Искра: последняя из рода энэнра

***************

**************************

Тем временем я смотрела в зеркало и видела, что Аполлинарис уже начал меняться. Он со скандалом ушел от Аристотеля, обвинив бывшего учителя во лжи, а все его труды посоветовал сжечь на погребальном костре. Дальше в планах Аполлинариса было образование собственной школы, которую он назвал "школа Истины". Однако, шли дни, а  к нему никто не спешил идти учиться. Расстроившись, мужчина закрыл школу и принялся ораторствовать на улицах Эллады, вызывая негодование эллинов. Пару раз ему досталось от прохожих, в последней драке он сильно пострадал и несколько месяцев залечивал полученные травмы. Но и это не натолкнуло его на мысль о неправильно выбранном пути. Встав на ноги, он снова отправился на улицы Эллады, но уже с критикой власти и правителей, которые позволяют темным, глупым людям, избивать ученых мужей, несущих истину, свет учения. Его посадили в тюрьму, как только слухи о сумасшедшем мужчине дошли до правителя. Сначала правитель решил пощадить умалишенного, но когда Аполлинарис публично его оскорбил, понял, что никаких поблажек делать не станет. По его приказу с мужчины тут же сорвали тогу и, привязав за руки между двумя столбами, наказали двадцатью ударами палкой, толщиной в палец. Когда палачи завершили свое дело, на спину Аполлинариса было страшно смотреть. Но и тогда он настаивал на своей истине, не желая принимать собственную глупость и неправоту. Той же ночью, мечась в бреду в собственной постели, наполненной клопами, он проклинал меня, обзывая демоном.

– Если бы я только мог повернуть время вспять, - плача, причитал Аполлинарис, - я бы никогда не согласился на твои уговоры, мерзкий демон! Я проклинаю тебя! Будь до скончания веков одинокой и никому ненужной!

Мне было его очень жаль, но выбор делал он, а не я. Просто мужчина не научился нести ответственность за собственные решения, поэтому винил всех вокруг, но только не себя.

В конце концов, Аполлинарис смог победить слабость тела и снова вышел на улицу, чтобы предпринять очередную попытку продвижения своей истины.

– Я – Искра света! – кричал мужчина на каждом углу, вызывая у прохожих приступы смеха. – Вы ничего не понимаете! ОНА сказала мне, что я несу истину! Верьте мне, я приведу вас к правде!

– Если будешь так орать, то приведешь нас к тому, что тебя снова придется побить, - ответил Аполлинарису проходящий мимо мужчина, который не так давно применил к нему силу.

Аполлинарис, увидев старого знакомого, сжался в комок и замолчал. Он боялся новых побоев, его тело превратилось в один большой синяк и кучку переломанных и неправильно сросшихся костей. Из-за этого его некогда статное, поджарое тело перекосилось на левый бок, на спине появилось множество шишек, пальцы правой руки больше напоминали сухую птичью лапу. Эллины в то время считали, что если человек уродлив снаружи, то внутри и подавно. И наоборот, если он красив снаружи, то внутри буквально светится. Теперь вы должны понять, что потеряв красоту, Аполлинарис потерял и шанс донести свои мысли до окружающих, какими бы верными и истинными они не были. Его принимали за сумасшедшего, юродивого, да за кого угодно, только не за ученого, каким он когда-то был.

Каждую ночь Аполлинарис продолжал проклинать меня, а на утро шел на улицу, в надежде на то, что хоть кто-то его услышит, ведь желание по-прежнему не сбылось. Однажды мимо Аполлинариса прошел Аристотель. И, что удивительно, но в замолкшем и отвернувшемся мужчине он признал своего бывшего ученика.

– Аполлинарис, если тебе нужна помощь, скажи, я сделаю все, что в моих силах, - произнес бывший учитель, забыв зло, которое когда-то ему сделал ученик.

– Я – Истина, мне не нужна твоя помощь, - прошипел Аполлинарис, чувствуя внутри опустошенность, которая его очень сильно злила.

Глубоко в душе он понимал, что сделал неправильный выбор и, если бы он остался с учителем, возможно, все было бы по-другому. Но, как он и привык, продолжил обвинять в своих бедах всех вокруг, кроме самого себя.

– Хорошо, если так, - печально согласился Аристотель. – Если передумаешь, приходи в школу, я буду рад принять тебя.

Аполлинарис ничего не ответил, и Аристотель ушел, а мужчина вернулся домой, не став больше выкрикивать свою "истину". Он долго сидел и смотрел в окно, пока не принял какое-то тяжелое для него решение. Встав, он мутным взглядом окинул свой дом, который за последнее время превратился в настоящее обиталище юродивого сумасшедшего. Печально хмыкнув, Аполлинарис направился в то место, куда он приходил, будучи учеником Аристотеля – на край скалы. Кусок камня нависал над морем и, если смотреть издалека, казалось, что суша и вода – возлюбленные, которые отчаянно стремятся друг к другу.

Как специально в этот день разыгралась настоящая буря. Море яростно хлестало скалу, будто возлюбленные ссорились. Грохот от топота титанов прокатывался по черному небу, раскалывающемуся на куски от золотых молний, брошенных меткой рукой Зевса. Ветер трепал дырявый кусок ткани, наброшенный на плечи Аполлинариса на манер плаща, обнажая изуродованное тело, прикрытое лишь остатками некогда дорогой тоги.

– Как я до такого докатился, оЗевс?! – перекрикивая шум бури, вопил Аполлинарис. – Ты дал мне шанс, но я поверил этому демону и потерял дорогу к истине… Что мне делать?! Как же я ненавижу тебя, Фай! Проклинаю тебя и твой род!