Искра в бушующем море

Размер шрифта: - +

Глава двадцать третья - 2

Вернулась в свой облик перед самой платформой. Ступила голой ногой на гладкую поверхность. Сделала шаг и замерла в ожидании. Тут, наверху, было прохладно, но безветренно. Сильно, до приторности, пахло акацией. Элла торопливо потерла кончик носа, но усилия оказались тщетными, она громко чихнула. Полоски света посветлели и стали переплетаться между собой, как в грубом полотне.

– Рад видеть тебя, дочь Адлары, – голос Латасара гремел вокруг, звук раздавался отовсюду, и в то же время он совершенно четко слышался у Эллы в голове.

Посмотрела на свет. Ткань распалась, и всполохи снова плыли в пространстве вплотную друг к другу.

– Я принесла око многоглаза, – громко произнесла она и не узнала своего голоса. В нем не было ни капли страха, одолевающего ее сейчас, не было сомнений и нерешительности, только уверенность человека, выполнившего свою часть сделки. – Тмар сделал все, как договаривались. Отзови Стража теней и освободи город.

– Хорошо, – полоски снова собрались в полотно. – Боги всегда выполняют первичные договоренности. Это все?

Элла нахмурилась. Ужасно хотелось спросить о матери, но свет обдавал настолько грозной силой, что впору было уносить ноги, пока цела. Дочь Тэона решила не рисковать, она поклонилась и сделала шаг к лестнице.

– Все. Я лишь посланник Тмара.

Пространство вокруг разразилось хохотом, а затем, словно подначивая, заметило:

– Твоя мать была смелее, дочь Адлары, – порозовевшие полоски снова сплелись, на этот раз плотно, будто и впрямь старались сотворить единое полотно. – Но не спеши. Я хочу предложить тебе сделку.

Элла закрыла глаза и обняла себя руками, стараясь унять мелкую дрожь. Сделка с Латасаром не входила в ее планы, но разве бог примет отказ?

– Что ты хочешь? – спросила она, и в который раз поразилась твердости своего голоса.

– Ребенка от тебя, – вкрадчиво прошептал собеседник.

Элла ухмыльнулась. Теперь, когда Латасар раскрыл карты, исход игры тоже стал очевиден. Ей вдруг стало до боли жаль, что она просто развоплотится, а не получит еще глоток жизни в Мире мертвых. Не сможет поболтать с отцом немного. Не увидит Авара, одолевшего свой путь, не встретится взглядом с Драком. Но соглашаться на предложение Латасара нельзя. Согласиться – значит дать ему завладеть силой старых богов, дать ему преимущество перед остальными новыми небожителями. Дать миру монстра, который, имея абсолютную власть, погубит все вокруг. Конечно, с ребенком и она обретет силу новых богов, но как долго ей удастся остаться в живых? Латасар, судя по всему, хочет единолично править миром и долго терпеть конкурентов не будет. Она же лишена божественной сущности, вечна, но не бессмертна.

– Что получишь ты, я знаю, – выдавила Элла. – А что получу я?

– Ты торгуешься, и это приятно, – полотно стало кроваво-красным. – Ты получишь, во-первых, так желанного тебе ребенка. Ты уже слишком долго мечтаешь забеременеть, пора бы, наконец, довести дело до конца. Во-вторых, мою силу и возможность силой этой пользоваться. Клянусь, если ты не полезешь в мои дела, я на все буду смотреть сквозь пальцы. А в-третьих, те двое, что плещутся сейчас в море, останутся там, а не перекочуют в живот красного многоглаза. Как тебе такие условия?

Элла вздохнула, чтобы унять подступившую дрожь и посмотрела вокруг. Везде, насколько хватало взгляда, простиралось лазурное небо. Ровное, безмятежное, равнодушное. Под платформой пушистым котенком стелились облака. Солнца видно не было. Вокруг ни души. Ни совета, ни помощи… Собрала руки в замок и посмотрела на свои ступни. Узкие, с длинными пальцами и жилами, отлично видимыми сквозь тонкую кожу. Оглянулась на лестницу, но не нашла пути вниз, платформа висела в пустоте. Прочистила горло и прохрипела:

– Как я проверю, что ты не обманываешь меня? Зачать ребенка – дело нескольких мгновений, а добраться до берега, чтобы убежать от многоглаза, не так легко.

Пространство хихикнуло. Ехидно. Зло.

– Про несколько мгновений, ты, дочь Адлары, погорячилась, я все-таки бог и получше твоих кавалеров буду. А что касается остального, – Элле показалось, что сияние смотрит на нее пренебрежительно. Она внимательно взглянула на собеседника, но не нашла объяснений своим ощущениям. Пространство невозмутимо продолжило: – Что касается остального… Если учесть, что ты тяготеешь к околочеловеческому телу, то ребенка придется вынашивать несколько месяцев, а это значит, что до родов ты сможешь насолить мне, просто наложив на себя руки. Так что с моей стороны блефовать бессмысленно. Ты не хуже меня знаешь, против законов мироздания даже боги пойти не могут. Если ты убьешь себя, ребенка тоже не будет. Кстати, если твои дружки случайно умрут, их тоже не воскресить.

Элла закрыла глаза. Ребенок от Латасара ставил крест на всех планах. Беременность не даст обрести счастья с Драком, измены маг не простит. Возможно, он сделает вид, что все неважно, но хватит его ненадолго. Да и любой другой мужчина трижды подумает, прежде чем быть с ней. А ей так хочется попробовать, каково это: иметь дом, семью, не быть вечным перекати-полем.

А если отказаться, то Драк умрет. И Ладр, который уж точно ни в чем не виноват, тоже. У нее, у дочери демона Тэона, еще будет шанс обрести радость, когда ребенок вырастет, у Драка и Ладра другого шанса не будет. Их жизни слишком коротки.

Но как же не хочется, ошпаренные кони!

Элле вдруг вспомнилось, как она жаждала иметь ребенка от Авара. Мечтала родить маленького чешуйчатого двухвостика, продолжение любви и напоминание о пережитом наслаждении. Родное существо, скрепляющее лучше любых брачных уз. Грезила, каким умным тот будет, когда вырастет, каким красавцем станет.

Вздохнула. Прошлое казалось куда заманчивее будущего. Сейчас мысль о ребенке внушала только страх и тревогу за завтра. Элла облизнула пересохшие губы и начала словесное наступление. Ситуация, как ни поверни, проигрышная, так отчего бы не попробовать потянуть время? Как знать, может, красный многоглаз издохнет, пока они с Латасаром ведут бесполезную беседу.



Анна Пожарская

Отредактировано: 08.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться