История белого колдуна

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 5. Посвящена ярмарочному празднику

 

Мистер Друм решил всячески добиваться от приезжего вельможи снисходительности и покровительства. Он любезно предложил тому господину перерезать ленточку в честь открытия ратуши, но граф любезно порекомендовал свою сестру - как он именовал леди - и девушка согласилась. Казалось, в ее глазах блеснул азарт, ведь ей доверили важную миссию – первой ступить в отстроенное здание. При этом мэр не забывал упомянуть, что рад приветствовать таких важных и щедрых гостей, будто намекая, что в городскую казну надобно влить некоторые средства.

- Наш мэр очень расчетлив, - невзначай заметил Эдвард, но Рейчел категорически запротестовала – как можно осудить мистера Друма за то, что он старается для своего городка? Мистер Уэнсли не должен так неблагодарно отзываться о столь почтенном господине, правда молодой человек скептически хмыкнул при упоминании почтенности нынешнего руководителя, но решил дальше с дамой не спорить.

- Ах, как приятно, как приятно… - всем заявляла приезжая леди, когда к ней подходили с благоговейными намерениями, будто к иконе. Девица получала от этого одно удовольствие, тогда как ее брат держался сдержанней, и только одному Эдварду показалось, что это очень странный человек. Возможно, причиной таких умозаключений явился странный разговор двух приезжих господ, который молодым человеком был нечаянно подслушан, во всяком случае он того специально не желал:

- Конрад, сегодня же прочеши все окрестности, меня интересуют даже самые глубинки, и если не обнаружишь никаких препятствий и приличное кладбище, то мы здесь ненадолго обоснуемся, - при этом второй господин отвесил вежливый поклон и быстро удалился, Эдвард проводил его взглядом, хотя в такой толпе тот быстро скрылся, но на миг показалось, что он просто исчез, а вверх взлетела птица. Молодой джентльмен решил не предавать тому значения, может ему все привиделось в таком столпотворении.

Естественно, мисс Филлинс ничего не заметила, зато укоризненно попеняла своего приятеля в том, что он много отвлекается и не захотел подходить к приезжей леди, поздороваться. Но молодой человек выразил свое опасение, надобно ли ему, чтобы леди воспылала к нему нежными чувствами. Девица непонятливо уставилась на знакомца:

- С чего бы это ей в вас влюбляться, вы же даже не представлены друг другу?

- Ну знаете, мисс Филлинс, существует такая штука, как первая влюбленность, особенно она касается юных дам. Для этого ведь не надобно продолжительное знакомство, всего одна беседа и эта леди может почувствовать ко мне расположение.

- Вы так говорите, будто в этом не сомневаетесь? – Рейчел недоверчиво отнеслась к словам спутника, а еще ей не понравилось, что какая-то леди может воспылать к противному мистеру Уэнсли sentiments tendres (нежными чувствами – фр.), как любили поговаривать в ту пору. Не так уж эта леди и примечательна и кроме смазливого личика в ней нет ничего. Дама удивилась своему боевому настрою, неужели ей не все равно какое впечатление произведет Эдвард Уэнсли на эту девицу? Но ей ведь не все равно, но вслух этого Рейчел бы не произнесла, зато затянула другую песню:

- Не думаю, что дама будет в таком уж восторге от ваших замечаний, вы ведь только осуждаете людей, вот даже про мистера Друма и то непочтительно говорили.

- А что делать, если таково положение дел, наш мэр – прихвостень и пытается улестить графа и если тот окажется дураком, то пожертвует приличную сумму денег, только вот пойдут ли они на улучшение нашего городка?

- Конечно же, мистер Друм о нас заботится и давайте больше о нем не говорить, мне не нравится слушать ваши замечания, давайте поскорее посетим ратушу и я хочу уже попасть на ярмарку.

- Как скажете, ваша воля для меня превыше моих суждений.

- Вы как-то странно говорите, мистер Уэнсли.

- В большинстве я, бывает, рассуждаю вслух, мисс Филлинс.

Горожане потихоньку разбредались по площади в поисках увеселительных развлечений: кому-то по душе было слушать бравых музыкантов, а кто не прочь был пропустить по кружке горячительного напитка, тем более, что великосветские гости уже отбыли. Эдвард задавался вопросом, почему они не подождали третьего спутника, ведь он остался здесь, но видно у того было задание. Только никто, кроме молодого джентльмена о том не слышал, да и все не особо обращали внимание на то, что с графом, кроме его душки сестры, был еще один человек. Будто все забыли о нем.

- Какой еще спутник? – поинтересовалась мисс Филлинс. – Я помню, что граф нам представил свою сестру, ты же еще утверждал, будто она в тебя может влюбиться, но точно с ним никого не было.

- Не понимаю, неужели человека никто не заметил, он же даже не прятался.

- Нет, мистер Уэнсли, вы что-то путаете, не было никого, их приехало двое.

Впервые Эдвард ощутил какое-то странное чувство, похоже оно было на самообман, но как же тогда его четкий образ, разговор графа и имя «Конрад» - своему здравому рассудку и ясной голове молодой джентльмен доверял, но его спутница не увидела того человека. Если списать все на рассеянность молодой девицы, молодой человек решил спроситься городского голову, что-что, а мистер Друм уж точно бы заметил приезжего господина. Мэр беседовал с важными господами, неподалеку лавки со сладостями. Рейчел упорхнула во внутрь, пообещав купить галантному кавалеру леденцов, ну а Эдвард решился действовать: он подошел к мистеру Друму, чтобы поздравить его с хорошей речью. Мэр недоверчиво оглядел молодого человека, кажется это средний сын Себастьяна, который слыл самоуверенным юношей. Но мэру польстило то, с каким смирением тот пришел говорить с городским головой:



Эрика Легранж

Отредактировано: 18.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться