Искупление

Странности

Утро началось с шести часов утра. Услышав быстрые шаги, Сандра проснулась, накинула халат, и только тут она обнаружила, что Лео нет. Выглянув из своей комнаты, она увидела Мэри, которая быстро складывала вещи, бегая и твердя на ходу, отдельные фразы: «Это взяла. Это положить. Это не забыть».

Пройдя на кухню, Сандра налила себе кофе, и сев на стул задумалась: «Куда же делся Лео, в такую рань, всё ещё закрыто, хотя торговые точки, разбросанные по городу, работают круглосуточно». Её размышления прервала Мэри:

- Ты почему встала так рано? – разбирая яйца о сковородку, произнесла Мэри машинально.

- Тебя провожать.

- Мой самолёт отправляется через три часа, - с некоторым удивлением посмотрела Мэри на дочь. – Как видно ты ещё не проснулась, - посмотрев на отсутствующий взгляд Сандры.

- Мам, можно Леонардо поживёт у нас немного? – не обратив внимание на замечание матери, спросила Сандра.

- Ты же только с ним познакомилась, ты даже не знаешь, кто он! – ответила вопросом на вопрос Мэри, выкладывая яичницу на свою тарелку.

- Понимаешь, у меня такое чувство, что ему можно доверять, - посмотрев решительно на мать, а потом таким же твёрдым голосом произнесла. - И это не просто мои домыслы! - хотя на самом деле это были лишь её домыслы.

- Ну, хорошо. Только прошу к моему приезду, чтобы всё лежало на своих местах! – намекнула Мэри, пережёвывая содержимое тарелки.

Намёк матери остался без видимого внимания. Не спрашивая больше ни о чём, Сандра углубилась в свои мысли, думая только о незнакомом мальчике, и всё же он был знаком, под именем Лео.

Через три часа, пройдя потом пробок такси, наконец-то остановились около аэродрома. Заплатив за двоих таксисту, Мэри попросила, чтобы тот не уезжал, а подождал её дочь.

Оформив билеты, Мэри услышала, что диспетчер объявил её посадку, и, дав некоторые напутствующие слова Сандре, она прошла на посадку.

Сандра пришла домой, дождавшись друзей, и собравшись, вызвав такси, они поехали в Окленд. По дороге то и дело Елизабет расспрашивала о Лео. Том же всё время перечитывал газету, и ставил вслух предположения и выводы, которые всё время отвергал, не находя или улики или доказательства, строя из себя великого сыщика.

Близко от Окленда, на окраине города ютились старые, полуразвалившиеся дома. Подъехав к одному такому дому, и заплатив таксисту, они вышли.

Пахло гарью и талым снегом, который образовывал маленькие лужицы в неровности дороги. Постучавшись в один из домов с облупившейся краской на двери, друзья стали ждать. Проходили минуты, никто им не открывал, они постучали посильнее, потому что звонок на этой двери отсутствовал. И наконец, им открыла дверь маленькая, седовласая с выцветшими глазами старушка. Несмотря на преклонный возраст, она сразу увидела Сандру, и на её старческих глазах выступили слёзы. Прошамкав беззубым ртом: «Войдите!», тут же заключила Сандру в объятие. Почувствовав резкий запах чеснока, который исходил от поцелуев старушки, Сандра чихнула и немного отстранилась, дав себе вдохнуть. Старушка неторопливыми шагами прошуршала по деревянному полу, то и дело, зацепляясь своими, на вид старым платьем и отдёргивая его, каждый раз произнося не внятные ругательства. Пройдя в гостиную, она усадила друзей на софу, такую же старую, как и она сама, а сама села в кресло-качалку, стоявшую не далеко от софы, и, не спуская глаз с Сандры произнесла:

- Ах, как ты похожа на мою внучку, прямо как две капли воды, только у неё была родинка на правой щеке в виде сердечка, - и снова пролила слезу, которая потекла по морщинистым щекам и задержалась на подбородке.

- Мы понимаем, как вам горько вспоминать об этом, но не могли бы вы, рассказать о смерти вашей внучке, - с жалостью в голосе произнесла Сандра.

Запахнув потеплее на себе серую шерстяную шаль, старушка начала рассказывать:

- Моя внучка заканчивала уже одиннадцатый класс в городе, когда я в ней заметила некоторую разительную перемену. Приходя домой она часто закрывалась у себя в комнате, и плакала; через дверь я слышала её вздохи и надрывной плачь, но когда я спрашивала её в чём дело, она умолкала, а только я делала вид, что ухожу, опять начинала плакать с прежней силой.

И вот однажды в два часа ночи я встала, чтобы выпить таблетку от головной боли, и когда я начала подниматься по ступенькам наверх к себе в комнату, увидела, как моя внучка крадётся в полутьмах по лестнице, в тоже время я заметила, что на ней был одет вульгарный наряд; не буду впадатся в подробности какой, чтобы уважить хоть этим память погибшей, - всплеснув руками, произнесла старушка и продолжила рассказывать. - Спрятавшись под ступеньками, я ждала, когда она уйдёт, и решив дождаться её я села на стул возле двери и стала ждать. Час за часом всё было тихо, но вот в пять часов утра послышался шорох в замке, а через секунду вошла Сандра, - прервав рассказ, она достала из кармана платок, и вытерев им промокшие на сквозь глаза, продолжала рассказ. – Когда только она вошла и разулась, я поймала её за руку и усадив на софу, начала расспрашивать. Из её слов я узнала страшную тайну. Что она зарабатывает своим телом, работая проституткой на улицах Окленда, а две недели назад она покончила жизнь самоубийством. – Вздохнув и опять прервавшись, она произнесла. – Её можно оправдать, она зарабатывала не на развлечение, не ещё куда-то, она зарабатывала на колледж, чтобы осуществить свою единственную мечту, стать врачом.

Закончив свой рассказ на этой благородной ноте, которую почувствовали всей своей душой, друзья, решили, что справедливо её оставить одну, и тихо одевшись, вышли на улицу. Сандра задержалась на минутку из-за того, что старушка сделала ей на первый взгляд, не видимый жест, и, подозвав её, таким образом, она проговорила:

- Сандра не забывай, что здесь у тебя есть бабушка.