Искупление Тьмой Убийца 2

Глава VIII НЕВИННАЯ (3)

***

Когда Эндрю Дин вернулся на ужин домой, его окутал ароматный запах тушеной в остром соусе рыбы, идущий с кухни, и, хоть мужчина испытывал животный голод, который мог удовлетворить сию секунду, его настроение не поднялось ни на сантиметр. А ведь все из-за чуть эксцентричной (сумасшедшей) соседки Марты, которая, казалось, караулила его на лестничной площадке.

- Как твоя девушка? – спросила она с едва уловимым раздражением, делая вид, что копается в сумочке в поисках ключей от своей квартиры. Дин вставил свой ключ в замок, но ускользнуть из-под надзора Марты не мог, ведь это было бы невежливо.

- Хорошо, - с сомнением произнес он. Марта улыбнулась.

- Я хотела бы пригласить вас на ужин, дорогуша. Я чувствую себя неловко за тот утренний эпизод. Понимаю: дела молодых и все такое прочее. И девушка твоя милая и хрупкая.

Дин молча глядел на нее, пытаясь связать слова в логическую цепочку. Он так устал, что не сразу понял, о каких «делах молодых» она говорит, но когда понял, то нахмурился, встретившись с глазами соседки.

- Не хочу вмешиваться в твои дела, но она слишком молода для тебя, Дин, разве нет?

Опять хочет свести меня со своей дочерью, - догадался Дин и учтиво улыбнулся.

-Увы, мы не сможем прийти на ужин, Марта. И девушка, которую вы видели, не моя невеста. Это моя младшая сестра, она приехала ко мне на… каникулы. До встречи, - он еще раз улыбнулся и проскользнул в квартиру, хлопнув дверью.

Что у него за соседи такие? Какое Марте дело, кто живет в его квартире?

Дин быстро прикинул разницу в возрасте с Ледой и подумал, что не так уж она молода для него – он старше лишь на шесть лет. Правда выглядит она немножко младше своего возраста, ну да какая разница? Она – жертва, а Дин просто присматривает за ней и ее запястьями. Он, можно сказать, ее опекун. И все. Опекун – и точка!

Он раздраженно покачал головой, досадуя на Марту, ее дочь Анастасию, а еще Аманду Крестовски – та повадилась при каждом удобном случае бросаться в участке похабными намеками. Нильссон даже подумал, что между ними что-то есть и, пихнув его за обедом в бок, осведомился:

- Так что, ты окучиваешь кактус?

- Делаю что? – Дин свел брови и проследил взглядом за Амандой, проследовавшей мимо с ехидной улыбкой на губах. Нильссон заметил, как девушка подмигнула, и опять пихнул Дина.

- Ну, кактус. – Он покачал головой, глядя на Дина как на идиота. – Вы уже переспали?

Дин фыркнул.

- Ты рехнулся?

Нильссон все еще смотрел с сомнением, но, видимо решив, что ему стоит закругляться с расспросами, купил кофе и вернулся за свой стол. А Дин поспешил за Амандой, чтобы любыми способами уговорить ее дать доступ к допросу Лауры Дюваль. «Меня же не навсегда выперли, - оперировал он фактами. – Я скоро вернусь, и хочу быть в курсе дел».

Леда выглянула из-за белой стены, держа в одной руке лопаточку, а в другой полотенце.

- Добрый вечер, детектив. Я поставила чайник. – Леда нахмурилась, и неуверенным шагом приблизилась к нему. – Все хорошо?

- Я говорил с доктором Гаррисоном, - ответил Дин, снимая ботинки, а затем куртку. Он внезапно почувствовал горячее желание осадить Леду Стивенсон, возомнившую себя хозяйкой в его квартире. Ведет себя так, будто они действительно встречаются.

Нет, его злость - это идиотское влияние Аманды и Марты.

Дин вдруг с ужасом подумал: а что, если на самом деле он себя пытается осадить? Да, он себя хорошо контролирует, не позволяет себе лишнего, но она расхаживает в его квартире как у себя дома, пугает своим видом и галлюцинациями, и в то же время интригует. И иногда, когда Дин не замечает или притворяется, что не замечает, она смотрит на него. Оценивает его фигуру, запоминает его профиль, рассматривает вены на руках.

От этого Дину казалось, что он невеста на выданье или какая-нибудь экзотическая скульптура в музее. Однако, как только он оборачивался, Леда всегда была занята своими делами: читала учебную литературу или классику, или готовила есть, или просто читала статьи в интернете.

- И что он сказал? – спросила она, даже не пытаясь скрыть нервозность, отчего Дин ощутил вину и удовлетворение. Ему было неудобно, что она живет здесь, и в то же время он чувствовал, что должен защитить ее. Из-за этих противоречивых чувств он замялся на мгновение, а затем произнес:

- Сказал, что беспокоиться не о чем. – Леда вскинула светлые брови, будто ожидала другого ответа, но, Дин заметил, что ее плечи расслабились. Он подошел к своему письменному столу и отложил телефон на закрытую крышку лэптопа. – Доктор Гаррисон сказал, что направит тебя еще к одному специалисту, однако ты, скорее всего, будешь находиться на амбулаторном лечении. Короче говоря, беспокоиться не о чем, - повторил Дин, оборачиваясь. Леда приблизилась, сминая в пальцах полотенчико и лопаточку.

- Это значит, что я могу вернуться домой, детектив Дин? – с робкой надеждой спросила она. Дин кивнул.

- Да, можешь. Но не сейчас. Ты обещала помочь мне, Леда.

Она поспешно кивнула, опуская взгляд на свои руки.

- Да, детектив Дин, я помню о своем обещании. Что ж. На кухне рыба. Приятного аппетита. Приготовить вам кофе?

- Нет, спасибо, - Дин отстранился от стола и проследовал на кухню. – Ты ни разу не поинтересовалась о своей тете, а я, между прочим, говорил с ней.

Дин решил, что Леда уже не ответит; она пригласила его к столу с вежливой улыбкой, поставила перед ним тарелку с рыбой, гарнир и чашку с кофе, несмотря на то, что он отказался, и только затем ответила:

- Я боюсь. А вдруг?..

- Нет.

- Нет? – Леда изумленно посмотрела на Дина, а тот притворился, что не замечает взгляда. Он заинтересовался своим ужином, и, наколов на вилку кусок рыбы, отправил ее в рот. – Детектив Дин, что вы имеете в виду, говоря «нет»?