История в несколько жизней: Часть вторая. Близнецы

Размер шрифта: - +

2.

* * *

Затворница с усилием приоткрыла тугую дверь и робко выглянула наружу. Покачивающийся в ее руке фонарь осветил двор с угловатыми очертаниями  пристроек, оградку старого кладбища и выхватил часть одичалого сада.

Даже глубокой ночью в окрестностях заброшенного замка не умолкал тревожный заунывный гул.  То поскрипывали на ветру старые рассохшиеся деревья,  хлопали расшатанные ставни да свистел  сквозь прорехи в крыше и выбитые стекла ветер.

Девушка зябко поежилась, вглядываясь в неприветливую черноту Топей, и выскользнула за порог. Не так уж и страшно. Горлоки убрались, а с остальными,  будь то забредшие сюда бродяги, или звери, сладить уж как-нибудь можно. Главное – не оступиться в рытвину и не попасть  в трясину.

Затворница шла, освещая простиравшуюся перед ней разбитую дорогу. Камень скоро закончился, и ее башмаки, тяжелые от налипшей грязи, то проскальзывали, то вязли в чавкающей жиже. Однако  девушка упрямо продвигалась вперед, миновав двор, сад  и поросший чахлой растительностью холм, на котором высился замок. Теперь ее окружал угрюмый, пропитанный сыростью лес.

Как же все-таки далеко забрался этот негодный пес! Она с трудом ощущала его присутствие.  Простенькие собачьи мысли, намного короче и расплывчатей человеческих, не позволяли сказать, что именно с ним стряслось. Затворнице лишь передавалось беспокойство животного.  Грозила ли ему опасность? Девушка уповала на то, что, если глупый пес все-таки угодил в какую-нибудь западню, она  сообразит, как его вытащить.

По мере отдаления от замка след становился все более отчетливым. Через какое-то время затворница уже не только чувствовала собаку, но и слышала отзвуки заливистого лая.  Следуя за этим зовом, девушка выбралась на поляну.

Первой тревожной находкой стала опрокинутая телега, земля вокруг которой была изрыта следами копыт. Через некоторое время девушка набрела еще на две.  Кто-то распотрошил выпавшие из них мешки со скарбом. Осколки посуды, изорванная в тряпье одежда и поломанные вещи  были неряшливо разбросаны и втоптаны в грязь. Около телег затворница обнаружила палую лошадь и то, что при первом взгляде она приняла за другие большие мешки. Подойдя ближе, девушка разглядела в них изрубленные тела – горлоков и защитников обоза.

Ее сознание закружило в водовороте боли, страха и безумного желания кинуться прочь. Бежать, ослепленной пламенем, оглушенной рыком и железным лязгом оружия. Мчаться, не чуя ног, задыхаясь и разрывая жилы. Бежать, куда угодно, лишь бы оказаться подальше от этого ада! Затворница все поняла: мертвая поляна, на которой случилась та самая трагедия, – вот, куда она попала!

Метущийся разум пытался вырваться из паутины чужих воспоминаний, и пусть не сразу, но ей это удалось. Кричащие люди затихли, и только смутные отголоски еще звучали среди спящего леса.

Поглощенная этими призрачными видениями, девушка слишком поздно заметила, что на поляне она больше не одна. Миг – и из-под земли взвилось нечто большое и лохматое, налетело на нее и едва не опрокинуло в грязь. 

«Чтоб тебя!..»

На задних лапах серый пес был как раз с хозяйку. Передними он без зазрения совести на нее опирался и с беспокойством заглядывал девушке в лицо.

«Вот дурной!» – отпихнула его от себя затворница.

Серый пес неохотно опустился в привычное положение, и отвернулся, всматриваясь во что-то в глубине поляны. Девушка поглядела в том же направлении, но ничего не увидела.

«Ты почувствовал, что здесь случилось, да? Вместе со мной? Пойдем-ка мы лучше отсюда. Это очень плохое место. Не нужно нам быть здесь».

В ответ пес глухо заворчал и, вцепившись в платье хозяйки, настойчиво потянул ее за собой.

«Да что с тобой такое?»

Затворница с грехом пополам высвободила подол и попыталась ухватить пса за ошейник. Тот же, предугадывая ее действие,  отбежал и, сердито тявкнув, остановился в нескольких шагах.

«Ну, хорошо. Пусть будет по-твоему. Куда ты хочешь меня привести?»

Этого пес ответить не мог при всем своем желании. Затворнице оставалось лишь следовать за ним.

После нескольких перебежек они наткнулись еще на одно тело. Возле него пес и остановился. Девушка опустила фонарь, чтобы разглядеть.

То был средних лет мужчина. Голова разбита. Лицо в крови. Одет слишком легко. Все теплое с Него попросту сняли, когда обворовывали трупы. Грустное, в общем, зрелище, не стоило лишний раз это видеть. Однако затворница не спешила отойти. Она прислушалась к своим ощущениям. Нет, такое просто невозможно!

Затворница поднесла руку к Его лицу и через несколько мгновений испуганно отдернула: у носа клубилось едва заметное тепло. Некоторое время девушка просто стояла и ошарашенно смотрела на все еще живого бродягу.

«Бедный! Тяжко же тебе пришлось!»

Серый пес жалобно заскулил.

 «Мы не можем Ему помочь. Будет лучше, если поскорей…  чтобы не мучился».

Это было не так уж сложно – дотянуться до угасающей жизни. Затворница чувствовала ее, хрупкую, как крыло бабочки. Такую ничего не стоит оборвать. Вот только делать ей это было невыносимо.

Собачий плач перешел в горестные завывания. Затворница вздохнула, ослабляя хватку. Раненый продолжал бороться со смертью, не подозревая, насколько в тот момент был к ней близок.

«Глупый! Что, по-твоему, я должна с Ним делать? Тащить на себе? К нам Его все равно нельзя».

Затворница могла сколько угодно доказывать свою правоту, но перед ней были серый пес, не сводивший с хозяйки печальных умоляющих глаз, и бессознательный бродяга, ожидавший своей участи. Участь была более чем незавидной: не погибнуть от руки горлоков – так околеть от холода.



Евгения Егорова

Отредактировано: 14.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться