от­ды­хать бо­гатые жен­щи­ны это­го го­рода, и се­год­няшняя гос­по­жа Фос­те­ра не бы­ла ис­клю­чени­ем. Они шли уже око­ло двад­ца­ти ми­нут. Жа­ра всту­пила в свои пра­ва, и аме­рика­нец чувс­тво­вал, как по его ли­цу те­чет пот. От ус­та­лос­ти он смот­рел се­бе под но­ги, слов­но от это­го путь мог сде­лать­ся ко­роче, а воз­дух прох­ладнее. С каж­дой ми­нутой ему ка­залось, что ту­ша, си­дящая на сфин­ксе ста­новит­ся всё тя­желее. Ка­залось, это му­чение ни­ког­да не за­кон­чится, но вот вда­леке по­яви­лась ре­ка. На бе­регу уже рас­по­ложи­лись жен­щи­ны в бе­лых плать­ях, а ра­бы ста­ратель­но об­ма­хива­ли их опа­халом. При ви­де во­ды Эрик об­лизнул пе­ресох­шие гу­бы, чувс­твуя силь­ную за­висть в ад­рес тех, кто сей­час мо­жет ис­ку­пать­ся. К то­му же до бе­зумия хо­телось пить.
Злость на свое по­ложе­ние и бес­по­мощ­ность зас­та­вили Эри­ка мыс­ленно вы­ругать­ся. Сей­час он не­нави­дел бук­валь­но всё, а в осо­бен­ности – прок­ля­того ра­ба, ко­торый ос­корбил его, тол­кнул и при этом не по­лучил ни­чего вза­мен. Взгляд Эри­ка всё ча­ще ос­та­нав­ли­вал­ся на спи­не это­го ти­па, а за­тем он на­чал мед­ленно сок­ра­щать рас­сто­яние меж­ду ним и этим ти­пом. Иду­щий впе­реди был за­нят тем, что­бы гор­до дер­жать спи­ну пря­мо и вы­тяги­вать шею, слов­но ло­шадь на па­раде, по­это­му не за­мечал, как «ли­чин­ка» ос­то­рож­но под­кра­дыва­ет­ся к не­му. Что­бы не прив­ле­кать вни­мание ра­бов, иду­щих па­рал­лель­но с ни­ми, Фос­тер при­менил свою спо­соб­ность де­лать­ся нез­на­читель­ным, и, ког­да он дос­та­точ­но приб­ли­зил­ся к сво­ему обид­чи­ку, Эрик с си­лой уда­рил его под ко­лено. Но­га егип­тя­нина по­дог­ну­лась, и от не­ожи­дан­ности муж­чи­на на­чал те­рять рав­но­весие. Он уце­пил­ся за ла­пу сфин­кса, тем са­мым по­вис­нув на нем. Ощу­тив на се­бе тя­жесть, ко­торую Фос­тер де­лил со сво­им обид­чи­ком, да еще и вес са­мого обид­чи­ка, Эрик по­чувс­тво­вал, что сам вот-вот за­валит­ся. Па­лан­кин нак­ре­нил­ся, и свер­ху раз­да­лись воз­му­щен­ные аханья ис­пу­ган­ной гос­по­жи, ко­торая в ужа­се пред­ста­вила, как сей­час рух­нет на зем­лю. От ка­тас­тро­фы спас­ло лишь то, что в этот мо­мент один из ра­бов, дер­жавших опа­хало, бро­сил­ся Эри­ку на по­мощь.
То, что про­ис­хо­дило даль­ше, Фос­тер еще дол­го сма­ковал у се­бя в па­мяти. Нес­мотря на то, что «про­винив­ший­ся» егип­тя­нин пы­тал­ся оп­равдать­ся, за­яв­ляя, что это «бе­лый» на­роч­но тол­кнул его, жен­щи­на ему не по­вери­ла. Ни са­ма гос­по­жа, ни ос­таль­ные ра­бы не ви­дели про­изо­шед­ше­го, по­это­му гнев поч­тенной да­мы был по­добен рас­ка­ту гро­ма. Обоз­вав муж­чи­ну ту­пой, ле­нивой и хи­лой свинь­ей, ко­торая не сос­то­янии спра­вить­ся с ока­зан­ной ей честью, гос­по­жа ве­лела ему уб­рать­ся до­мой, где его «наг­ра­дят» де­сятью уда­рами пле­ти, а за­тем от­пра­вят уби­рать за ско­том.
«Бед­нень­кий!» - с из­девкой по­думал Эрик, про­вожая сме­ющи­мися гла­зами «впав­ше­го в не­милость». Расс­тро­ен­ный, тот по­тащил­ся об­ратно в сто­рону до­ма, в то вре­мя, как сам Фос­тер изо всех сил пы­тал­ся не рас­сме­ять­ся и выг­ля­деть всё та­ким же обол­ганным и ос­кор­блен­ным. Дру­гие ра­бы яв­но по­вери­ли сво­ему «дру­гу», но за­щищать его пе­ред гос­по­жой не рис­кну­ли.
На са­мом де­ле, да­же ес­ли бы Фос­тер и был ви­новат, гос­по­жа Не­бибит ни­ког­да бы в жиз­ни не прог­на­ла столь не­обыч­но­го ра­ба. Она ве­рила Эри­ку не за его крот­кий вид, а за мо­лоч­но-бе­лый цвет ко­жи, кра­сивое ли­цо и хо­рошую фи­гуру. Нес­мотря на свой поч­тенный воз­раст, гос­по­жа Не­бибит очень лю­била не­обыч­ных кра­сав­цев, и имен­но она ярос­тнее всех бо­ролась за Эри­ка на тор­гах. К ее глу­бокой пе­чали, по­бедил Иман­дес, и те­перь ей при­ходи­лось до­воль­ство­вать­ся тем, что брать Фос­те­ра в на­ем.
Же­лая, что­бы дру­гие жен­щи­ны рас­смот­ре­ли по­луч­ше столь ори­гиналь­ную вещь, Не­бибит ве­лела взять Эри­ку опа­хало и ид­ти под­ле нее. «Бе­лая во­рона», ко­ей яв­лялся Фос­тер, при­ковы­вал к се­бе взгля­ды егип­тя­нок, и те с лю­бопытс­твом рас­смат­ри­вали его. Ког­да Не­бибит ус­тро­илась под­ле ре­ки, од­на из де­вушек да­же спро­сила раз­ре­шения, что­бы при­кос­нуть­ся к Эри­ку.
- Мне ка­залось, что бе­лая ко­жа хо­лод­на на­ощупь! – хо­хот­ну­ла изум­ленная егип­тянка, об­ра­тив­шись к до­воль­ной Не­бибит. – А она теп­лая, как и у всех нас! Уди­витель­но!
– Бо­ги, это же вещь с пос­ледних тор­гов! – вос­клик­ну­ла дру­гая егип­тянка, ука­зывая на Эри­ка ру­кой. – Они так до­рого сто­или, что мой отец так и не по­дарил мне ни од­ной. А я бы ку­пила их все! Бе­лые ве­щи, кто бы мог по­думать... Та­кая ред­кость!
- А мой суп­руг, ви­димо, нес­коль­ко при­рев­но­вал, - рас­сме­ялась дру­гая де­вуш­ка, сколь­знув взгля­дом по Эри­ку. В этот миг он по­чувс­тво­вал се­бя ка­ким-то щен­ком ред­кой по­роды, с ко­торо­го уми­лялись эти да­моч­ки, и это не мог­ло его не за­девать. Он – на­ем­ный убий­ца, ко­торо­го ра­зыс­ки­вало двад­цать че­тыре го­сударс­тва, а эти ду­ры ви­дят в нем толь­ко бе­лую ко­жу, ко­торая в бли­жай­шее вре­мя за­горит под па­лящи­ми лу­чами, и на­вер­ня­ка под­ни­мет­ся вой. Фос­тер уже сла­бо на­поми­нал тот пель­мень, ко­торый пе­ренес­ся из пе­тер­бург­ских под­зе­мелий: брон­зо­вый за­гар уже ос­та­вил на его ко­же свой след.
Тем вре­менем в под­зе­мель­ях под Глав­ным Хра­мом, Ин­ге­мар Лар­сен про­дол­жал бо­роть­ся за жизнь не­ко­ей де­вуш­ки, ко­торая уже пол­ностью об­ра­тилась в ка­мень. Ее те­ло боль­ше не бы­ло по­рис­тым: ко­жа ста­ло мра­мор­но-бе­лой с кра­сивым ро­зова­тым под­то­ном, во­лосы, бро­ви и рес­ни­цы по­беле­ли, от­че­го де­вуш­ка все боль­ше на­поми­нала ста­тую. Она не ды­шала. Грудь не взды­малась, и Лар­сен в от­ча­янии по­думал о том, что все его уси­лия бы­ли нап­расны. Из­му­чен­ный, он с тру­дом дер­жался, что­бы не вы­пус­тить ру­ку нес­час­тной жен­щи­ны, но, ког­да он уви­дел ее та­кой, то на­чал сом­не­вать­ся. Лар­сен не знал, сколь­ко сей­час вре­мени, взош­ло ли сол­нце: в нем ос­та­лась толь­ко боль, ко­торая уже не бы­ла нас­толь­ко силь­ной, нас­коль­ко вна­чале. Те­перь Лар­сен мог трез­во мыс­лить, и толь­ко ус­та­лость пос­ле бес­сонной но­чи свин­цом раз­ли­валась по те­лу. Хо­телось зак­рыть гла­за и зас­нуть, но это бы­ло не­воз­можно. Пол­пу­ти уже прой­де­но. Ос­та­лось дой­ти до кон­ца. Ин­ге­мар не знал, нас­коль­ко вер­но он пос­ту­пил, но на­де­ял­ся, что его жер­тва не бу­дет нап­расной. Это су­щес­тво мог­ло об­ла­дать ка­кой-то ин­форма­ци­ей и, быть мо­жет, да­же прий­ти на по­мощь. В кон­це-кон­цов, че­ловек из кам­ня мог стать весь­ма цен­ным со­юз­ни­ком. Хоть бы она не ока­залась еще од­ним мес­тным чу­дови­щем!
Ин­ге­мар ус­лы­шал звук приб­ли­жа­ющих­ся ша­гов. К не­му по­дош­ла од­на из ра­бынь и по­мог­ла ему на­пить­ся, пос­ле че­го Лар­сен кив­ком поб­ла­года­рил ее. В гла­зах де­вуш­ки мель­кну­ло со­чувс­твие – она при­вык­ла наб­лю­дать за му­чени­ями, но пос­ту­пок это­го че­лове­ка не мог не вос­хи­тить ее. Кто еще в этом ми­ре по­мог бы ра­бу, об­ре­чен­но­му на смерть? У это­го че­лове­ка кра­сивым бы­ло не толь­ко ли­цо, но и сер­дце, и те­перь о нем го­вори­ли ед­ва ли не все ра­бы в хра­ме. Де­вуш­ка ед­ва ус­пе­ла пос­та­вить кув­шин, как в по­меще­нии по­яви­лись Нах­ти и Все­видя­щий. Нах­ти нес­пешно приб­ли­зил­ся к ка­мен­ной жен­щи­не и кос­нулся сво­ими урод­ли­выми паль­ца­ми ее шеи.
- Бе­зуп­речно, - про­бор­мо­тал он, пог­ла­живая бе­лос­нежную по­вер­хность. Все­видя­щий тем вре­менем на­чал из­вле­кать труб­ки из те­ла по­допыт­ной, с ин­те­рес­ном наб­лю­дая, как на их мес­те ос­та­ют­ся ды­ры, по­доб­но тем, что ос­тавля­ет свер­ло в ка­мен­ной сте­не.
- Да­же кро­ви нет, - ус­мехнул­ся Нах­ти, прос­ле­див взгляд Все­видя­щего. – Ду­маю, Ко­сэю пон­ра­вит­ся его но­вая иг­рушка. Как ду­ма­ешь, нас­коль­ко хо­роша она бу­дет в бою?
- Нас­толь­ко хо­роша, нас­коль­ко в ней бу­дет боль­ше кам­ня, не­жели че­лове­ка. Она дол­жна по­лучить­ся бесс­траш­ной и не чувс­тво­вать бо­ли. Но, впол­не воз­можно, что, ког­да она на­учит­ся при­нимать свою преж­нюю фор­му, эта ма­терия вновь ста­нет у­яз­ви­мой.
Ин­ге­мар по­чувс­тво­вал злость, слу­шая ци­нич­ный ди­алог ора­кулов. Эти боль­ные на всю го­лову пси­хопа­ты об­сужда­ли, как но­вый хо­зя­ин рас­по­рядит­ся по­лучен­ным му­тан­том, сколь­ко он про­дер­жится на аре­не, и как быс­тро раз­ва­лит­ся на кус­ки в слу­чае пра­виль­но по­доб­ранной ата­ки. Нах­ти да­же по­шутил, что Ко­сэй соз­дал эту жен­щи­ну спе­ци­аль­но, что­бы то­чить о нее но­жи и не сод­рать с нее ко­жу, ес­ли она ему на­до­ест.
- По­лагаю, их уже мож­но дос­та­вить в дом Ко­сэя и ос­во­бодить стол для но­вого во­ина, - за­дум­чи­во про­из­нес Нах­ти. – Ру­ки по­ка их тро­гать не бу­дем, пусть об­ра­щение прой­дет так, как то бы­ло за­дума­но, что­бы не пов­ре­дить то­вар.
- Ты, кста­ти, по­думал о том, что я ска­зал те­бе? – Все­видя­щий об­ра­тил к Нах­ти свои бе­лые гла­за. Тот мед­ленно кив­нул:
- Бо­лее то­го, я это про­верил. Си­ла, дей­стви­тель­но, чу­жерод­ная. Имен­но о ней упо­минал Жрец, ког­да от­ряд Ог­ня и Пес­ка зах­ва­тили бе­локо­жих во­инов. Это су­щес­тво не бы­ло выс­тавле­но на тор­ги, так как Жрец пос­чи­тал, что убил его. А те­перь оно по­кину­ло свое убе­жище и унич­то­жило всё, над чем мы тру­дились дол­гие лу­ны. Все во­ины, ко­торые мог­ли вый­ти из это­го под­зе­мелья, все они... мер­твы. Су­щес­тво пог­ло­тило их си­лы, а так­же си­лы ра­бов, ко­торые прис­матри­вали за ни­ми. На дан­ный мо­мент в под­зе­мель­ях Глав­но­го Хра­ма ни­кого не ос­та­лось.
- И ты об этом так спо­кой­но го­воришь? – рав­но­душ­но по­ин­те­ресо­вал­ся Все­видя­щий.
- Да. По­тому что до это­го у ме­ня бы­ло ви­дение, и са­мых мо­гущес­твен­ных я за­ранее пе­ренес в твои уго­дия. В ком­на­ту За­вер­ше­ния.
- По­нимаю, - Все­видя­щий за­кон­чил из­вле­кать труб­ки, и ап­па­рат, под­клю­чен­ный к де­вуш­ке, рас­тво­рил­ся в воз­ду­хе. – Что бу­дешь де­лать с тем, кто унич­то­жил твою ра­боту?
- Я уже сде­лал, - ус­мехнул­ся Нах­ти. С эти­ми сло­вами он нап­ра­вил­ся прочь, и Все­видя­щий пос­ле­довал за ним. Даль­ней­шую часть раз­го­вора Ин­ге­мар не мог слы­шать, но прек­расно по­нимал, о ка­кой си­ле идет речь. По ка­кой-то при­чине Эрис­тель унич­то­жил бу­дущих во­инов аре­ны и тем са­мым об­ру­шил на се­бя ярость ора­кула...
Зал, в ко­тором сей­час на­ходи­лась Ли­лит, по­ражал во­об­ра­жение. Все сте­ны сос­то­яли из ги­гант­ских зо­лотых плит с пись­ме­нами и ри­сун­ка­ми, а фи­гуры бо­гов бы­ли вы­точе­ны нас­толь­ко бе­зуп­речно, что не ве­рилось, что это ра­бота древ­них егип­тян. По пе­римет­ру ком­на­ты бы­ли рас­став­ле­ны рос­кошные ам­фо­ры, ук­ра­шен­ные дра­гоцен­ны­ми кам­ня­ми, а све­тиль­ни­ки из­го­тов­ле­ны из чис­то­го зо­лота. Пос­ле то­го, как гра­финю вы­пус­ти­ли из за­точе­ния, ей ве­лели не­мед­ленно прис­ту­пать к ра­боте и на­тирать по­лы в За­ле Бо­гов. Нах­ти не поз­во­лил ей да­же пе­ревя­зать ра­ны, а об ис­це­лении Ли­лит и уж по­дав­но не сме­ла меч­тать. Те­перь ее гор­ды­ня рез­ко уба­вилась. Она без­ро­пот­но взя­ла щет­ку и при­нялась за ра­боту. Сто­ять на ко­ленях бы­ло не­выно­симо боль­но – глу­бокий по­рез, ос­тавлен­ный кну­том, рас­се­кал ко­жу пря­мо на ко­лен­ной ча­шеч­ке, но, ког­да гра­финя хо­тела бы­ло сесть, Нах­ти по­явил­ся вновь и приг­ро­зил вы­сечь ее еще раз, пос­ле че­го его фи­гура опять рас­тво­рилась в воз­ду­хе. Гра­финя не сра­зу по­чувс­тво­вала неч­то прох­ладное, воз­никшее у нее на гру­ди, но за­тем ма­шиналь­но про­вела ру­кой по сво­ей шее, по­чувс­тво­вав на ней це­поч­ку. В ту же ми­нуту Ли­лит по­чувс­тво­вала, как ее сер­дце на­чина­ет бить­ся быс­трее.
«Эрис­тель!»
Ку­лон по­явил­ся на ее шее из ни­от­ку­да, и от вол­не­ния де­вуш­ка да­же за­была об уг­ро­зах Нах­ти. Ос­та­лось лишь бес­ко­неч­ное ощу­щение ра­дос­ти, что те­перь она не од­на. Мысль о том, что с Ин­ге­маром мог­ло слу­чить­ся что-то дур­ное, она от­ри­цала: ког­да ря­дом Эрис­тель ни с кем ни­чего пло­хого не мо­жет про­изой­ти. Этот кол­дун слиш­ком умен, что до­пус­тить по­доб­ное.
Ли­лит схва­тилась за ук­ра­шение, креп­ко сжи­мая в ру­ке пе­пель­но-се­рый ка­мень, и про­шеп­та­ла:
- Эрис­тель, про­шу вас, по­моги­те. Мне нуж­на ва­ша ле­чеб­ная си­ла!
Гра­финя по­нима­ла, что нек­ро­ман­ту мог­ло не пон­ра­вить­ся, что его пос­то­ян­но дер­га­ют, как джин­на из бу­тыл­ки, но ино­го вы­бора у нее не бы­ло. Но прош­ло нес­коль­ко ми­нут, а нек­ро­мант не от­зы­вал­ся. Чувс­тво тре­воги на­чало ох­ва­тывать гра­финю. Быть мо­жет, что-то пош­ло не так? Быть мо­жет, за­дание ка­пита­на Лар­се­на ока­залось ку­да бо­лее тя­желым, не­жели она пред­по­лага­ла? Де­вуш­ка до сих пор не ви­дела его, и ник­то, к ко­му бы она ни об­ра­щалась, не от­ве­чал на ее воп­ро­сы. Ра­бы ис­пу­ган­но от­во­рачи­вались от нее, а сам Нах­ти лишь неп­ри­ят­но ух­мыль­нул­ся. Ли­лит ус­по­ка­ива­ла се­бя тем, что ря­дом с Ин­ге­маром на­ходит­ся Эрис­тель, но те­перь ее на­деж­ды на­чали рас­сы­пать­ся, слов­но кар­точный до­мик при по­рыве вет­ра.
Все еще сжи­мая в ру­ке ка­мень, Ли­лит по­чувс­тво­вала, что ее гла­за вновь на­чина­ют за­вола­кивать сле­зы, и мыс­ленно ра­зоз­ли­лась на се­бя. Нет, она не нас­толь­ко сла­бая, что­бы рас­пла­кать­ся во вто­рой раз. Ник­то в этом прок­ля­том го­роде боль­ше не зас­та­вит ее пла­кать, а ес­ли пос­ме­ет, то не­мед­ленно от­пра­вит­ся пря­миком в ад.
Пог­ру­жен­ная в свои мыс­ли, Ли­лит не сра­зу по­чувс­тво­вала, что в по­меще­нии ста­новит­ся прох­ладнее. По ее ко­же по­бежа­ли му­раш­ки, и де­вуш­ка зяб­ко по­ежи­лась. В тот же миг она под­ня­лась с ко­лен, и ее гу­бы тро­нула счас­тли­вая улыб­ка. Ес­ли бы не все пра­вила, ко­торы­ми она ог­ра­дила се­бя от собс­твен­ных эмо­ций, Ли­лит уже бро­силась бы на шею то­му, кто сей­час сто­ял пе­ред ней на рас­сто­янии в нес­коль­ко ша­гов. Эрис­тель смот­рел на нее с при­выч­ным ему спо­кой­стви­ем, но те­перь в его взгля­де чи­талась ус­та­лость. Толь­ко сей­час Ли­лит за­мети­ла, что его те­ло час­тично прос­ве­чива­ет, и сквозь ко­жу она ви­дит его кос­ти. Гла­за нек­ро­ман­та бы­ли аб­со­лют­но бе­лыми, ли­цо из­можден­ным, а гу­бы пот­рескав­ши­мися. Ка­залось, он из пос­ледних сил удер­жи­ва­ет свою ны­неш­нюю фор­му, от­че­го гра­фине ста­ло жут­ко.
- Ты бо­ишь­ся... - ед­ва слыш­но про­из­нес он, слов­но про­читав мыс­ли де­вуш­ки. От его го­лоса Ли­лит по­чему-то вздрог­ну­ла.
- Что... что с ва­ми про­изош­ло? – она пы­талась го­ворить уве­рен­но, но Эрис­тель без тру­да ви­дел ее рас­те­рян­ность. Она смот­ре­ла на не­го, как ис­пу­ган­ная де­воч­ка, ко­торой толь­ко гор­дость не поз­во­ляла рас­пла­кать­ся. Ви­димо, Ли­лит уже ри­сова­ла в сво­ей го­лове страш­ные сю­жеты, свя­зан­ные с тем, что мог­ло про­изой­ти с ним и Ин­ге­маром.
Эрис­тель спо­кой­но наб­лю­дал за ней, од­на­ко с каж­дой ми­нутой ему ста­нови­лось все слож­нее кон­цен­три­ровать­ся. Он не ожи­дал, что не­кий кол­дун по име­ни Жрец, най­дет его, а Нах­ти за­гонит в ло­вуш­ку. Эти двое ата­кова­ли его од­новре­мен­но, и те си­лы, ко­торые Эрис­тель смог заб­рать у во­инов, не силь­но ему по­мог­ли. Те­ло нек­ро­ман­та стре­митель­но раз­ру­шалось, а заб­рать жиз­ненную энер­гию у ка­пита­на он не мог хо­тя бы по­тому, что ее не бы­ло в дос­та­точ­ном ко­личес­тве. В про­тив­ном слу­чае, Лар­сен и его ка­мен­ная жен­щи­на бы­ли бы уже мер­твы.
- Мно­гое про­изош­ло, - ук­лончи­во от­ве­тил нек­ро­мант. – Но мо­жете быть спо­кой­ны, ка­питан Лар­сен по­ка еще жив. И да­же ус­пел спас­ти жизнь еще од­но­му че­лове­ку.
Ус­лы­шав эти сло­ва, Ли­лит по­чувс­тво­вала об­легче­ние, од­на­ко не нас­толь­ко, что­бы ус­по­ко­ить­ся. Внеш­ний вид Эрис­те­ля ужас­нул ее. Его энер­ге­тика бы­ла та­кой сла­бой, что де­вуш­ке по­каза­лось, что он вот-вот ис­чезнет.
- Вам нуж­на бы­ла моя ле­чеб­ная си­ла? – мяг­ко по­ин­те­ресо­вал­ся кол­дун, и Ли­лит от­ри­цатель­но по­кача­ла го­ловой.
- Нет. Нет.
Как она мог­ла про­сить его о по­доб­ном, ког­да нек­ро­мант сам цеп­лялся за свою жизнь?
Эрис­тель ус­та­ло пос­мотрел на Ли­лит и мед­ленно приб­ли­зил­ся к ней. Его паль­цы кос­ну­лись под­бо­род­ка де­вуш­ки, и гра­финя мыс­ленно сод­рогну­лась: она ощу­тила при­кос­но­вение ске­лета к сво­ей ко­же.
- Мне ка­жет­ся, ты сов­сем за­пута­лась, Ли­лит. В тво­ей жиз­ни мно­гое про­ис­хо­дит, но не­уже­ли ты мо­жешь ис­поль­зо­вать ме­ня так, как сво­их гор­гу­лий, по­ручая ка­кие-то за­дания?
Гра­финя вздрог­ну­ла, но не отс­тра­нилась. Нек­ро­мант стран­но дей­ство­вал на нее, за­вора­живал и опь­янял, а ког­да ис­че­зал, Ли­лит зли­лась на свое не­уме­ние про­тивить­ся это­му че­лове­ку.
"К че­му он кло­нит?" - ду­мала она.
Но, ког­да паль­цы Эрис­те­ля кос­ну­лись чер­ной пря­ди ее во­лос, а за­тем сколь­зну­ли на шею, де­вуш­ка по­чувс­тво­вала, как ее про­бира­ет оз­ноб.
- В те­бе есть си­ла, ко­торая спо­соб­на за­щитить те­бя от мно­гих, но толь­ко не от те­бя са­мой. Твои спут­ни­ки сде­лали те­бя сла­бой. Ска­жи мне, Ли­лит, за­чем те­бе столь мо­гущес­твен­ная ма­гия, ког­да на са­мом де­ле ты - все­го лишь ма­ри­онет­ка. За­виси­мая. Со­вер­шенно пус­тая в сво­ей сла­бос­ти. И уже пок­ры­тая тре­щина­ми.
Ли­лит по­няла, что за­думал нек­ро­мант, но преж­де чем она ус­пе­ла про­из­нести за­щит­ное зак­ли­нание, ру­ка Эрис­те­ля прош­ла сквозь ее грудь. Хо­лод за­пол­нил те­ло, от­че­го Ли­лит бес­по­мощ­но за­мер­ла, пос­лушно опус­тив ру­ки. С каж­дой се­кун­дой те­ло Эрис­те­ля те­ряло свою эфир­ность, а его энер­ге­тика ста­нови­лась всё силь­нее. С губ Ли­лит сры­вал­ся пар, слов­но она на­ходи­лась на ули­це в мо­роз­ное зим­нее ут­ро. В тот же миг де­вуш­ка по­чувс­тво­вала, как ее сер­дце­би­ение на­чина­ет за­мед­лять­ся, а са­ма она стре­митель­но сла­бе­ет.
Ког­да нек­ро­мант отс­тра­нил­ся и вы­пус­тил из рук свою жер­тву, Ли­лит осе­ла на пол, чувс­твуя, что ед­ва в си­лах под­нять­ся. Го­лова кру­жилась так, что все плы­ло пе­ред гла­зами, и че­рез миг де­вуш­ка по­теря­ла соз­на­ние.
Нес­коль­ко се­кунд Эрис­тель рав­но­душ­но смот­рел на гра­финю, слов­но про­ща­ясь с ней, как с по­кой­ни­ком, а за­тем сор­вал с ее шеи ку­лон и през­ри­тель­но от­швыр­нул его в сто­рону.
За­тем фи­гура нек­ро­ман­та рас­тво­рилась в воз­ду­хе. Ка­мень на ук­ра­шении Ли­лит те­перь был пре­датель­ски крас­ным...
Ут­ро Рей­ве­на Хар­та на­чалось на лу­жай­ке под ок­ном до­ма Не­фер­та­ри. За ночь он силь­но прод­рог, но, ког­да сол­нце ок­ра­сило го­ризонт, по­лицей­ский на­чал сог­ре­вать­ся. Он прос­нулся, ког­да зна­комый муж­ской го­лос ок­ликнул его, наз­вав ду­рац­ким проз­ви­щем, ко­торое при­лип­ло к не­му еще с тор­гов.
- За что те­бя так, Змей? – пов­то­рил го­лос, и Рей­вен при­от­крыл гла­за. Ря­дом с ним си­дел во­ин с фи­оле­товы­ми гла­зами и с лю­бопытс­твом смот­рел на не­го, же­лая пер­вым вы­ведать, за что он умуд­рился по­пасть на цепь. Каж­дый из здеш­них оби­тате­лей-во­инов уже сде­лал став­ку, и Ари­зену не тер­пе­лось стать по­беди­телем.
- Вы­шел из тюрь­мы без раз­ре­шения над­зи­рате­ля, - от­ве­тил Рей­вен, уса­жива­ясь на тра­ве и сон­но по­тирая гла­за. – Ко­торый час?
Но за­тем он пос­мотрел на свое за­пястье и ти­хо вы­ругал­ся. На ча­сах бы­ло че­тыре пять­де­сят шесть. Он прос­пал все­го па­ру ча­сов, по­это­му го­лова на­поми­нала бок­сер­скую гру­шу. В тот же миг Рей­ве­ну за­хоте­лось пе­ревер­нуть­ся на дру­гой бок и про­дол­жить спать. Но па­рень с фи­оле­товы­ми гла­зами не уни­мал­ся:
- По­чему ты раз­го­вари­ва­ешь так стран­но? Ты что, родс­твен­ник Сфин­кса?
- А че­го ты прис­тал? – Хар­ту по­каза­лось по­доз­ри­тель­ным, что этот тип про­яв­ля­ет та­кое дру­желю­бие.
- Не каж­дый день на свет рож­да­ют­ся Сфин­ксы, - хо­хот­нул Ари­зен. – Го­ворят, ты умуд­рился по­ранить гос­по­жу. Это прав­да?
- По­ранил – это гром­ко ска­зано. Прос­то по­цара­пал. Ты луч­ше вот что ска­жи, что со мной бу­дет?
- Не знаю, - Ари­зен по­жал пле­чами. – Ско­рее все­го ос­та­вят на сол­нце­пеке. Но ни­чего страш­но­го! Я так то­же си­дел.
- То­же за по­бег?
- Нет, ху­же...
Рей­вен удив­ленно под­нял бро­ви, гля­дя на юно­шу. Он не пред­став­лял, что для ра­ба мог­ло быть что-то еще страш­нее, чем не­удав­ша­яся по­пыт­ка уд­рать ку­да по­даль­ше от сво­его хо­зя­ина.
- Я раз­вле­кал­ся с ра­быня­ми без раз­ре­шения, и две из них по­нес­ли... Не по­вез­ло, - с эти­ми сло­вами па­рень по­чесал за­тылок и вновь про­дол­жил свой доп­рос:
- Из ка­кого ты го­рода?
- Те­бе всё рав­но наз­ва­ние ни­чего не ска­жет. А вот ты мог бы мно­гое рас­ска­зать мне о сво­ем го­роде...
- А что те­бе ин­те­рес­но? – Рей­ве­на от­кро­вен­но оза­дачи­вало дру­желю­бие то­го, кто еще сов­сем не­дав­но не хо­тел его учить и през­ри­тель­но на не­го фыр­кал.
- Что та­кое лу­ны? - спро­сил Харт. - Как их раз­до­быть и мож­но ли ку­пить се­бе сво­боду? И что во­об­ще за прок­лятье у вас?
- Эй, по­мед­леннее, - Ари­зен ве­село рас­сме­ял­ся. – Как ты мо­жешь раз­до­быть лу­ны, ес­ли они на не­бе. Сов­сем ду­рак! Лу­ны са­ми в не­бе по­яв­ля­ют­ся.
- Так вы эти лу­ны име­ли вви­ду... Как же вы пла­тите ими за ра­бов?
- Ора­кулы и гос­по­да не пла­тят лу­нами в пря­мом смыс­ле это­го сло­ва, а пог­ло­ща­ют кош­ма­ры и боль, ко­торые вы­зыва­ют­ся у них прок­лять­ем. На ра­бов это не дей­ству­ет, так как нас прок­лял имен­но раб. И Ан­кха­нар то­же бы­ла из ра­бынь.
Рей­вен ни чер­та не по­нял из все­го ус­лы­шан­но­го. Этот па­рень го­ворил быс­тро, мыс­ли его бы­ли рва­ными, за­то нас­тро­ение бы­ло та­ким ве­селым, что Харт на­чал по­нимать, по­чему его на­зыва­ют щен­ком. Будь у это­го ду­ралея хвост, он бы уже вов­сю ви­лял им. Выг­ля­дел этот маль­чиш­ка не стар­ше сем­надца­ти, по­это­му из ко­жи вон лез, что­бы все его вос­при­нима­ли всерь­ез.
- Так, да­вай еще раз, - поп­ро­сил Рей­вен. – Я пра­виль­но по­нимаю, что на го­род на­ложе­но ка­кое-то прок­лятье, ко­торое дей­ству­ет на гос­под и ора­кулов?
- Да!
- И на Не­фер­та­ри оно то­же дей­ству­ет?
- Да! Как толь­ко она по­лучи­ла сво­боду и ста­ла гос­по­жой.
- И как ра­бота­ет это прок­лятье?
- А я от­ку­да знаю, я же раб! – Ари­зен вновь ве­село рас­сме­ял­ся. – Но гос­по­да го­ворят, что как толь­ко вос­хо­дит лу­на, боль прон­за­ет все их те­ло, а в го­лову ле­зут кош­ма­ры. Раз­ные чу­дови­ща ме­рещат­ся и так да­лее. А ора­кулы спо­соб­ны пог­ло­щать эти ужа­сы. То есть, гос­по­да пла­тят им зо­лотом, пи­щей или ве­щами. Нап­ри­мер: один бык – это од­на лу­на, или двад­цать меш­ков зер­на, или дра­гоцен­ный ка­мень ка­кого-то оп­ре­делен­но­го раз­ме­ра... Нап­ри­мер, Ко­сэй рас­пла­чива­ет­ся ме­белью. У не­го са­мая пот­ря­са­ющая ме­бель во всем го­роде. И у не­го в за­пасе, на­вер­ное, сот­ни лун!
Рей­вен ед­ва за­мет­но кив­нул.
- Ну, хо­рошо, а что за прок­лятье? От­ку­да оно во­об­ще взя­лось?
- Сэтх нас­лал, от­ку­да еще мо­гут брать­ся та­кие прок­лятья. Из­ви­ни, Змей, но, по-мо­ему, ты сов­сем ду­рак!
- Сэтх это...?
- Ты из­де­ва­ешь­ся? – Ари­зен удив­ленно ус­та­вил­ся на Рей­ве­на.
- Вот что, да­вай ты пе­рес­та­нешь ком­менти­ровать каж­дый мой воп­рос, а бу­дешь нор­маль­но от­ве­чать, а я те­бе кое-что за это от­дам. Дар бо­гов.
- Ка­кой еще дар бо­гов? – лю­бопытс­тво на ли­це пар­ня бы­ло не­пере­дава­емым.
- Ког­да ме­ня от­пустят и поз­во­лят вер­нуть­ся в свою ком­на­ту, по­кажу. А по­ка да­вай без ос­кор­бле­ний. Кто та­кой Сэтх?
- ЭТО БОГ, Змей! Та­кой же ве­ликий бог, как Ра, Оси­рис, Ану­бис, Бас­тэт, Гор, Геб, Ма­ат...
- Всё, я по­нял, да­вай даль­ше. И что де­ла­ет этот ваш бог?
- Что зна­чит ваш? Наш бог! Бог ярос­ти, жес­то­кос­ти, вой­ны, смер­ти, пес­ча­ных бурь и раз­ру­шения. Са­мый сви­репый из всех, су­щес­тву­ющих в ми­ре! Наш го­род – это его уго­дия, по­это­му в каж­дом из нас жи­вет Сэтх. Сэтх лю­бит аре­ну, и имен­но для не­го всё де­ла­ет­ся. Лю­бит кровь и жес­то­кость, и мы ра­ду­ем его, как мо­жем.
«Или се­бя, иди­оты...» - зло по­думал Рей­вен. Его всег­да по­ража­ла при­выч­ка лю­дей оп­равды­вать лю­бую свою га­дость, ссы­ла­ясь на во­лю бо­гов.
- Де­ло не в Сэт­хе, а в ва­ших ора­кулах и гос­по­дах, ко­торым нра­вит­ся ус­тра­ивать кро­вавые зре­лища. Вот и всё, - ти­хо про­из­нес он, пос­мотрев на сво­его со­бесед­ни­ка.
- Нет, до то­го ра­ба, ко­торый прок­лял нас, всё бы­ло нам­но­го луч­ше. Не бы­ло лун!
- А за что вас прок­лял этот раб? – уточ­нил Рей­вен.
- За аре­ну, пыт­ки и убий­ства ра­бов, - ра­дос­тно от­ве­тил Ари­зен, пос­ле че­го нах­му­рил­ся и за­дум­чи­во пос­мотрел на Хар­та. – Хо­тя, по­луча­ет­ся, всё бы­ло так же, как сей­час. Толь­ко до­бави­лись лу­ны...
Рей­вен снис­хо­дитель­но пос­мотрел на мо­лодо­го пар­ня, ко­торо­му толь­ко что от­крыл Аме­рику.
- А что это за Ах... ко­нар или ко­мар ка­кой-то?
- Ан­кха­нар? – Ари­зен сно­ва раз­ве­селил­ся. – Змей, ты та­кой...
Вне­зап­но юно­ша прер­вался, и в его гла­зах от­ра­зилась тре­вога. Рей­вен прос­ле­дил за взгля­дом со­бесед­ни­ка, и уви­дел, как из пес­ка об­ра­зовы­ва­ет­ся жен­ская фи­гура. Ари­зен вско­чил на но­ги, как ужа­лен­ный, и низ­ко пок­ло­нил­ся. Пе­ред ним сто­яла Не­фер­та­ри, мрач­но скрес­тив ру­ки на гру­ди. Рей­вен то­же под­нялся с зем­ли, не же­лая смот­реть на егип­тянку сни­зу вверх, од­на­ко кла­нять­ся не стал.
- По­чему ты раз­го­вари­ва­ешь с ним, Ще­нок? – об­ру­шилась Не­фер­та­ри на сво­его ра­ба. Тот бро­сил взгляд на Рей­ве­на и быс­тро про­из­нес.
- По­тому что он со мной раз­го­вари­вал!
Харт по­косил­ся на Ари­зена, нес­коль­ко не­до­уме­вая с его ар­гу­мен­тов.
- Зап­ре­та на сло­ва не бы­ло, по­это­му ты не мо­жешь ру­гать нас за раз­го­вор, - от­ве­тил Рей­вен. Его гла­за ок­ра­сились мед­ным, яс­но да­вая по­нять, что он зол нас­толь­ко, что не в сос­то­янии это­го скрыть. В этот миг он бук­валь­но не­нави­дел эту жен­щи­ну.
- Я мо­гу де­лать всё, что за­хочу, вещь! – в гне­ве вос­клик­ну­ла егип­тянка. – Ари­зен, при­веди Ало­ли. Мне он на­чина­ет на­до­едать...
- Так, так, так, ка­кие мы сви­репые! – раз­дался иро­нич­ный жен­ский го­лос, и Не­фер­та­ри рез­ко обер­ну­лась, же­лая вы­яс­нить, кто сме­ет вме­шивать­ся, ког­да она со­бира­ет­ся про­учить сво­их ра­бов. В тот же миг гу­бы егип­тянки тро­нула улыб­ка.
- Ака­на! – вос­клик­ну­ла она и быс­тро нап­ра­вилась навс­тре­чу той, кто сей­час сто­яла у во­рот в соп­ро­вож­де­нии двух сво­их ра­бов. Обе егип­тянки креп­ко об­ня­лись.
– Не­уже­ли ты поп­ра­вилась? - Не­фер­та­ри лас­ко­во пог­ла­дила под­ру­гу по ще­ке, а за­тем сно­ва при­жала к се­бе. – Я мо­лилась за те­бя бо­гам, ми­лая! И бо­ги ус­лы­шали. Ты все-та­ки спра­вилась со сво­им не­дугом.
За­тем Не­фер­та­ри бро­сила ми­молет­ный взгляд на дво­их спут­ни­ков Ака­ны, ко­торые сто­яли по­одаль, и ра­дос­тно вос­клик­ну­ла:
- А у ме­ня то­же бе­лая вещь. Иди сю­да, ты же еще не ви­дела! – с эти­ми сло­вами егип­тянка схва­тила под­ру­гу за ру­ку и по­тащи­ла ее к Рей­ве­ну, пос­ле че­го ука­зала на не­го паль­цем и до­воль­но улыб­ну­лась. Но Хар­та ку­да боль­ше ин­те­ресо­вала не нез­на­комая гос­по­жа, а ее спут­ник. Уви­дев Дмит­рия, он кив­нул ему в знак при­ветс­твия, и тот от­ве­тил та­ким же кив­ком. Оба пе­рег­ля­дыва­лись, на­де­ясь, что им удас­тся об­молвить­ся хоть па­рой слов и уз­нать о судь­бе сво­их спут­ни­ков. Рей­вен стал пер­вым пос­ле Иль­не­са, ко­го встре­тил Лес­ков, и он уже знал, что аме­рика­нец жив. Од­на­ко, уви­дев его на це­пи, по­нял, что де­ла об­сто­ят не так хо­рошо. В свою оче­редь, Рей­вен не мог не ужас­нуть­ся сос­то­янию Лес­ко­ва. Ще­тина, из­можден­ный вид, ка­кая-то тряп­ка вмес­то кос­тю­ма за не­цен­зурную сум­му де­нег.
- Эти бе­лые ве­щи очень мно­го о се­бе мнят, - по­жало­валась Не­фер­та­ри. – Чем бе­лее, тем наг­лее се­бя ве­дут. Ви­димо, счи­та­ют, что из-за их цве­та ко­жи им ни­чего не сде­ла­ет­ся.
- Знаю я од­но­го, кто как раз-та­ки сде­ла­ет с ни­ми всё имен­но из-за цве­та ко­жи, - мрач­но ус­мехну­лась Ака­на. – Ин­те­рес­но, ес­ли от­пра­вить их на де­нек-дру­гой к Ко­сэю, мо­жет, они ста­нут бо­лее пок­ла­дис­ты­ми. Мой Дми-Три от­ка­зыва­ет­ся есть, пить и вес­ти се­бя так, как я за­хочу.
- С ка­ких это пор по­явил­ся тот, кто те­бе в чем-то от­ка­зыва­ет? – Не­фер­та­ри с лю­бопытс­твом пос­мотре­ла на то­го, ко­го наз­ва­ли Дми-Три.
- По­тому что он сам вну­ша­ет дру­гим свою во­лю. Это и есть его спо­соб­ность.
- Ах, те­перь я по­нимаю, по­чему во вре­мя тор­гов его хо­тели ку­пить все. Гос­по­да проз­на­ли о его спо­соб­ности. А мне ник­то не ска­зал. Я бы тог­да са­ма его при­купи­ла. Хо­тя ку­да мне... С этим бы спра­вить­ся.
Ака­на ус­мехну­лась.
- Я мо­гу по­мочь... Я ведь то­же умею убеж­дать, - с эти­ми сло­вами она хо­тела бы­ло приб­ли­зить­ся к Рей­ве­ну, но Не­фер­та­ри ос­та­нови­ла ее. По­чему-то ей не пон­ра­вилось это пред­ло­жение под­ру­ги. Она не хо­тела, что­бы кто-то ус­ми­рил ее ра­ба рань­ше, чем то сде­ла­ет она. Из до­ма как раз выш­ла Ало­ли с нес­час­тным Ари­зеном, но Не­фер­та­ри ле­ниво от­махну­лась от них, ска­зав, что по­том на­кажет про­винив­шихся. Обе гос­по­жи нап­ра­вились к во­до­ему со свя­щен­ны­ми во­дами, где за­хоте­ли ос­ве­жить­ся, а Дмит­рия и Рей­ве­на ос­та­вили вдво­ем. Ока­зав­шись на­еди­не, они ус­пе­ли пе­реб­ро­сить­ся па­рой фраз и к об­щей до­саде вы­яс­нить, что ни тот, ни дру­гой не зна­ют, что про­ис­хо­дит с Эри­ком, Ли­лит и Ин­ге­маром. Харт вкрат­це пе­рес­ка­зал ис­то­рию сво­их злок­лю­чений, Дмит­рий су­хо по­делил­ся сво­ими.
По­лицей­ский не сра­зу за­метил, как Дмит­рий смот­рит ему че­рез пле­чо. Его гла­за на миг ок­ра­сились мед­ным, и спус­тя нес­коль­ко ми­нут ра­быня, ко­торая хо­тела бы­ло под­слу­шать их раз­го­вор, при­нес­ла им кув­шин с во­дой. Рей­вен поз­во­лил рус­ско­му на­пить­ся пер­во­му, да и раз­мер ем­кости был дос­та­точ­но ве­лик, что­бы хва­тило на дво­их. Пос­ле оба опус­ти­лись на тра­ву, об­суждая за­гадоч­ный ко­лодец Го­ра, ко­торый в ито­ге ока­зал­ся все­го лишь оче­ред­ным чу­дови­щем. За­тем их раз­го­вор пе­рек­лю­чил­ся на аре­ну, на лу­ны, на прок­лятье. Раз­го­вор с Лес­ко­вым сей­час ка­зал­ся Рей­ве­ну ка­кой-то от­ду­шиной. Сей­час их враж­да уш­ла на вто­рой план, и обо­их ку­да боль­ше ин­те­ресо­вало, как выб­рать­ся из это­го прок­ля­того мес­та...
Ут­ро од­но­го из пред­ста­вите­лей ве­лико­го эль­фий­ско­го на­рода на­чалось с па­дения че­го-то лип­ко­го и мок­ро­го пря­мо ему на грудь. Иль­нес рез­ко сел на пос­те­ли и брез­гли­во смах­нул с се­бя яр­ко-си­нюю слизь, ко­торая шлеп­ну­лась на пол и за­мер­ла, слов­но ре­шила при­кинуть­ся дох­лой. Нес­коль­ко се­кунд эльф оша­рашен­но смот­рел на не­ведо­мое су­щес­тво, пы­та­ясь по­нять, пред­став­ля­ет ли оно опас­ность, но пос­ле вче­раш­ней встре­чи с Кли­ти­ем, Иль­нес го­тов был по­доз­ре­вать да­же му­равь­ев. В тот мо­мент, ког­да эльф по­тянул­ся за ка­мен­ной ста­ту­ей бо­гини Бас­тэт, что­бы об­ру­шить ее на стран­ную суб­стан­цию, дверь рез­ко рас­пахну­лась, и в ком­на­ту заг­ля­нула уже зна­комая Иль­не­су де­вица со стран­ным име­нем Ро­са.
- Пос­лу­шай, а ты не ви­дел... – на­чала бы­ло она, как вдруг за­мети­ла то, что она ис­ка­ла, ле­жащим пос­ре­ди ком­на­ты на по­лу. За­тем ее взгляд сколь­знул по ру­ке эль­фа, ко­торая уве­рен­но сжи­мала го­лову Бас­тэт и уже при­под­ни­мала фи­гур­ку над по­вер­хностью сто­ла.
- Да­же ду­мать за­будь! – про­из­несла де­вуш­ка, уга­дав, что за­мыс­лил ос­тро­ухий. – Я не для то­го би­лась над ним трид­цать де­вять дней, что­бы ты раз­да­вил его! От­ку­да в те­бе столь­ко кро­вожад­ности, по­мощ­ник? Вче­ра ты про­будил «охот­ни­ка», ко­торый ед­ва не убил те­бя и всех оби­тате­лей Ком­на­ты Ис­ти­ны, а се­год­ня ре­шил раз­да­вить не­вин­ное соз­да­ние, чья за­дача зак­лю­ча­ет­ся в том, что­бы от­пу­гивать на­секо­мых. Или те­бе нра­вит­ся, ког­да по но­чам те­бя ку­са­ют раз­ные кры­латые...
- От­ку­да мне знать, что эта шту­кови­на пред­назна­чена для то­го, что­бы от­го­нять ко­маров! - Иль­нес нах­му­рил­ся, но все-та­ки пос­та­вил фи­гур­ку бо­жес­тва об­ратно и приб­ли­зил­ся к сво­ей гостье. – И во­об­ще-то, неп­ло­хо бы на­учить­ся дер­жать сво­их пи­том­цев при се­бе, а так же быть веж­ли­вее и хоть иног­да здо­ровать­ся. Для раз­но­об­ра­зия. Я да­же по­кажу при­мер: здравс­твуй, Ро­са! Как спа­лось?
Бес­це­ремон­ность этой де­вуш­ки нес­коль­ко рас­серди­ла эль­фа. Его на­род ни­ког­да не поз­во­ля­ет се­бе по­доб­но­го па­ниб­ратс­тва. Раз­ве что смер­тель­ная опас­ность зас­та­вит их вор­вать­ся в ком­на­ту к спя­щему, да­же не за­ботясь о том, что этот са­мый спя­щий мо­жет быть не­одет.
- Это те­бе спа­лось, а я спа­сала ком­на­ту Ис­ти­ны от то­го раз­гро­ма, что ты там ус­тро­ил, - ус­мехну­лась де­вуш­ка. – И что это за це­ремо­нии та­кие? Ты что, фа­ра­оном се­бя во­зом­нил? Та­кой же раб, как и все.
- Я ни­ког­да не был и не бу­ду ра­бом, Ро­са, - спо­кой­но от­ве­тил Иль­нес. – Мой на­род ско­рее сло­жит го­лову, не­жели под­чи­нит­ся.
- Те­перь по­нят­но, по­чему поч­ти все твои соб­ратья уже ли­бо вы­сече­ны, ли­бо си­дят в под­зе­мель­ях, ли­бо от­прав­ле­ны на опы­ты. Уп­ря­мые вы­соко­мер­ные выс­кочки, что с вас возь­мешь.
В тот же миг Иль­нес пе­реме­нил­ся в ли­це.
- Они – не мой на­род! Я – эльф, а они – лю­ди!
- Ты бе­лый, они то­же бе­лые. Ка­кая раз­ни­ца! Ес­ли те­бя уко­лоть, раз­ве не по­течет кровь? Что в вас, эль­фах, та­кого осо­бен­но­го, кро­ме жаж­ды убий­ства.
- В нас нет жаж­ды убий­ства!!! – Иль­нес хоть и бо­рол­ся со сво­ими эмо­ци­ями, пы­та­ясь го­ворить сдер­жанно и воз­вы­шен­но, как его учи­ли, но за­яв­ле­ние Ро­сы в миг пе­речер­кну­ло все его спо­кой­ствие. – Мой на­род – са­мый ми­ролю­бивый. Мы ни­ког­да не на­падем пер­вы­ми. И то чу­дови­ще в ком­на­те Ис­ти­ны я про­будил лишь по­тому, что хо­тел по­мочь Кли­тию. Он стра­дал от жаж­ды! А это... си­нее... я пос­чи­тал оче­ред­ным чу­дищем в ва­шем бе­зум­ном го­роде! И мои спут­ни­ки – не эль­фы. И ни­ко­им об­ра­зом к ним не от­но­сят­ся.
В тот же миг Иль­нес прер­вался, же­лая пе­ревес­ти дух, а за­тем чуть ти­ше про­из­нес:
- Ты что-то зна­ешь о них?
- Знаю, - де­вуш­ка скеп­тично ог­ля­дела эль­фа. – Змей на­казан за по­пыт­ку по­бега, Муд­рец-тан­цор соз­да­ет во­инов для аре­ны, чер­ную жен­щи­ну вы­сек­ли и за­пер­ли в под­зе­мель­ях за не­пос­лу­шание, Дми-Три от­ка­зыва­ет­ся от еды и во­ды. Один лишь Ни­зам ве­дет се­бя по­кор­но, за что его наг­ра­дили име­нем, одеж­дой и жен­щи­ной.
- Бо­ги, что они тво­рят, - Иль­нес рас­те­рян­но про­вел ру­кой по во­лосам, но за­тем, слов­но вспом­нив, что ему нель­зя по­казы­вать тре­вогу по от­но­шению к лю­дям, по­это­му гор­до вздер­нул под­бо­родок и про­из­нес, - впро­чем, сво­ей го­ловы глуп­цам не пришь­ешь...
- Не ска­жи, - ух­мыль­ну­лась Ро­са. – Все­видя­щий еще не то при­шивал глуп­цам.
За­тем Ро­са при­села пе­ред си­ней суб­стан­ци­ей, и так пос­лушно вска­раб­ка­лась ей на ла­донь.
- Идем, по­мощ­ник! По­можешь мне при­гото­вить зелье. И смот­ри, не нат­во­ри еще че­го-ни­будь. А то у ме­ня уже скла­дыва­ет­ся ощу­щение, что эль­фы – это са­мый не­путе­вый на­род, ко­торый ког­да-ли­бо был соз­дан бо­гами.
- Ты не дол­жна так го­ворить! – рас­сердил­ся Иль­нес, од­на­ко все же пос­ле­довал за сво­ей спут­ни­цей. – Ты не поз­во­лишь мне да­же опо­лос­нуть­ся?
- По­том ис­ку­па­ешь­ся. Жаль, я с то­бой не мо­гу, еще пот­ра­вишь­ся, - с эти­ми сло­вами де­вуш­ка нед­вусмыс­ленно сколь­зну­ла взгля­дом по фи­гуре эль­фа и улыб­ну­лась. Это по­веде­ние опять вско­лых­ну­ло в Иль­не­се вол­ну воз­му­щения: по­чему че­лове­чес­кие жен­щи­ны ве­дут се­бя та­ким не­дос­той­ным об­ра­зом? Эль­фий­ская де­ва ни­ког­да бы не пос­ме­ла так пос­мотреть на муж­чи­ну. Они слиш­ком гор­дые для по­доб­но­го.
Пог­ру­жен­ный в свои мрач­ные мыс­ли, Иль­нес за­шел за сво­ей спут­ни­цей в ком­на­ту, ку­да Все­видя­щий утас­ки­ва­ет сво­их ра­бов, пос­ле че­го де­вуш­ка про­тяну­ла эль­фу ка­кой-то пу­зырек. Вдох­нув аро­мат на­ходя­щего­ся внут­ри элик­си­ра, оба ока­зались в не­боль­шой ком­натке, ус­тавлен­ной кот­ла­ми. В цен­тре на­ходи­лось мес­то для кос­тра, от­че­го все по­меще­ние про­пах­ло ды­мом, а на по­тол­ке вид­не­лись сле­ды ко­поти.
«На­ши муд­ре­цы ни­ког­да бы не ор­га­низо­вали храм зна­ний та­ким об­ра­зом...» - с тос­кой по­думал эльф, ог­ля­дывая ком­натку. Зас­мотрев­шись на за­сушен­ных змей, муж­чи­на ед­ва не нас­ту­пил но­гой на то­пор для руб­ки дров. То, как он неб­режно ва­лял­ся пос­ре­ди по­меще­ния, еще боль­ше неп­ри­ят­но по­рази­ло эль­фа. Его на­род всё всег­да со­дер­жал в иде­аль­ном по­ряд­ке.
- Что мы бу­дем го­товить? – ти­хо по­ин­те­ресо­вал­ся Иль­нес.
- Яд, - пос­ле­довал ве­селый от­вет. – Шу­чу, что ты та­кое ли­цо сде­лал! За­чем ва­рить яд той, кто са­ма ядо­вита... Бу­дем ва­рить средс­тво для пы­ток. Ес­ли его вы­пить, ста­новит­ся очень боль­но.
- Эльф не бу­дет ва­рить средс­тво для пы­ток. Ле­карс­тво – да, но не то, что вы­зыва­ет боль. И что ты под­ра­зуме­ва­ешь под сло­вами «са­ма ядо­вита». Ес­ли речь идет о яз­ви­тель­нос­ти, то ты се­бе ль­стишь: ты ве­дешь се­бя ни­чуть не луч­ше и ни­чуть не ху­же ос­таль­ных лю­дей.
- Ви­дишь эти кап­ли на мо­ей ко­же? – ус­мехну­лась Ро­са. – Не со­ветую те­бе до ме­ня дот­ра­гивать­ся. Од­но при­кос­но­вение, и те­бе гро­зит вер­ная смерть. Я пы­талась на­учить­ся под­чи­нить свою спо­соб­ность, но, к со­жале­нию, всё за­кон­чи­лось про­валом. Ме­ня ник­то не мо­жет ка­сать­ся. Ни­ког­да.
За­тем, чуть по­мол­чав, что­бы оце­нить ре­ак­цию эль­фа на ус­лы­шан­ное, она яз­ви­тель­но до­бави­ла:
- А что у те­бя за не­полад­ки с людь­ми? Те­бя что, бро­сила ка­кая-то кра­сави­ца, и ты ни­как не мо­жешь ус­ми­рить свое эго?
Иль­нес по­чувс­тво­вал, что от по­доб­ной нас­мешки на­чина­ет крас­неть. Са­ма мысль о том, что он свя­жет­ся с че­лове­чес­кой особью, бы­ла ему не­выно­сима.
- Луч­ше за­кан­чи­вай бол­тать и зай­мем­ся де­лом, а то я ско­ро пой­му при­чину, по­чему Еги­пет раз­ви­ва­ет­ся так мед­ленно, - су­хо ска­зал он. - Но ва­рить бу­дем ле­карс­тво!
- Зелье Бо­ли по­мога­ет мно­гим во­инам рас­кры­вать свои спо­соб­ности. Это и есть ле­карс­тво, кра­сав­чик!
С эти­ми сло­вами де­вуш­ка вы­тащи­ла из ку­чи не­боль­шой ко­телок и бро­сила его в ру­ки Иль­не­су. 



Дикон Шерола (Deacon)

Отредактировано: 13.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться