Источник жизни

Размер шрифта: - +

Глава 1

      — Подогни ноги. Не надо быть прямым, как палка. Воин не с высоты своего величия мечом машет. Тут главное — устойчивость, — серьезно сказал Талаэр и вдруг резко толкнул.

      Джек не удержался и шлепнулся на пятую точку.

      — Падать тебя не учили, — сделал вывод эльф и шагнул назад, уходя от удара палки, направленной в голень. — Не умеешь точно бить — целься туда, куда легче попасть. Например, в корпус, — с этими словами Талаэр сделал выпад своей деревяшкой прямо в грудь Рыжика, но тот поспешно откатился в сторону, припав к земле. — А вот лежишь ты неплохо, — подколол эльф. Джек на это моментально вскочил и выставил вперед импровизированное оружие.

      Я смотрела, как они обмениваются ударами на небольшом травянистом пятачке рядом с нашей стоянкой. Взъерошенный Рыжик, похожий на сердито нахохлившегося воробья, и мой обманчиво ленивый родственник, из-за хищного звероподобного облика и неровно обожженных волос напоминающий бездомного кота.

      Как так вышло, что с нами в Эльмар отправился еще и Джек? Этот проныра просто вломился ко мне в комнату под утро с уложенными сумками и с каменным от решимости лицом заявил, что уходит к эльфам. А когда я попыталась возражать, еще и напомнил, что ради меня стащил у королевского алхимика горючую воду, за что его по головке не погладят. Еще и разбираться будут, ведь, получается, что он стал соучастником тюремного побега! И вообще, мол, он, третий сын барона Джек Лахельм, понял, что алхимиком быть не хочет, в Ардарии ему делать нечего, и он точно отправится в Эльмар, чтобы научиться эльфийскому ведению боя. И сделает это в одиночку, если мы его не возьмем. Видно, их разговор с принцессой прошел совсем плохо.

      Талаэр, к моему удивлению, возражать не стал и принял Джека даже с охотой. Чего не скажешь о Хексии, которая молча поджала губы, видно, считая рыжего обузой. Мне, в свою очередь, пришлось уговаривать эльфа, чтобы тот позволил наставнице путешествовать с нами. В конечном итоге, я пригрозила, что иначе останусь в Ардарии и спасу ее любой ценой. На что оборотень беспомощно вздохнул.

      Вот так мы и вышли из замка вчетвером в серых предрассветных сумерках через тайно открытые для нас по велению Эльвины ворота. Талаэр не хотел рисковать, поэтому покинул дворец как можно быстрее и незаметнее. На выходе нас окружили древни, и под их конвоем мы вошли под своды леса.

      Холодное раннее утро, тонкий слой тумана над влажной росистой травой и темные кроны вызывали у меня только мрачные ощущения и воспоминания. Я даже пожалела, что так быстро решилась отправиться в путешествие. Кто знает, как все будет в этом неизведанном Эльмаре, и как все могло бы быть в привычном замке? Но и там оставаться я уже не хотела. Не могла себе представить, как буду смотреть Эльвине в лицо и гадать, насколько искренна каждая ее фраза. Особенно меня пугала возможная необходимость убивать по королевскому приказу. Нет, быть придворным магом — точно не для меня.

      В первый день мы очень долго шли, продираясь через растительность и стараясь углубиться как можно дальше в лес, чтобы затеряться в чаще. Талаэр не отрицал вероятную погоню и слежку, хотя и повторял, что сунуться сейчас в обитель разъяренных древней — это самоубийство для любого человека.

      Сами же деревянные исполины рассеялись поодаль и выдавали свое присутствие шуршанием, треском и глухим стуком вокруг. Сначала от каждого такого звука я вздрагивала, и перед глазами проносились картина из детства с напавшим на меня чудовищем и жестокое ночное сражение с мятежниками. Но под конец изматывающего, тяжелого дня даже я перестала обращать внимание на шум. А ведь Талаэр с Джеком наперебой протягивали мне руки возле ручьев и оврагов, придерживали для меня особо буйные ветки кустов и постоянно предлагали по очереди нести мой заплечный мешок. Хексии сначала такого внимания не досталось, но рыжий быстро вник в их с Талаэром вражду и добровольно стал кавалером для пожилой дамы. И колдунья приняла его помощь, как должное, с холодной вежливостью сгрузив на беднягу все свои пожитки. Да, это тебе не перед юными девицами носом крутить!

      Обедали в тот день мы хлебом и сыром, без костра, но к вечеру Талаэр решил устроить настоящий ночлег. Хитрюга Джек захватил с собой топор, раздобытый неизвестно где, и мужчины занялись возведением шалашей. Талаэр при этом отчасти помогал себе магией, выращивая поверх еловых веток слой мха. Древни по его просьбе насобирали сухого хвороста, и мы с Хексией занялись быстрым ужином. Точнее, занялась я под строгими указаниями наставницы. С моими силами разжечь и поддержать огонь не было проблемой, а Хексия вытащила из закромов хороший кусок вяленого мяса и даже крупу. Эльф даже насобирал грибов и трав, и похлебка получилась очень наваристой и вкусной.

      Ели в напряженном молчании, а когда пришло время спать, мой новообретенный родственник живо завернул меня в плащ и запихнул в самый большой шалаш. Остальные были узкими и низкими, как раз чтобы один человек мог уместиться лежа и сохранять тепло, ведь ночи постепенно становились холоднее. Но в моем шалаше спокойно могли бы поместиться двое.

      — Даже не думайте, юноша, — возмутилась Хексия, — я точно не оставлю воспитанницу с вами, и буду ночевать с ней.

      — Это я точно не оставлю с вами сестру, леди Гейратен, — пророкотал Талаэр, напустив в голос недовольного звериного рыка. — А будете настаивать, и я с радостью проверю вашу колдовскую сноровку.

      Пока я возмущалась, что они там опять устроили, ко мне протиснулась большая черная кошка и красноречиво зыркнула, мол, двигайся, буду тебя греть. Недоверие оборотня к наставнице превышало все возможные пределы, и он даже придумал, как охранять меня во сне и не нарушать при этом приличий. Это было ужасно неловко, но после договора с Исой меня и правда до сих пор знобило, и в маленьком пространстве шалаша делалось страшно, как в тюрьме. А с теплой пантерой под боком сразу стало уютнее. И к тому же, на крики наставницы, доносившиеся снаружи, Талаэр так решительно оскалился, что я осознала: выхода у меня нет.

      — Хексия, иди спать, я не против, что он здесь, — устало сказала я.

      — Ты совсем ополоумела, Алоиза?

      — Мы родня, что он мне сделает?

      — А я твоя наставница!

      На это возразить было нечего. Я помолчала, а Хексия тем временем не думала отступать, ритмично постукивая ногой.

      — Она не успокоится, пока не добьется своего, — поведала я Талаэру, надеясь пробудить глас разума хотя бы в нем. — Может, ты и правда поспишь отдельно? Наставница ничего мне не сделает, она меня вырастила.

      Заворчав, пантера полезла на выход, и я с облегчением подумала, что наконец-то разобрались. Как бы не так! Эльф холодно заговорил:

      — Что же, мне перечислить все то, чему вы способны научить вашу воспитанницу, леди Гейратен? Сомневаюсь, что вы открыли перед ней все богатство ваших знаний. Так я помогу.

      — Еще одно слово… — угрожающе процедила Хексия, а затем все резко стихло.

      В ужасе я выбралась из шалаша, уже представляя, что кто-то кого-то убил. Эльф и колдунья разговаривали явно на повышенных тонах, отгородившись магическим куполом, который не пропускал звук. Я определенно видела, что Талаэр пытался давить на наставницу, чем-то угрожая ей. Что же, он поступит, как Иса, и расскажет мне про все грязные дела ее молодости? Чего она могла совершить такого, что ей не хочется, чтобы я знала? Про то, что она занималась темной магией, мне уже известно. Они ссорились, а мне вдруг стало так паршиво от всего. Меня захлестнул гнев.

      — Джек! Немедленно иди сюда! — скомандовала я.

      — Да, Лизи? — рыжая растрепанная голова уже и так высовывалась из своего укрытия. Как же, этот любопытный тип ни за что не пропустил бы такое представление.

      — Лезь в мой шалаш, ты будешь спать там!

      Брови шута поднялись домиком, а потом губы его сложились в озорную улыбку.

      — Так ты хочешь, чтобы я согрел тебя этой ночью, Лизи? Какая честь! Ты же знаешь, я не брошу даму в беде.

      — Хватит паясничать! Лезь уже!

      Долго ждать не пришлось. Под изумленными взглядами двух моих «опекунов» юноша сменил место ночлега. А я смотрела на этих склочников и не могла нарадоваться: наконец-то их лица выражали одно и то же! Волшебный купол, видимо, сотворенный Хексией, лопнул.

      — И как это понимать? — сухо спросила наставница.

      — Ты, — я ткнула пальцем в Талаэра, — спишь с Джеком! Хексия спит в том шалаше, а я в другом! Всем все ясно? Я не желаю слышать больше ни одного грязного слова из ваших уст!

      Выкрикнув это, я забралась туда, где только что лежал Джек. Там было почти нагрето, и мне казалось, что сквозь свежий, острый еловый запах пробивается другой — теплый и человеческий. И вот тогда я пожалела, что не согласилась на каверзное предложение рыжего. От одной мысли о том, чтобы лежать с ним рядом, бросило в дрожь, и я посильнее закуталась в плащ, обхватывая себя руками. Нет, это было бы не правильно. Ведь Джек, как всегда, дурачится и играет роль кавалера. И он ведет себя так именно потому, что знает, что я не брошусь ему на шею. Не брошусь ведь?

      Но хуже всего Талаэр и Хексия. Я не хотела видеть разногласий между наставницей и родственником, ведь они оба много значили для меня. А в итоге вынуждали принять сторону кого-то одного. Вроде бы, Иса мертв, и тьма должна была уйти вместе с ним. Но вот, мы здесь, в первый же день путешествия, грыземся и ругаемся, будто бы в каждом из нас сидит по злому колдуну. Как там он говорил? Что люди сами разрушают себя почти без его участия? А что, если Иса был прав?

      Я поежилась. Темная крыша узкого шалаша будто начала давить на меня, и картинка перед глазами закружилась. Вспомнился грустный голос Индиль и та песня, с помощью которой она вывела нас из страшной ловушки в лесу. Приободрившись, я уставилась на кусочек костра, который было видно через отверстие-вход, и попыталась заснуть. Сон долго не шел, и я снова пожалела, что отказалась ночевать с кем-то из моих спутников. Сейчас я согласилась бы на кого угодно.

      А затем я оказалась на поле боя. Снова взрывались стены замка, кричали мужчины, бегущие на меня с оружием в руках. В этот раз Джека со мной не было, и я смотрела на лица мятежников, многие из которых были убиты моим пламенем той ночью. Теперь они мне отомстят, ведь у меня больше никогда не поднимется рука сделать это снова. Я присела на землю и приготовилась принять удар меча.

      — Алоиза, Алоиза! — из сна меня выдернул голос Талаэра. Когтистыми пальцами обротень больно впивался мне в плечо, пытаясь поставить на ноги. Что-то холодное и мокрое коснулось лица. — Алоиза, открой глаза! Это всего лишь гроза!

      И правда, вокруг бушевал дождь, в небе гремели молнии, а костер давно залило. Зато шалаш, из которого меня вытащил эльф, тлел красными угольками во тьме и дымился.

      — Тебе просто приснился дурной сон, — успокаивающе прошептал Талаэр на ухо. — Пошли спрячемся под деревом.

      Он дотащил меня до мощного ствола и, прислонившись к нему, усадил к себе на колени, по-родственному обняв и делясь теплом.

      — Ты снова вытащил меня… Как ты узнал?

      — Почуял запах гари, — оборотень сморщил звериный нос. — Послушай, я знаю, что выгляжу назойливым деспотом в твоих глазах, но…

      — Ты просто хотел защитить сестру?

      — Да, — спокойно подтвердил эльф и поправил на мне плащ. — А теперь спи. Больше тебя ничто не потревожит.

      — Что, прямо так?

      — Сейчас идет дождь. И если я буду ночью махать топором, чтобы построить тебе новый шалаш, то мы разбудим наших спутников.

      — А тебе удобно?

      — Я кот. Мне всегда удобно, — Талаэр улыбнулся, слегка обнажив клыки. И я наконец-то смогла расслабиться.



Ксения Ярополова

Отредактировано: 09.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться