Искупление Тьмой Убийца 2

Глава VII ПОСЛАНИЕ В БУТЫЛКЕ (6)

13 января 1990

Это был самый обычный день, наполненный весельем и предвкушением долгих зимних каникул. Младшие школьники катались на санках и играли в снежки, а старшие отправились в горы кататься на лыжах.

Но этот день очень быстро закончился.

В одном из домов, рядом с которым стояла кривая снежная баба, в маленькой детской кроватке лежал темноволосый мальчик. Он внимательно наблюдал зелеными глазами за вращающимися игрушками, подвешенными к пологу кроватки.

Крошка Эндрю Дин пискнул, когда вращение прекратилось, и вскинул ручку с зажатым кулачком, будто повелевая игрушками. Вновь заиграла песенка, и игрушки закружились в другую сторону.

Мама Эндрю была на кухне, готовила для своей младшей сестры Мартины поздний ужин. Тридцать минут назад позвонил отец (он работал водителем автобуса) и сказал, что из-за пьяной драки в кафе Мартину отпустили пораньше, и она будет с минуты на минуту, голодная как тысяча волков.

Затем время перевалило за девять. За окном рассеянно кружились снежинки, раздавались крики подростков, играющих в снежки в соседнем дворе. Эндрю все еще с интересом наблюдал за крутящейся игрушкой.

Из кухни доносились звуки – мама готовила ужин и напевала веселую песенку про котенка и его подругу курочку. Дину нравился легкомысленный, веселый мамин голос и вскоре его стало клонить в сон.

Но вдруг что-то случилось.

В гостиной, где стояла его кроватка, раздался щелчок, а затем прозвучал голос.

Испуганный, дрожащий. Этот нервный голос на автоответчике просочился в дом Динов, но, к сожалению, не сразу достиг ушей Эльзы. Только через пятнадцать минут она выйдет в гостиную, вытирая руки, пахнущие уксусом, о передник, чтобы проверить малыша Эндрю.

- Эльза… Эльза, это я. Это Мартина. Эльза, он забрал меня. – Ее дрожащий шепот заставил на затылке сестры волосы встать дыбом. – Я попыталась убежать. Он делает со мной… ужасные вещи… Позвони в полицию, скажи им, что…

Раздался чудовищный, испуганный крик, а затем – тишина. А для Мартины Грейс, семнадцатилетней хохотушки, которая надела на работу синее платье старшей сестры, - мертвая тишина.

…

Ветра не было. Снег теплыми белыми хлопьями падал вертикально с неба на землю, касался крыш автомобилей, людей, дорог и исчезал где-то далеко-далеко. Улица Набережная, где жила Дэйзи Келли, казалась огромной и красивой открыткой, на которой преобладали белый и серый цвета. Небо было стального серого цвета, но никто не поднимал головы, иначе снежинки тут же забились бы в нос и глаза. Все спешили домой: кто-то укрылся под зонтом, кто-то прикрывал голову руками и ежился, а кто-то стремился проехать на своем автомобиле опасные участки дороги, чтобы очутиться в безопасности.

Только Дэйзи Келли никуда не спешила. Она шла под руку с Кейном и изредка, пока он не видел, косилась на него влюбленным взглядом. Вообще-то она не думала, что ее взгляд был влюбленным, думала, просто смотрит. Но она не могла оторваться от его красивого лица. Острые скулы, высокий лоб и встрепанные волосы, в которых таял снег. Кейн забыл шапку в своем шкафчике в школе, но его, казалось, это вовсе не смущало. Единственное, чем он озаботился – чтобы Дэйзи была в тепле.

Она чувствовала себя современной Джульеттой, а в ее сердечке трепыхались зарождающиеся крепкие чувства. Она надеялась, что Кейн тоже это чувствует. Тогда, на колесе над Эттон-Крик, Кейн поцеловал ее очень страстно и в то же время трогательно. И после этого он только иногда позволял себе перейти границу, например, кусал за мочку ушка.

Сейчас он держал ее за руку, сжав пальцы так крепко, будто боялся, что кто-то отнимет ее у него. Это из-за случившегося с Мартиной Грейс. Ее похитили прямо на день рождения Дэйзи, и когда в городе об этом стало известно, Дэйзи почувствовала, будто сама имеет к этому отношение. Но она, конечно, не имела. Прошел целый месяц, но волнения не улеглись. В Эттон-Крик никогда не было убийств. Бывало, кто-то пропадал, однако полиция быстро находила этому объяснение: пропадала обычно молодежь, и причина – поиски лучшей жизни где-то подальше от этой темницы, обнесенной горами и лесами.

А Мартина Грейс стала потрясением для всех жителей Эттон-Крик. Она уже выпускалась, была отличницей и веселой девушкой. Работала в кафе в центре города, где всегда толпилось много народу. Именно там ее и похитили. А затем просто бросили. И сердце так и не нашли.

Девушки до сих пор боялись ходить по улице в одиночку. В школу приходила полиция, чтобы дать четкие указания: «Не ходите поодиночке. Не садитесь к незнакомцам в машину». Вот поэтому Кейн провожает ее домой и крепко держит за руку.

Когда они остановились у калитки, ведущей к ее дому, Кейн положил руки ей на плечи и сказал серьезным тоном:

- Пожалуйста, не ходи никуда одна, Дэйзи. – Она подняла голову, прикрывая ладошкой глаза.

- Никуда я не пойду.

- И с этим не ходи.

- Кейн… - Дэйзи попыталась возразить, но он покачал головой:

- Не нравится он мне, Дэйзи. Он милый лишь с виду. Я знаю таких людей. – Он сделал паузу, дожидаясь, когда она согласно кивнет, затем наклонился и поцеловал ее в щеку. – Заходи домой. Увидимся завтра в школе. С днем святого Валентина.

Когда Кейн отошел от ее дома на приличное расстояние и затерялся среди снежинок, Дэйзи выбежала за калитку, закутавшись в свое темно-зеленое пальто, и с трепещущим от волнения сердцем подошла к почтовому ящику. Она надеялась, что там будет заветная открытка от ее лучшего друга. И когда открыла почтовый ящик и заглянула внутрь, чувствуя, как все тело превратилось в сплошное сердцебиение, ее взгляд затуманился от слез обиды. Открытки не было. Ди не стал соблюдать их ежегодную традицию. Он не положил открытку и не написал три вещи, за которые он ее любит. А Дэйзи положила свою, несмотря на его странное поведение. Этой ночью она выскользнула из дома по стропилам для роз, и просунула открытку в его приоткрытое окно. Она видела в темноте, как конверт шлепнулся на ковер, поэтому с нетерпением ждала его ответной реакции.