Исполни свой долг

Размер шрифта: - +

Глава 26

Великодушный кивок Императора и судилище началось.

Сначала долго и нудно выступал Главный имперский дознаватель. Чуть склонившись перед судьями, он говорил о том, что Аглейские болота непроходимы, что там гибнут и звери, и птицы, а человек не проживет и пары дней.

Карина слушала внимательно, не обращая внимания на Торху, который искоса поглядывал на нее и иногда фыркал как норовистый конь. Будь его воля, она давно бы стояла на трибуне и рассказывала всем правду. Он даже порывался схватить ее за руку, чтобы потащить наверх, но одного строгого взгляда и тихого «Еще не время» хватило, чтобы успокоить его хоть на немного.

В Магистрате их учили, что суды проходят по одному и тому же порядку. Всегда! Порядок, установленный богами, не смел изменить даже Император.

Сначала выступали свидетели, потом суд приглашал на трибуну всех, кто может хоть что-то пояснить по делу. Именно тогда Карина и планировала выйти, а пока стоило затаиться. Кто знает, сколько еще людей будут рады обвинить Маркуса и что они скажут?

После дознавателя на трибуну вышел местный храмовник, щупленький и маленький старичок, который продемонстрировал всем письмо дядюшки Томмена о включении прошения Карины в Книгу даров Матери-заступницы.

- Вы уверенно утверждаете, что это письмо написано Кариной Лейн? – строго спросил храмовника один из судей.

- Да. – старичок говорил тихо. Карине пришлось напрячь слух, чтобы услышать его ответ. Как и всем остальным, впрочем. – Я хорошо знаю настоятеля Томмена из Вольного города Морихейм. Он свято чтит заветы Матери-Заступницы и никогда не посмел бы…

Старичка не дослушали. Судьи насмешливо переглянулись и тот из них, который задавал вопросы, грозно перебил:

- Все знают, как Вольный город чтит свой статус. Ваш друг. – язвительно выделил судья. – не может считаться беспристрастным свидетелем как житель этого города и подданный мастера Лейна. Может он сам написал его, чтобы обелить своего хозяина перед лицом закона?

От этих слов старичок как-то сразу раздулся, скорее всего, от возмущения, и громко, неожиданно зычно для его щуплого тела, прогремел на всю площадь:

- Кем бы ни был настоятель Томмен, в первую очередь, он служитель Храма Матери-Заступницы. Этот суд просто насмешка над богами!

Толпа зароптала. Нет, они не так уж переживали за судьбу Маркуса или Вольного города, скорее были взбудоражены неожиданно разыгравшейся перед ними сценой. Будет о чем поболтать за квартой пива долгими зимними вечерами!

Легкий взмах Императора и стража сомкнула ряды. Толпа замолчала, словно ураган пронесся над площадью, не оставив после себя ни одной живой души.

- На суд приглашается Алиана Гаршоль!

Чуть смущаясь и теребя девственно белый шелковый платочек, на трибуну вышла блондинка. Та самая, которую Карина видела во время выступления три месяца назад. Тогда она жалась к Маркусу, чуть поглядывая на него лукавыми глазами, а сейчас усиленно делала вид, что ей противен даже его вид.

Оделась она по случаю. Встреча с Иганесом III, пусть даже и по такому поводу, дорогого стоит. Красивое платье из серой, чуть серебристой тонкой ткани да низкий вырез, украшенный дорогими фракийскими кружевами, подчеркивали хрупкую красоту белокурой красавицы. Свободный каскад светлых волос придавал ее образу возвышенности. Ни грамма косметики, ни одного украшения.

Прекрасна и хитра, этого даже Карина не могла отрицать.

- Свела старого Гаршоля в могилу и за этого принялась! Паскуда! - прошипела тучная торговка позади Карины. Только шепотком и ограничилась, потому что Алиана, поклонившись судьям и, особенно низко, Императору, начала отвечать на вопросы.

- Леди Гаршоль, вы были в Морихейме три месяца назад?

- Была. – тихий голосок прошелестел над безмолвной площадью, исчезнув в темных сырых углах самых бедных кварталов. – На праздновании в честь дарования Морихейму статуса вольного города.

- Почему вы туда поехали? Какие отношения связывают вас с Маркусом Лейном?

- Мы… мы любили друг друга много лет тому назад.

Толпа застыла. Даже торговка затаила дыхание, потому что Карина на миг перестала слышать ее шумные, чуть ойкающие вздохи.

Взглянула на мужа и вздрогнула. Желания злорадствовать не было. Маркус смотрел на Алиану спокойно и даже чуть умиротворенно, словно перед ним высокий лес или бушующее море, достойное лишь созерцания и не более. И от этого Карине стало еще горше и тоскливее.

Сколько чувств, сколько невысказанной боли и отчаяния было в нем тогда! Там на террасе, в вечер их свадьбы он говорил об Алиане с таким чувством, с такой любовью и горечью, что Карине до сих пор было тяжело вспоминать те мгновения, а вот сейчас от этих чувств не осталось и следа.

Он просто смотрел, как она комкает платок, как промокает уголки глаз в поисках несуществующих слез, и молчал.

Пока остальные переваривали услышанное, вдовушка торопливо продолжила.

- Шесть лет назад я вышла замуж за моего дорогого супруга - пусть Бог теней благословит его последний путь – и была вынуждена отказать Маркусу. Мы расстались очень тяжело, но я до сих пор продолжала хранить его образ в своем сердце. Первая любовь… Я знала, что его жена сбежала и была очень расстроена, искренне переживая за него. Год назад мой муж умер…



Елена Петрова

Отредактировано: 10.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться