Истории, рассказанные в дороге

Сундук

Нашим соседом по столику в столовой алуштинского пансионата оказался киевлянин. Судя по выправке, отставной вояка. Повадками и манерой общения (три дня он здоровался с нами молчаливым кивком, молча ел и молча уходил) он напоминал предмет мебели, и мы с подругой прозвали его сундуком.

Решив проявить солидарность, мы три дня кивали ему в ответ и молчали, сдерживая улыбку. На четвёртый день «сундук» не выдержал и открылся. В смысле, разговорился. Причина сундучьей угрюмости была проста как мир: он приехал из тёплого Киева в легких бриджах и тенниске, без вещей, и теперь мёрз в свински холодной (+14-16 градусов) Алуште.

Сундука было жалко. Я открыла рот, и прервав его сетования на жизнь («Этот грязный город! Этот паршивый пансионат! Чёрт знает что, а не отдых!», посоветовала зайти в спортивный магазин, где продавались красивые ветровки и шерстяные спортивные брюки.

Сундук помолчал, переваривая информацию, запил мой совет компотом, со вздохом поднялся и, буркнув «смачного» («приятного аппетита»), отправился восвояси. – А «дякую» («благодарю») где? – возмутилась я про себя.

Мы с подругой недоумевали: чем же мы его обидели?

На следующее утро Сундук явился в столовую сияя улыбкой и радостно нам объявил: «Был я в том магазине. Купил по вашему совету ветровку за двести гривен, и штанцы купил, очень даже подходящие, а в них – совсем другая жизнь!». Оказывается, он вообще уехать хотел, потому что ему всё время было холодно. .

Сундука было не узнать, он не закрывал рта и говорил, говорил, говорил… За обедом и ужином мы услышали много историй из его военной жизни. Сундук рассказывал, мы хохотали, на нас смотрели сидящие за соседними столиками и улыбались.

Через два дня погода изменилась, дожди как по команде перестали поливать отдыхающих, а ещё через день солнце приступило к своим обязанностям и установилась вожделенная жара. Сундук отчего-то помрачнел и поскучнел, а через три дня его, что называется, прорвало: «Вот купил по вашему совету ветровку, двести гривен отдал, а зачем она мне в такую жару? Два дня только и носил. Как бы мне сейчас пригодились эти двести гривен…» (К слову, Сундук отдыхал по бесплатной путёвке, а мы платили по триста сорок гривен с человека за каждый день)

– Старожилы говорят, дождей больше не будет, будет жара, – припечатал под конец Сундук. Где, интересно, он их откопал, этих старожилов? Сундук был так убедителен, что я почувствовала себя виноватой. Дёрнул чёрт за язык, посоветовала…

А через три дня снова похолодало и пошли дожди. Сундук влез в ветровку и тёплые брюки, стал любезным и внимательным, ходил счастливый и всем довольный. Съездил с приятелем в Массандру на дегустацию вин и теперь восторженно делился впечатлениями. Про старожилов он забыл…