Искупление Тьмой Убийца 2

Глава V ИСТИННАЯ ЖЕРТВА (2)

8 ноября 2016

Кира Джеймис-Ллойд не хотела возвращаться в квартиру Аспена – она боялась, что отец вновь будет ждать ее у дверей или еще хуже – внутри. Но она должна была вернуться. Она хотела принять душ, вымыть волосы, взять новую одежду. Рядом с Аспеном она хотела быть красивой. Она хотела вкусно пахнуть персиками, вишней или гранатом. Она хотела, что Аспен, где бы он ни был, почувствовал ее рядом и захотел вернуться. Чтобы вновь захотел быть рядом с ней. Чтобы захотел открыть глаза и встретиться взглядом, прильнуть к ее губам нежно приобняв за шею.

Но если она будет выглядеть как бездомная, он не захочет ее.

Кира чувствовала, что в ее груди все дрожит и гудит. Так гудит напряженная гитарная струна. И причина этого гудения – Кая Айрленд. Кире казалось, что чем сильнее она злится, тем спокойнее становится Айрленд. Будто бы она находит удовлетворение в хаосе, питается им. Кире казалось, что Кая не просто преуспела в сокрытии своих эмоций, она просто бесчувственная социопатка. Она сумасшедшая, но притворяется хорошим человеком. А Кира иногда вообще сомневалась, человек ли эта темноволосая девушка.

Она не человек. Она лишь притворяется человеком.

Кира продолжала гудеть и изнывать от бессильной ярости. Ведь она ничего не могла сделать. Только вчера Айрленд зашла в палату и как обычно что-то пробубнила про «уйти», на что Кира посоветовала ей катиться в далекие дали. Та в ответ лишь скрестила руки на груди и насмешливым тоном уточнила:

- Я имела в виду, что тебе стоит отдохнуть.

Кира видела, что Айрленд издевается над ней. Она даже смотрит как-то по-особенному, свысока. Будто Кира хуже ее.

- С чего бы тебе заботиться об этом? – Кира зло сощурилась, а Айрленд, все с тем же равнодушием, отозвалась:

- Не о тебе я забочусь, Кира. Просто не хочу, чтобы рядом с Аспеном находился кто-то вроде тебя. – Хоть Айрленд и смотрела ей прямо в глаза, Кире казалось, будто она сканирует ее с ног до головы и презрительно щурится. – Посмотри на себя. Грязные волосы, пропахшая потом одежда. Долго ты будешь мучить и меня и себя заодно? Аспен ведь тоже чувствует это.

Пока Кира крепко сжимала кулаки, решая ударить или нет, Айрленд равнодушно закончила:

- В общем, хотя бы помойся. Возьми из дома одежду, раз уж ты прописалась здесь. И шампунь.

Кира показала ей в ответ средний палец, но Айрленд не увидела. Она вышла в коридор, зато ее место заняла медсестра, которая пришла проверить капельницу Аспену. Они все время приходили что-нибудь проверить, и Киру невероятно это злило. Ей казалось, что они приходят лишь для того, чтобы посмотреть как она, Кира Джеймис-Ллойд, себя ведет. Может их попросила Айрленд, эта сумасшедшая?

Этот момент выветрился из ее памяти до сегодняшнего утра, когда вдруг медсестра вошла в палату и сказала, что комнату не помешало бы проверить, потому что здесь скопился затхлый запах. При этом Кире показалось, что она бросила на нее взгляд. В ответ девушка лишь скрипнула зубами и тоном, в котором сложно было уловить злость и негодование, осведомилась:

- А Кая Айрленд в больнице? Доктор Айрленд, - ехидно уточнила она, вспомнив случайно подслушанный разговор между Каей и дядей Крэйга. Она обронила, что ей не нравится, что работники больницы называют ее доктором. Эта Айрленд всеми силами пытается привлечь к себе внимание.

- Нет, ее смена закончилась рано утром, - вежливо ответила медсестра и, странно дернув крыльями носа, что не укрылось от пристального взгляда Киры, покинула палату. Девушка хотела схватить высокий стакан с тумбочки и зашвырнуть им в голову медсестры. Может тогда она перестанет чувствовать запахи.

Но Кира приободрилась и решила, что раз этого куска айсберга нет в больнице, можно быстро наведаться домой и забрать все необходимое: новую зубную щетку, пасту, гель для душа и шампунь и, конечно, одежду. После этого Айрленд не удастся ее выставить.

Быстро шагая с автобусной остановки к дому Аспена, Кира постоянно оборачивалась, прижимая к груди окоченевшие руки. Вокруг никого не было – этот район не отличался многолюдностью. Да и погода не располагала к прогулкам.

Кира издалека увидела знакомые задрапированные окна и почувствовала себя лучше. Будто Аспен смотрел на нее из квартиры. Стоял на лоджии, скрестив руки на груди, и поджидал, чтобы прижать к теплой груди и поцеловать в висок.

В ее глазах заблестели слезы, но резкий порыв ледяного ветра, ударивший в лицо, тут же высушил их. Кира бросилась к подъезду, удерживая на плече потрепанный рюкзак. С головы слетела шапка, и Кира со стоном вернулась за ней, и затем вновь бросилась бежать.

Подальше от улицы. От немых окон, наблюдавших за ней с укором. От отца, прячущегося где-то поблизости. От своих мыслей и страшных вопросов.

А вдруг у нее больше не будет шанса? Это она его бросила, она, как выразился Аспен, захлопнула перед ним дверь, но… как бы поступил он? А будь она на его месте, сумела бы простить? На ее месте Аспен бы не сдался.

Когда Кира выкинула ключ он долгие часы колотил в дверь, сбивая костяшки пальцев кровь, так долго кричал, что сорвал голос. Копался во тьме в грязи в поисках заветного ключа.

Кира добежала до подъезда и нырнула внутрь. Ее грудь разрывалась от желания заплакать. В палате она очень редко оставалась одной, чтобы раскошелиться на слезы, и теперь, оставшись наедине с мрачным сумраком подъезда, вдруг вспомнила о боли, саднящей грудь.

Он ей нужен. Как воздух. Как вода, пища, сама жизнь. Она не просто хочет его, она в нем нуждается. Каждая минута ее сознания была связана с его существованием. И вдруг, когда Аспен исчез, Кира прекратилась. Она не помнила своей жизни до Аспена. Была лишь жизнь после. После их встречи в бассейне, после его рук на ее теле, после его дыхания в ее легких.