История одного профессора

Пути неисповедимые

Город горел. Горел мрачно и дымно. В порту черным дымным пламенем занялись склады с горючим греческим маслом, и в закатном небе разлилась черная, тяжелая полоса дыма. По улицам бегали ошалевшие горожане, не знавшие, за что хвататься: за веру, чтобы тушить пожары; за свое имущество, чтобы спасаться бегством, или все-таки за оружие, чтобы с честью дать отпор нападавшим. Паника царила повсюду. Ослабленный сражениями и недельной осадой гарнизон города не представлял сколько-нибудь серьезной угрозы для армии захватчиков. Защитники города были перебиты быстро и жестоко, их головы уже украшали пики командиров вражеских отрядов.

Город полыхал, на улицах раздавались крики боли и страданий, бряцало оружие и слышался хохот победителей. Нетронутых огнем зданий почти не осталось, и небольшой домик, стоящий на отшибе и окруженный невысокой плетеной изгородью, казался чем-то не от мира сего. В окнах уютно горел свет, а из дымовой трубы вырывались белые клубы. Здесь явно стряпали обед, словно не замечая творившейся на улицах трагедии.

Мальчик лет пяти от роду с белыми, словно лён, волосами и глазами черными как смоль смотрел в окно, на его лице плясали отблески пожаров. Мальчик сосредоточенно разглядывал песчаную дорожку, ведущую к дому, и силился заглянуть за калитку, словно ждал кого-то.

— Долго еще? — спросил мальчик у кого-то внутри дома.

— Я не знаю, сынок, — раздался спокойный голос, — потерпи, всему свое время.

— А почему ты не сражаешься? — в голосе ребенка слышался укор. — Папа, ведь все мужчины сейчас на улицах защищают свои дома!

— Наш дом прекрасно защищен, — к мальчику подошел высокий, широкоплечий мужчина в белой рубахе. Стало понятно, что светлые волосы достались мальчику от отца, — мне нет нужды сражаться — это не наша война.

— Почему тогда мама пошла туда?

— Ты сам знаешь, твоя мама очень своенравная, она любит приключения и опасность, — вздохнул мужчина. — Для меня же ты — самое главное приключение.

— Я волнуюсь за нее! — сказал мальчик и снова уставился в окно.

— Я тоже, но твоя мама — прекрасный воин, к тому же оружие людей неспособно ей повредить, — мужчина потрепал сына по светлым волосам и отправился к печи, занимавшей всю южную стену дома.

Мальчик неодобрительно покосился на отца, потом посмотрел на большой меч, висящий на стене в простых деревянных ножнах. Трудно поверить, что это грозное оружие принадлежало его отцу, который сейчас, беспечно насвистывая, хлопотал возле печи, готовя ужин.

Мальчик смотрел в окно и ему грезились в дыме пожаров сражения, где он в одиночку расправлялся с целыми армиями, где он в блистающих доспехах принимал капитуляцию королей, где его как освободителя приветствовали восторженные толпы.

Внезапно калитка слетела с петель, выбитая сильным ударом кованного сапога. На дорожке появились трое незнакомцев, двое шли быстрым шагом по направлению к дому, третий же чуть отставал, словно преодолевал какое-то сопротивление. Мальчик разглядел, что третий тащит за собой на веревке упирающуюся фигуру.

— Па-а-ап! — крикнул мальчик и повернулся к отцу.

Мужчина стоял, выпрямившись во весь рост, и напряженно вглядывался в фигуры на дорожке.

— Рафаэль, — обратился мужчина к сыну, — быстро подойди к печи и трижды нажми на осколок красного кирпича.

Мальчик, не понимая, что происходит, беспрекословно выполнил указания отца. После третьего нажатия на кирпич внутри печи что-то тихо загудело, и в боковой стенке открылась ниша, размерами как раз подходящая для мальчика пяти лет.

— Забирайся туда, и что бы ни случилось — не вылезай! — приказал мужчина. — Ты меня понял? Ни в коем случае! Что бы ни случилось!

Мальчик послушно кивнул и залез в нишу. Поначалу мальчику показалось, что он ослеп — настолько непроглядная тьма царила в его убежище, но постепенно глаза привыкли к мраку, и он различил небольшое отверстие в боковой стенке ниши. Мальчик приник глазами к отверстию — вся комната отлично просматривалась.

Дверь дома сотрясли тяжелые удары, отец подошел к двери и отодвинул тяжелый засов. В комнату сразу вошли двое, не заботясь о сохранности порядка в чужом доме, и, занеся на своих сапогах грязь и сажу, двое солдат, облаченных в багровую броню с черными узорами, принялись по-хозяйски осматривать дом. Отец стоял, опустив руки по швам.

«Что же ты? — думал мальчик, глядя на то, как двое негодяев бесцеремонно перебирают их вещи. — Вот же меч! Только руку протяни!»

— Да, негусто! — протянул низкий и коренастый солдат. — Ни золота, ни серебра. Небогато живете!

— Да ладно тебе, Иезуил, — сказа второй из солдат. — Не грабить же мы пришли. У нас другая миссия!

— Это точно! Где там Фиол? — низкий вольготно расположился в отцовском стуле, положив свои ноги в грязных сапогах на выскобленную столешницу.



Adanirk

Отредактировано: 24.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться